Пресса
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Пресса
Пресса

Le Figaro: баварцы остаются смертными врагами нашей цивилизации

Корпоративный дух завладел умами французских солдат и генералов
Елена Коваленко
3 мин
Газета Le Figaro от 30 марта 1915 года
Вторник 30 марта 1915 года, Париж № 89
Корпоративный дух
«Победа в битве зависит больше от морального духа, нежели от числа солдат». Эту фразу сказал Наполеон генералу Гурго (адъютант Наполеона — РП), находясь на острове Святой Елены. В другой раз он добавил: «На войне три четверти сил — моральные силы. Баланс реальных сил определяет исход войны лишь на четверть. Воздействие слов на людей удивительно. 32-я полубригада готова была умереть за меня, стоило мне только после сражения при Лонато (городок в Северной Италии, у которого французские войска разбили австро-сардинские силы в 1796 году — РП) написать [в обращении к солдатам]: 32-я полубригада была там, а потому я был абсолютно спокоен [за исход битвы]».
Да, корпоративный дух, без сомнения, самый эффективный и самый мощный способ приподнять мораль [бойцов]. В этом отношении в наших армейских рядах есть превосходные традиции. Корпоративный дух заботливо культивировался нашими офицерами и сержантским составом. Так, каждый солдат знает историю своего полка. Он с гордостью говорит о тех битвах, названия которых выгравированы на штандарте его воинского подразделения. Он знает о подвигах тех, кто служил в полку до него; и по одному только слову офицера, напоминающего ему об их отваге в момент боя, он без колебаний готов следовать их примеру. Некоторые давно сформированные подразделения принадлежат к числу привилегированных. В их истории есть моменты, которые оказывают сильное впечатление на солдат. <…>
Бойцы, служащие в новых полках, знают, что у их частей пока нет богатой истории, но они сами призваны творить эту историю, нанося на полковой штандарт названия сражений, в которых им предстоит славно себя проявить. Что же касается специальных подразделений — зуавов (соединения легкой пехоты французских колониальных войск — РП), [африканских] стрелков (соединения колониальных войск, в которые набирали африканцев — РП), егерских полков в Вогезах и Альпах… Сколько подвигов и самопожертвования на этой войне было продемонстрировано их бойцами, воодушевленными корпоративным духом! <…>
Корпоративный дух завладел умами. Он добавился к общему душевному подъему нации и армии, а потому он как бы вынуждает боевые подразделения соревноваться между собой в доблести и готовности пожертвовать собой во имя Родины. <…> Вне всякого сомнения, не стоит преувеличивать. Было бы ошибкой полагать, что немцы серьезно ослабли и более не способны предпринять никаких серьезных действий. Дисциплина немецких войск по-прежнему на высоком уровне; а новости, которые они получают из своей страны, придавая им слишком оптимистический окрас, поддерживают их мужество и безропотность.
Газета Le Figaro от 30 марта 1915 года
Однако верно и то, что их моральный дух уже далеко не тот, что был в начале войны; что он был подорван битвой на Марне и последовавшими неудачами, а также огромными потерями, к которым привели атаки, проведенные по приказу и в присутствии императора [Вильгельма II]. Их боевой дух существенно снизился, тогда как боевой дух наших солдат только и делал, что рос и разгорался с победы на Марне.
Моральные силы на нашей стороне. Их вклад в военный успех составляет три четверти, тогда как перевес в численности войск — всего четверть. Однако количественный расклад сил также в нашу пользу. В этих условиях, да еще и с превосходным командным составом армии, обладающим крепким умом и железной волей, как можно сомневаться в нашем успехе, притом уже в самом ближайшем будущем?
Генерал Эмиль Цурлинден (Emile Zurlinden)
Участь Бельгии
Открытые споры между политическими партиями и различными газетами, идущие в Германии по вопросу о том, должна ли Бельгия быть аннексирована [Германской] империей, показывают уровень неразумности, который до сих пор царит в разных частях Германии. У элиты страны остались лишь смутные иллюзии на счет [победного для Германии] исхода войны, однако народные массы, мелкая буржуазия и газеты, имеющие недостаток в правдивой информации или сознательно держащие своих читателей в неведении, по-прежнему верят в изначальный обман, автором которого был сам кайзер.
Впрочем, не стоит испытывать ни малейшей благодарности некоторым немецким социалистам, выступающим более или менее активно против ликвидации Бельгии. Например, газета «Vorwaerts», кажется, вовсе не считает, что нужно стереть Бельгию с карты Европы. Однако мы были бы жертвами обмана, если бы стали вникать в подобные нюансы. В отношении немецких социалистов мы не должны совершить ту же ошибку, которую мы чуть было не допустили в отношении баварцев в начале войны: первые вместе со своими товарищами по оружию разделят всю тяжесть ответственности за совершенные ужасные преступления, и мы с ними еще поквитаемся; а вторые, наряду с силезскими консерваторами и бранденбургскими мелкопоместными дворянами, остаются смертными врагами нашей цивилизации и нашего национального идеала.
Газета Le Figaro от 30 марта 1915 года
Возможно, они представляют для нас еще большую опасность вследствие того, что имеют много общего с нашими социалистами: речь идет об их софистике по экономическим и гуманитарным вопросам. На самом деле, мне кажется, что некоторые французские социалисты, наблюдающие столь ярый патриотизм своих соотечественников, начинают пересматривать свои взгляды, ведь они больше не могут приложить марксизм к новой действительности, обрушивающейся на них со всех сторон.
Если нам вдруг покажется, что немецкие социалисты являются для нас не самыми жестокими противниками, вспомним о баварцах! В этих отвратительных дебатах, которые ведутся сейчас в Германии о судьбе Бельгии, очевидно, что позиция «Vorwaerts» имеет не большее значение, чем мнение «Gazette de Cologne» и «Berliner Tageblatt».
Захват территории этой благородной нации — неизгладимый позор на головы всех варваров, которые пошли на это, притом что никто из них до сих пор не возразил [против нарушения независимости и оккупации Бельгии]. Воспоминание об этом сгладится далеко не через одно поколение, и, покуда хоть один немецкий солдат находится на бельгийской земле, идея мира, пусть даже весьма туманного и отдаленного, не может зародиться в головах французов.
Те, кто не согласен с этим планом [по освобождению Бельгии], являются соучастниками великой подлости и неосознанной измены [по отношению к свободе и чести].
Альфред Капю (Alfred Capus), член Французской академии
Перевод с французского Сергея Федюнина
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
3 мин