По состоянию на 1 июня 10:35
Заболевших414 878
За последние сутки9 035
Выздоровело175 877
Умерло4 855
Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Лента главных новостей
Русская планета
Общество

«Получил приказ, вошел в толпу, нахватал в голову»

В Мосгорсуде продолжаются слушания по «болотному делу»; за допросом признанных потерпевшими омоновцев наблюдал корреспондент «Русской планеты»
Елена Коваленко
24 сентября, 2013 23:18
5 мин
Сотрудники ОМОН на Болотной площади, 6 мая 2012 года. Фото: Василий Шапошников/Коммерсантъ
Во вторник в Московском городском суде прошло очередное заседание по делу 12 обвиняемых, выделенных из основного «болотного дела». Суд допросил двух бойцов московского ОМОНа, один из них — Андрей Лебедев — находится в статусе свидетеля, другой — Антон Деркач — был признан потерпевшим.
Заседание началось с заявления подсудимого Сергея Кривова, который объявил, что 19 сентября в 15:00 он начал голодовку. Как пояснил Кривов, раньше он не мог рассказать об этом, потому что судья Наталья Никишина все время обрывала его и не давала слова.
Кривов протестует против того, что Никишина отклоняет все его ходатайства. Также заключенный активист требует ознакомить его с протоколами последних 16 заседаний по «Болотному делу».
Во время предварительного следствия Кривов уже держал голодовку, требуя изменить ему меру пресечения и выпустить из СИЗО. Он отказывался от пищи более сорока дней, однако 25 января прекратил голодовку, так и не добившись выполнения своих требований.
Предполагалось, что во вторник заседание начнется с допроса омоновца Антона Деркача, который должен был состояться 19 сентября, однако был прерван: стало известно, что у подсудимого Андрея Барабанова умерла бабушка, и заседание было решено перенести. К открытию же сегодняшнего заседания Деркач не пришел. Начали допрос свидетеля Андрея Лебедева, который 6 мая на Болотной площади входил в группу омоновцев под началом Деркача.
Лебедев начал отвечать на вопросы прокурора, когда раздался громкий стук в двери зала. «Прошу прощения! Деркач», — громогласно объявил потерпевший и занял место рядом с девушками-прокурорами.
Допрос Лебедева продолжился. Боец ОМОНа рассказал, что сперва их отряд, находившийся под началом подполковника Белова, расположился возле Большого Каменного моста, а когда возле Малого Каменного начался прорыв оцепления, их перебросили туда на усиление «направляющей цепочки». По словам Лебедева, там демонстранты в полицейских уже «бросали камни, флаги и так далее».
Он рассказал суду, что после этого их группа выдвинулась для задержаний вглубь толпы. Лебедев входил в одну группу задержания с Антоном Деркачем, Владимиром Филипповым и Владимиром Каюмовым. По словам Лебедева, лично он успел задержать только одного демонстранта. А когда они с Каюмовым вернулись от автозака, то увидели, что их соратников избивает толпа.
«После того как Деркач получил удар ногой в спину, он упал, с него слетел шлем, и, как мне показалось, он потерял сознание. Филиппов подбежал к нему на помощь. Он нагнулся, чтобы его поднять, и его также схватили за бронежилет и попытались оттащить в толпу. Кто-то из толпы — этого гражданина я вспомнить не могу — стащил с него защитный шлем. Другой молодой человек начал наносить удары каким-то предметом, находящимся в руке. Предположительно, камнем. Потом подбежали мы и начали оттаскивать за оцепление», — рассказывает Андрей Лебедев.
«Им требовалась необходимая медицинская помощь, — продолжает Лебедев, — потому что Деркач Антон нетвердо стоял на ногах, плохо ориентировался в пространстве, не понимал, где он находится, поэтому были предприняты меры к отходу».
Сам Деркач во время этого рассказа сидел с бутылкой «пепси» на столе, в черном худи с салатовыми вставками, двигал челюстью и дергал ногой.
Боец ОМОН Владимир Филиппов признан потерпевшим по эпизоду Ярослава Белоусова: якобы тот метнул в бойца «твердый предмет желтого цвета и шарообразной формы».
Следствие предполагает, что этот «твердый предмет» мог быть бильярдным шаром, а защитник Белоусова Дмитрий Аграновский настаивает, что это был обыкновенный лимон. Желтый предмет попал бойцу Филиппову в грудь, «причинив тем самым сильную физическую боль».
Лебедев говорит, что видел, как у Филиппова «лицо скривилось» после попадания неустановленного предмета в плечо, но что именно это был за предмет, и кто его бросил, он на площади не заметил.
