Фото
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Фото
Русская планета
Фото

Не пришли к выводу – 4

Фотограф Алексей Николаев разыскивает бывших воинов-афганцев, которые приняли ислам и не вернулись в СССР
24 марта, 2014 15:57
11 мин
Юрию (Майсулле) Степанову 45 лет. Уроженец башкирского ПГТ Приютово, в 1986 году он попал в плен к моджахедам близ перевала Саланг, шесть лет провел в рабстве у местного полевого командира, в 1992 году смог освободиться, женился и вплоть до своего возвращения в Россию в 2006 году жил в афганских городах Хинджан и Пули-Хумри. Сейчас Степанов работает электриком на предприятии «Башнефти» в Приютово. Его историей «Русская планета» завершает цикл публикаций фотографа Алексея Николаева, который разыскивает солдат ограниченного контингента, нашедших в Афганистане новую веру.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов. Учетная карточка из архива Комитета по делам воинов-интернационалистов.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “Сначала как всегда. Поначалу нас не привязывали, ни руки там, ничего. Я же автомат еще с собой взял, думал пугну, хотя бы до дороги как-нибудь уйду. Они потом кричали: “Бача, бача, бесполезно, мы знаем, что у тебя там ни патронов, ничего. Выходи давай”. А куда будешь деваться? Думаю, к ним пойду с этим автоматом. Пришел, там этот с бородой, с чалмой этой. Потом к нему подошел, он говорит: “Давай, давай”. Автомат сразу схватил, чуть плечо не оторвал мне полностью. У них там болезнь такая. Взяли русского, да еще с автоматом! Автомат там в цене был”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Дома у Юрия Степанова. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “Там лагерь их в горах был: комнатушка такая вся цементная, дверь и окошко маленькое. Потом похавать они что-то принесли. Потом я так подумал про себя куда-нибудь рвануть, а куда рванешь, далеко ушли. И дальше еще целый день мы шли, где-то часиков в пять. Там уже главный полевой командир был той местности. Пришли. Подземелье такое, лестницу опустили. Лестницу подняли, убрали. Под землей, короче, вырыто, зиндан это их, лестницу убрали, все, вы там остались. Смотрю – там русские, чего даже не ожидаешь. Начали спрашивать друг друга, здорово-здорово. Шестеро (пленных – РП) там было. Потом время прошло — еще троих притащили. Там с Узбекистана Алексей какой-то был, грузин один и еще один таджик был. Для них же все мы русские. Вот вдевятером сидели лет шесть мы там”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “Конечно, (пленные – РП) пахали. Везде, что там этот бай держал. Корова, за сеном, лошадей, овец – вот это все. И афганцы пашут, и мы пашем .Там, как говорится, сенокос – на сено косили колючку верблюжью, вот это чтоб собирать…. Чтоб эту вещь собирать… Я не знаю, как мы эту вещь собирали, это вообще. Веришь-нет, такие стоги клали, как у нас есть стог сена в поле, таких стогов 5-6 делали на зиму. Козы едят их, лошади тоже, овечки”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: ”Они (моджахеды – РП) потом мне говорили: “В этом месте мы еще ни разу русских не оставляли. Потому что это наша дорога, мы тут ходим. Тут (русские – РП) постоянно посты ставят. До вас тут сколько людей было – всех поубирали. Вы тут двое живых остались – было трое, но один на мине… как это”. Там все минами понаставили, одну дорожку оставили до воды спуститься, воду приноси и обратно по ущелью к себе, в часть. Вовка его, что ли, звали… Его точно на мине подорвало, я сам видел. Ночь, ничего не видно. Там же как? Если стемнеет, то стемнеет. Между собой мы с тобой ударимся и друг друга не увидим – такая темнота бывает. Ваш друган один на минах подорвался, говорят. Одного сами они шлепнули. Я ему говорил, идем по тропинке. А чуть-чуть влево отошли – они уже везде, они давно ждали нас. Я потом уже спрашивал, они говорят: “Вот этот ваш пост постоянно мешает нам общаться, ходить.” Такое место как раз было – дорога их. Из Пакистана через это место караван проходит, сами они с другими группировками по этому ушельючку лазают. И тут на тебе! Нас поставили. Так и вот… Ладно, хоть в живых остались”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Утренний чай дома у Юрия Степанова. