Пресса
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Пресса
Пресса

Le Matin: большевики грозят новой ужасной войной

Лев Троцкий пообещал завалить немецкие окопы миллионным тиражом декрета о мире
Елена Коваленко
4 мин
Газета Le Matin 17 декабря 1917 года
Понедельник, 17 декабря 1917 года, Париж № 12347  
Интервью с Троцким. Лидер большевиков излагает нам свою концепцию беспощадной общественной войны  
Петроград, 13 ноября. Спецкор газеты «Le Matin». — Был ли прав товарищ Ленин, не теряя надежды? Вполне возможно, ведь на улицах Петрограда, на протяжении дня, двух, трех дней, не появилось и тени хоть одного солдата, верного Керенскому.
Этим утром несколько тысяч «победоносных» красногвардейцев прошли строем по Невскому проспекту. За ними проследовала колонна санитарных автомобилей. Этим же утром я встретил нескольких знакомых офицеров, которые, демонстрируя скорее осторожность, нежели мужество, сменили военные мундиры на гражданскую одежду.
День выдался довольно спокойным. Я тщетно пытался найти хоть какие-то другие газеты, кроме большевистских. «Дело народа» и «Воля народа», печатные органы партии социалистов-революционеров, конечно, выходят в свет, однако красногвардейцы конфискуют все экземпляры, которые им только удается найти. Таким образом, добыть хоть один номер этих газет крайне затруднительно.  
Вечером, решив, что увидеться с Троцким стоит того, я отправился пешком в далекий Смольный. Повсюду на тротуарах солдаты жгли походные костры, что придавало российской столице весьма неожиданный вид. В Смольном не было признаков беспокойства и возни, царивших во дворце несколько дней назад. «Правительство» [большевиков] начало, по всей видимости, постепенно устраиваться. Большие полотнища какой-то материи, прибитые к дверям, указывали на размещение различных «министерств».
Я заявился в бюро пропусков. Там мне разрешили пройти внутрь, хотя и в сопровождении двух красногвардейцев. Те солдаты, которых выделили для моего сопровождения, имели незлой вид, несмотря на их ружья со штыками. Один из них, совсем молоденький, со своей плоской фуражкой походил на ученика или подмастерье; другой, высокий, с бородой, имел на голове шапку из медвежьего меха внушительных размеров. У обоих на рукавах красовались красные повязки.
Газета Le Matin 17 декабря 1917 года
Газета Le Matin 17 декабря 1917 года
Поднявшись по лестнице, мои «телохранители» стали рассматривать выданный мне в бюро пропусков клочок бумаги, то разворачивая, то снова его сворачивая. Я понял, что они не умеют читать, и с искренними намерениями пришел им на помощь. На бумажке я прочел следующую фразу, написанную карандашом неразборчивым почерком: «Проводить товарища, не теряя его из вида ни на секунду, в комнату 62». Что ж, мы отправляемся на поиски этой комнаты. 
Перед дверью, охраняемой двумя матросами, бородатый красногвардеец останавливается и решительным тоном заявляет: «Это должно быть здесь». Но я тут же отвечаю, что «это совсем не здесь», поскольку на нас тут же обрушился шквал ругани и угрожающе надвинулись штыки [матросов]. «Скотина, придурок! — закричал один. — Уведи своего пленного отсюда. Здесь заключен генерал Краснов. А генералу положено быть одному!».
Из этого инцидента я узнаю, что генерал Краснов, глава армии Керенского, оказался в руках большевиков. Плохо дело!
Мы продолжаем блуждать по дворцу. Наконец, какой-то молодой студент, имеющий наивный вид и страдающий обезображивающей его болезнью, приходит нам на помощь. Он мне представляется неким Горбуновым, секретарем Троцкого.
— Ожидая [встречи], — говорит он мне, — зайдите в министерство финансов.
И заводит меня в маленькую комнатку, на самом пороге которой я поскальзываюсь на огрызке от яблока. Любезный Горбунов помогает мне удержать равновесие. Он мне объясняет:
— Эта комната, что вы видите перед собой, служит одновременно столовой для товарищей министров.
Я стал осматривать помещение. На полу, среди плевков и кусков жевательного табака, валяются объедки, скорлупки от яиц, горбушки хлеба; на столе из белого дерева выщербленные стаканы соседствуют с печатными машинками и тарелками из высококачественного фаянса, в которых в застывшем соусе тонут бычки от сигар.
— Итак, — обращается ко мне Горбунов (это действительно очень наивный тип), — вы хотите защищать наше дело, помочь нам? Нас так оклеветали!
Затем он указывает пальцем на худого человека в углу, говорящего со здоровенным мужиком.
