Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Планирование экономики по-французски

Децентрализация руководства ударила по экономической мощи Франции
Александр Запольскис
20 января, 2016 06:40
4 мин
Фото: Robert B. Fishman/ТАСС
Принятая во Франции система индикативного планирования является набором своего рода рекомендуемых целей, достижение которых желательно, но, в общем, не строго обязательно. В определенном смысле индикативным можно считать подход, реализовывавшийся на протяжении последних 15 лет в России. Такой план содержит общие формулировки среднесрочных целей, описания тенденций, некое общее изложение концептуальных алгоритмов решения задач и прогнозы по ключевым показателям: что-нибудь до какого-то уровня поднять или снизить, сузить или расширить. Стремясь к достижению контрольных цифр, государство использует ряд прямых и косвенных регуляторов с целью ориентирования самостоятельных частных компаний на выполнения достижение установленных целей. Типичные регуляторы: тарифы, пошлины, размер налогов, величина учетной и кредитной ставки, госзаказ. Планирование происходит на принципах многостороннего консультирования и согласования для учета широкого круга частных и групповых интересов. Диалог обычно занимает длительное время, а итоговые плановые показатели нередко оказываются весьма далекими от их значений в первоначальном проекте. Классическим примером европейской модели считается Франция.
Ключевым отличием французской модели от североамериканской является изначально масштабный государственный сектор. В Европе доля бюджетных расходов в ВВП была традиционно высокой. Например, если в США в 1960 году она составляла менее 27%, то в Германии и Великобритании превышала 32%, а во Франции была более 34%. По итогам 2015 года ожидается, что французский госсектор обеспечит 45,5% ВВП страны. У России эта доля меньше — 43,3%.
С 1947 года французы спланировали и реализовали 11 своих «пятилеток», в том числе одну «короткую» (промежуточный план 1982–1983 годов). Из них действительно стратегическими являлись только первая (1947–1952) и вторая (1953–1957), когда в качестве пряника правительство в Париже использовало свое влияние для распределения денег американского «Плана Маршалла». В 1960-х, после подписания Римского договора 1957 года (создание «Общего рынка» в Европе) и начала открытия экономических границ под влиянием растущей глобализации государственное планирование стало приобретать сиюминутный, конъюнктурный характер. Наметился конфликт между интересами государства и крупного капитала, на бизнес которого стали оказывать существенное влияние не только внутренние, но и внешние экономические и политические факторы, уже не соответствующие никаким планам.
Невозможность четкого исполнения плановых показателей с середины 1970-х вызвала дрейф французской системы планирования сначала к поддержанию прежде всего макроэкономического равновесия, а потом к перспективному прогнозированию с целью обеспечения в первую очередь полной занятости и решения социальных проблем. С первого десятилетия нынешнего века прогнозы вообще утратили официальную связь с государственными планами, а планирование приобрело крен в сторону регионального развития. Функции центральной власти сократились до финансирования объектов национального значения: автомагистралей, железных дорог, университетов, крупных портов, международных аэропортов. Все остальное оказалось в ведении местных муниципалитетов.
Об эффективности французской системы можно судить по итоговым финансовым показателям. В 1970 году ВВП Франции был больше, чем у Великобритании, Италии, Испании, Бельгии и Швейцарии, уступая только германскому. Впрочем, в пересчете на душу населения он превосходил и германский. Таким образом, Франция в те годы заслуженно являлась одной из самых богатых и экономически развитых стран Европы, хотя и уступала по объему экономики США в 7,2 раза, а СССР в 2,9 раза. Французская экономика составляла 4,4% от мировой, 10,8% от общеевропейской и 31,7% от совокупного показателя Западной Европы. К 1995 году страна достигла пика экономического могущества: 5,2% от мировых и 15,4% от общеевропейских показателей. Однако по мере расширения границ глобальных рынков французская система планирования начала давать сбой. К 2005 году доля страны в мире сократилась до 4,7%, а в единой Европе — до 13,5%. В 2013 году мировой масштаб французской экономики опустился до уровня сорокалетней давности, а в 2014-м ее доля составила лишь 2,38% от общемировой. Так что можно с уверенностью сказать: попытка встроить элементы планирования во французскую рыночную экономику не удалась. Французская (как и европейская, а также североамериканская) модель планирования не столько формирует те или иные условия развития, сколько просто следует за тенденциями рынка, заметно отставая от них по времени реагирования.
Читайте также:
темы
4 мин