Во время бесконечных допросов свидетелей адвокатами и общественными защитниками, которые длятся часами, подсудимые пытаются читать книги или вздремнуть на неудобных лавочках. Андрей Барабанов спит, прислонившись спиной к стеклу судебного «аквариума».
— Я отвечаю только за свои действия, а не за действия всей полиции, — подумав, уклончиво говорит Лебедев после вопроса адвоката Вячеслава Макарова о том, видел ли он, «как вела себя полиция на площади».
— Нагрудный знак... Я не помню, выдавался ли он нам тогда. Ответить точно не могу, — отрицательно мотает голым черепом омоновец Лебедев.
— В соответствии с какой инструкцией вы не пристегивали защитный шлем? — неожиданно интересуется у него адвокат Дмитрий Динзе.
Судья Никишина сразу же сняла этот вопрос, не позволив Лебедеву ответить.
После обеденного перерыва суд перешел-таки к допросу потерпевшего Антона Деркача. Он рассказал, что перед началом дежурства их отряд инструктировал подполковник Белов. Отряду, по словам потерпевшего, ставилась задача «недопущения нарушений общественного порядка».
«Когда начались все эти волнения, старший наряда сказал нам: „Парни, приготовьтесь, кажется, чего-то идет не так“», —
вспоминает начало событий Деркач.
Демонстранты, по его воспоминаниям, «забрасывали сотрудников полиции различными предметами, какие-то призывы были непонятно к чему». «Фашисты!», «Пока мы едины, мы непобедимы» — скривившись, приводит пример непонятных призывов боец.
33-летний Антон Деркач был командиром группы задержания в составе четырех человек: «Моя задача была определить наиболее активных и по команде задержать». По словам бойца, в толпе ему бросился в глаза агрессивный «парень в маске с мегафоном». Парня решили задержать. «Дойти до него мы не успели, он скрылся в толпе», — вздыхает Деркач.
В это время бойцы ОМОНа заметили, что рядом «коллеги находятся в довольно сложной ситуации: толпа пытается их завалить». Последовавшие события Деркач помнит смутно. «Получил сзади удар, упал, „Джетта“ (защитный шлем. — РП) слетела, дальше четкие воспоминания заканчиваются», — говорит он и добавляет, что «пришел в себя уже в скорой».
«Я получил приказ, вошел в толпу, нахватал в голову и всё», — резюмирует боец Деркач.
В госпитале врачи обнаружили у него «сотрясение мозга, ушиб правого плеча и левого колена».
Отвечая на один из вопросов защиты, Деркач пояснил, почему с него так легко слетел защитный шлем: у него, как и у многих его коллег, шлем «Джетта» не был застегнут на подбородке. «Я его не застегиваю в целях личной безопасности», — сказал омоновец, пояснив, что конструкция шлема такова, что если он будет застегнут и за него дернут, то «сломаются шейные позвонки».
— Вы действительно в интервью Светлане Рейтер произносили следующие слова: «Если б нам так поработать дали — не дай бог, конечно, — то, может, люди бы и задумались о том, что если полицейского ударишь, то это может плохо кончиться»? — допрашивает Деркача подсудимая Мария Баронова.
— Вопрос снимается, — лаконично обрубает судья Никишина.
— Вы действительно говорили, что «мы побежали задерживать активных граждан. А как там разберешься, кто виноват?» —
невозмутимо продолжает Баронова.
— Вопрос снят.
— Вы произносили следующие слова: «На мосту, допустим, я лично видел, стояло четыре водомета, и их вполне хватило бы на то, чтобы смыть всю эту толпу в речку»?
— Вопрос снят.
— Вы произносили следующие слова: «Также там стояли „Тигры“, где сидели люди, и у них резиновые пули. Но нам никто не дал команду»?
— И этот вопрос тоже снимается, — улыбается судья Наталья Никишина. Ни на один вопрос Деркач не ответил, но со спины было видно, что уши у бойца немного покраснели.
 
— Maria Baronova (@ponny1) September 24, 2013
Источник
 
 
Интервью Светланы Рейтер с пострадавшими на Болотной омоновцами вышли в журнале Esquire в октябре 2012 года. Баронова в своих вопросах использовала полную диктофонную запись разговора с Деркачем, которая не вошла в итоговую версию материала: пресс-служба московского ОМОНа тогда отказалась заверять острые ответы бойца.
Рассмотрение по существу дела 12 обвиняемых, выделенных из основного «болотного дела», началось 24 июня. За три месяца суд успел допросить десять — считая Деркача и Лебедева — свидетелей и потерпевших. Всего потерпевшими по делу признаны 77 человек — среди них только двое гражданских лиц и 75 сотрудников правоохранительных органов.
темы
5 мин