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “С женой я это. Долгая история. Ну так, вкратце. Сначала потихоньку, разговор за разговором. Потом по их исламским обычаям послали людей (свататься– РП). Я сам-то почти постоянно работал, а она все вот это делала по их обрядам, продвигала это дело вперед. Везде же по их законам дань, деньги за женщин. А эти у меня не брали ничего, потому что у нее сестра… Подождите, от Краснодара сюда пониже, как называется? Вылетело из головы. Там она училась. Раньше, когда наши войска были в Афганистане, они отсылали учиться. Потом брат ее тоже здесь учился, в этом… О, Ставропольский край! Там они раньше учились, афганские. Два брата и одна сестра, все здесь учились в то время. А эта маленькая была. Как она помнит, вошли наши войска, третий или четвертый класс она отучилась, и вверх ногами все пошло, сам понимаешь, вся страна, что творится… Отказа не было с их стороны, я пошел, два-три дня побыл у них, свадьбу потом сыграли. Выхода, думали, нет, куда ни пойдем, везде их боевые действия. Думали, одни вот так постареем, все, крышка нам. А получилось вот: сюда еще приехала. Конечно, если бы получилось по поводу посольства, чтобы нам сразу сдвиг какой-нибудь дали, пораньше бы выкарабкались. но потом война их, муждуусобица опять, года на два-три так. То гражданства у вас нет, то паспорта у вас нет, то “таких, как вы тут много,” говорят, “столько афганцев приходят”. В посольство не зайдешь, документов нет. Там столько охраны! И так двадцать лет прошло, веришь-нет, пролетело. Ну ладно, как у нас говорится, раз уж так суждено”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Вид из окна дома Юрия Степанова. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Фотография Николая Выродова с женой и ребенком. Друг Степанова, Николай тоже попал в плен, женился и жил в афганском городе Пули-Хумри. По словам Юрия, Выродов умер в новогоднюю ночь 2007 года. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов, его жена Галалаи и старший сын Нурулай возле их дома в Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “Мне сколько раз предлагали: “Сколько лет вы там прожили, книгу пишите! Каждый день по словечку – такая книга получится! Вообще редкость такие люди, которые выжили там”. Но почему-то нам хочется выкинуть это все из головы вообще”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
В столовой во время обеденного перерыва. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов на рабочем месте. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Место диспетчера в цеху, где работает Степанов. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Курилка в цеху. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Двор Юрия Степанова. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Ужин Юрия Степанова: жареная картошка и покупная курица-гриль. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Младший сын Юрия Степанова с картой Афганистана. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “По зарплате обещают нам какой-то сдвиг. Не знаю, правда или нет. А что я на эти 12 тысяч? Как на пенсии потом жить? И сейчас уже невозможно. Тяжело. Устаю, вечером прихожу, делать уже ничего неохота, телевизор смотришь, не смотришь, голову кладу и все, отдыхать. Устаешь за целый день, набегаешься на работе. А если в поле пошлют, прихожу, до утра согреться никак не могу. Холодно”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Как и семья Николая Быстрова,  Степановы смотрят афганское ТВ. Приютово.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов: “С нами с Украины был Валентин в плену, но он вернулся. Я вот сейчас еще одного (бывшего пленного – РП) нашел в Амстердаме в Европе. Одного, в Америку который уехал, не могу найти. Его увезла женщина из Красного креста. Влюбилась в него и увезла. Она намного старше его была. Она умерла в 2000-м — рак начался. Контакт был только с ней. Интересно было бы узнать. Представляешь, как далеко человек? Представляешь, был в Союзе, потом в Афганистане в плену 7 или 8 лет, а потом в Америку попал”.
Фото: Алексей Николаев / «Русская планета»
Юрий Степанов по дороге на работу. Прютово.
темы
ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ
11 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