Министру финансов явно не по себе. Мужик схватил его за воротник и орет:
— Верните мне мои деньги! Вот уже третий день как вы меня водите за нос! Гвардейцы изъяли у меня десять лошадей, и если завтра…
— Тише, — умоляет бедный министр, — мы вам заплатим, товарищ! Мы все поняли. Приходите послезавтра…
Мужик только собрался возобновить атаку на министра, как в комнате появилось новое лицо. По выражению почтительного ужаса, охватившего фигуру Горбунова, министра финансов и официантки, пришедшей тем временем расставлять тарелки, я понял, что на меня устремил взор сам Троцкий, ужасный Троцкий.
Одетый в приличный сюртук, с густой шевелюрой черных волос, спадающих на узкий лоб, Троцкий бросил на меня суровый взгляд из-под своих округленных золотых очков. Близко посаженные нос и маленькая бородка придавали его лицу силуэт щипцов для колки орехов. У него был одновременно заносчивый и злой вид.
«Я уже где-то видел эту голову», — беззвучно говорю я сам себе.
Я стал действовать.
— Мне кажется, мсье, — сказал я, приветствуя его, — что мне уже доводилось вас видеть… Я полагаю, что это было в Париже, на бульваре Монпарнас, в кафе «Ротонда»…
— Да, — ответил мне Троцкий, — я долго жил в Париже, я даже был оттуда изгнан г-ном Мальви (Луи Мальви — французский левый политик, был министром внутренних дел в 1914-1917 годы — РП).
Он тут же добавил:
— Я знаю Францию и восхищаюсь ей! Я восхищаюсь ее духом, ее наукой, ее культурой, но я ненавижу французскую политику и ненавижу вашу газетенку «Le Matin». А теперь, задавайте ваши вопросы!
Газета Le Matin 17 декабря 1917 года
Газета Le Matin 17 декабря 1917 года
— Итак, — произношу я, прилагая усилия, чтобы не улыбнуться, — в первую очередь меня интересует вопрос мира. Вы издали декрет о мире; это очень хорошо, но пока мир существует лишь на бумаге, которая, если верить поговорке, все стерпит. Каков ваш план по реализации данного проекта?
— Я напечатаю декрет о мире миллионным тиражом. Наши пилоты завалят его копиями немецкие окопы, а наши агенты распространят его во Франции, Англии и Италии… Я думаю, что [премьер-министр Великобритании] г-н Ллойд-Джордж не более упрям, чем генерал Краснов, которого я сейчас держу под замком. Этим утром сей генерал сохранял верность лишь Каледину и Корнилову. Мне же хватило получаса для того, чтобы вывернуть его наизнанку. Завтра Краснов подпишет обращение к казакам, призывая их не идти против воли народа. Поверьте мне, — продолжал Троцкий, — мы хорошо вооружены против ваших капиталистических правительств. Если через два месяца наша пацифистская пропаганда не остановит войну, мы начнем свою собственную войну: войну общественную, войну настолько ужасную, что буржуазия даже себе не может представить.
— Отлично, — говорю я, не моргнув глазом, — но вы уверены, что вам никто не помешает в реализации этого превосходного плана? Вы полагаете, что удержите власть в своих руках?
— Большевики, мой дорогой мсье, — ответил Троцкий, – это единственная действительно народная партия. Социалисты-революционеры, меньшевики из социал-демократов, социалисты-интернационалисты всего лишь группы интеллектуалов, штабы без армий. Разумеется, среди них есть и способные люди, и, если они примут нашу программу, мы согласимся сотрудничать с ними. Но во всей России только мы имеем значение, мы одни. Мы хозяева [положения] и мы сделаем из России то, что захотим.
Я раскланялся. Бронштейн-Троцкий дал сигнал все тем же двум бравым красногвардейцам, стоявшим перед дверью:
— Проводите этого господина! — сказал он.
Официальные сообщения с французского фронта
15 декабря, 23 часа. — В районе Мьетт (Miette — река в регионе Пикардия, на севере Франции — РП) активно действовала артиллерия. Мы совершили успешную вылазку в окопы противника к югу от Жювенкура (Juvincourt — коммуна в регионе Пикардия — РП) и вернули захваченных немцами пленных.
На правом берегу Мезы (Meuse, Маас — река на северо-востоке Франции, в Бельгии и Нидерландах — РП), после мощного артобстрела немцы провели атаку в районе леса Ле Шом (Le Chaume). Наш огонь рассеял наступавших. Артиллерийское противостояние продолжается в границах всего сектора. В других местах день выдался спокойным.
16 декабря, 14 часов. — Межу Эной и Уайзой (Aisne, Oise — реки на севере Франции — РП) наблюдалась активность артиллерии с обеих сторон.
Мы отбросили атаку противника к северу от дороги де Дам (chemin des Dames).
Вчера вечером в Шампани попытка немецкой атаки на наши позиции к западу от Ле Корнийе (Le Cornillet) провалилась под натиском нашего огня. На правом берегу Мезы активно работала артиллерия, особенно в секторе Шамбрет (Chambrettes).
Относительно остальных участков фронта сообщить нечего.
Перевод с французского Сергея Федюнина
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин