Пресса
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Лента главных новостей
Русская планета
Пресса

«Киевская Мысль»: В хаосе войны погиб и Николай II

«Труп царя подхвачен ловкими политическими спекулянтами, которые треплют его на своих вакханалиях»
Елена Коваленко
12 мая, 2015 06:00
7 мин
Передовица газеты Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Вторник, 23 июля 1918 года, Киев, №118
(«Киевская мысль» — до революции самая крупная по тиражу провинциальная газета Российской Империи, популярная в среде русской интеллигенции Киева. В 1918 году продолжала выходить в свет в оккупированном немцами городе на русском языке, находилась на антибольшевистских позициях. В газете в разное время публиковались или даже работали Лев Троцкий, первый большевистский нарком просвещения Анатолий Луначарский, писатели Максим Горький, Владимир Короленко и Константин Паустовский. Газету спонсировал крупный предприниматель, «сахарный король» Лев Бродский. В 1918 году издателем был владелец крупной киевской типографии Рудольф Лубковский. — РП)
О чем люди мечтают?
I
Убийство Николая II — очередное преступление большевистского ушкуйничества —преступление, которое, несмотря на все свои специфические особенности,  не прибавит ничего нового к терзающему страну кошмару. Не потому отвратителен расстрел бывшего царя, что пролилась кровь того, кто, по словам «Гол. Киева», «был живым символом и носителем нашего прежнего величия и исторической славы». Сохрани и помилуй Бог! Нужно быть уж слишком несправедливо низкого мнения о России, — несправедливого даже и теперь, когда наша родина столь позорно развалилась и когда столь неприглядной стала призрачность этого «прежнего величия», нужно, говорим, быть слишком невысокого мнения о духовных силах и возможностях России, чтобы символом ее считать покойного царя. Не в символах дело. Екатеринбургское убийство отвратительно само по себе, как отвратительна всякая расправа над поверженным в прах, по рукам и ногам связанным врагом. Мало оправдания в том, что прошлое этого человека запятнано кровью таких же убийств, — убийств, жертвами которых пали люди тоже уже обезвреженные, попавшие в плен, к тому же святые подвижники, добровольно восходившие на эшафот. В той обстановке, которая создалась теперь, когда прошло уже полтора года после низвержения царя, после того, как революция полтора года щадила своего врага. И когда даже свирепые, мстительные и трусливые центральные «совдепы» считали нужным охранять Николая II, убийство его теперь не является ничем иным, как актом кровавого самосуда, который, впрочем, мало чем отличается от таких же бесчисленных актов в кровавой цепи раздирающего страну взаимоистребления.
Екатеринбургск. «совдеп» решил, что…
Впрочем, вряд ли что решал екатеринбургский «совдеп»: просто-напросто пять — шесть оголтелых парней, раскинув своим умишком или даже не раскидывая им, а в состоянии отуманившего их озверения или обычного опьянения расправились с пленником, как расправились шесть месяцев тому назад со спавшими Кокошкиным и Шингаревым. Как расправляются сейчас по всей территории бывшей России победители с побежденными, как расправляются, наконец, с большевиками там, где они попадают в руки врагов. В этом-то и весь ужас кровавой бессмыслицы, именующейся гражданской войной. В хаосе этой войны погибли уже десятки тысяч, погиб в этом хаосе и Николай II.
Передовица газеты Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Передовица газеты Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
II
Как уже следовало ожидать, труп царя подхвачен уже ловкими политическими спекулянтами, которые треплют его теперь на своих монархических и реставрационных вакханалиях. Пошли политические молебны, пока еще робкие политические манифестации, пошла агитация. Темную массу одурманивают церковными проповедями, и для торжества идеи самодержавия о последнем самодержце полилась самая безудержная ложь. Большевики сделал все для того, чтоб такого рода проповедь пала на благоприятную почву. Растоптав революцию и осквернив ее идеи и идеалы, запятнав ее братской кровью и неслыханными преступлениями, они создали обстановку, в которой даже мрачное царское прошлое стало постепенно вырисовываться в тусклом обывательском воображении окрашенным в радужные краски потерянного рая. Ныне большевики убили бывшего монарха, но всей своей деятельностью протоптали дорогу для торжественного шествия монарха будущего. Обыватель живет импульсивно, он живет настроениями сегодняшнего дня, и шипы, которые его жалят сейчас, кажутся ему куда более мучительными и нестерпимыми, нежели страдания прошлого, память о которых, естественно, притупляется. Достаточно сказать, что, например, в Киеве, обывательская масса обрадовалась в январе даже нашествию большевиков, потому что с их победой прекратилась бомбардировка города. Екатеринбургским и, всяким иным  «совдепам» это, конечно, невдомек, но не подлежит сомнению, что монархизму они  принесли сейчас ценный подарок, давший им весьма и весьма кстати нового мученика…
И вот уже газета, вышедшая из недр «Киевлянина», вдохновитель которой самолично вырвал у Николая II  отречение и согнал его с престола, эта газета, отражая настроение притаившихся реставраторов, посмотрела на екатеринбургское убийство не как на возмутительное убийство беззащитного человека. А как на пролитие крови того, кто «был живым символом и носителем нашего прежнего величия и исторической славы». Это, конечно, не более как демагогическая фразеология, ибо нам-то, современникам покойного царя, ясно, что он был символом не величия и славы, а разложения самодержавия, выродившегося перед смертью в самые уродливые и жалкие формы. Царствование Николая II  было едва ли не самой трагической эпохой в истории России. Механически задерживаемая в своем естественном росте, закупоренная в полицейски-деспотический строй, страна хирела и истощалась, — и это в то время, когда кругом у соседей шел рост материальных и культурных сил, процветавших в обстановке политической свободы. «Колосс на глиняных ногах» стал все более и более сосредотачивать на себе влияние процветавших соседей — и сердце сжималось от предчувствия, точнее — от предвидения того момента, когда крепкие цивилизацией народы растопчут этот «колосс» и превратят его в порошок.<…>
Революция 1905 года была первым грозным предостережением — но подавив ее, самодержавие, в тупости и узости своей, стало свирепо поворачивать назад страну, пошедшую, было, вперед, и снова заперло ее в свой каземат. Гениальный консерватор Гете сказал, что вся ответственность за революции должна падать не на народы, их производящие, а на правителей, до революций доводящих. Царствование Николая II довело страну до двух революций, из которых последняя должна была протекать в обстановке величайшей войны и кончилась разгромом не только самодержавия, но и всей страны. Россия, жестоко разбитая в 1915 году, полтора года крепилась, понимая всю гибельность внутренней войны во время войны внешней. Но разрушающее и растлевающее страну правление, слепое и безумное, упорно продолжало искушать страну, доведя ее постепенно до нестерпимого раздражения. Нынче говорят, что большевики разложили Россию. Историк скажет иначе: только из разложения, до которого довели страну три столетия самодержавия, из той мерзости запустения, которую оставило после себя самодержавие, из отсталости, темноты, дикости и веками накопившегося озлобления и мог вырасти столь слепой, безумный и свирепый бунт, который называется большевизмом. <…>
IV
Кто же погубил Россию? Ленин, Троцкий, екатеринбургский или какой иной совдеп? Нет, конечно. Они, повторяем, уже и сами явились продуктами гибели страны, из ее гибели они и родились. Николай II? Нет, этот маленький человек был сам по себе слишком слаб, чтобы губить или создавать государства. А главное — и он со всем своим азиатским суеверием, горделивой верой в свое мессианство «помазанника», внедренной в него воспитанием и раболепством 160-миллионного народа, уверенностью в Божий Промысел, им руководящий, словом, со всеми присущими восточным властелинам чертами, был тоже не более как продукт векового уклада, имя коему — разлагающееся и разлагающее самодержавие. Оно-то, это самодержавие, и погубило Россию, погубил Россию строй, о возрождении которого нынче молятся в киевских церквах.
Бр.
Газета Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Газета Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Передача линий под германский надзор
Германская железнодорожная комиссия известила министра путей сообщения о следующем:
Линии Киев-Казатин-Голобы и Киев-Повурск, впредь до дальнейшего распоряжения поставлены под военный надзор.
Участок линии Киев-Повурск отведен коменданту станции Которостень капитану Ендрес. <…> Просьба указать оставшимся на службе служащим правобережной дороги, чтобы они исполняли распоряжения командующих немецких офицеров.
Германские военно-полевые суды на Украине
Германские военно-полевые суды на Украине начали функционировать, согласно приказам фельдмаршала Эйхгорна от 25 и 27 апреля.
Германские военно-полевые суды учреждены императорским приказом в 1899 году. Им подсудны дела граждан стран, которые находятся с Германией в состоянии войны.
Как указывают официальные представители германской власти, указ о военно-полевых судах применен, несмотря на мир между Германией и Украиной, к последней, так как <…цензура…>
От происходящих беспорядков нередко страдали немецкие войска и высшему германскому командованию были даны полномочия ввести военно-полевые суды, что произошло после предварительного соглашения с гетманом.
Германский военно-полевой суд созывается комендатурой для каждого дела особо. В состав суда входят: председатель, четыре члена суда, член-докладчик, он же обвинитель. Согласно судопроизводству германских военно-полевых судов, обвинительный акт не составляется. Производивший следствие по данному делу (для этого лица юридическое образование обязательно) входит затем в состав суда вышеупомянутым членом-докладчиком.
Защитники допускаются лишь в исключительных случаях; однако присутствие защитника по назначению обязательно, если подсудимый привлекается за преступление, могущее быть караемым смертной казнью. Приговор выносится абсолютным большинством голосов. Во время совещания судей присутствует и член-докладчик, однако без права голоса. Приговор тут же заносится в общий протокол заседания, который немедленно препровождается коменданту на утверждение. В случае утверждения приговор вступает в законную силу и объявляется подсудимым. В противном случае, дело переходит на новое рассмотрение в постоянный военный суд. Таким образом, подсудимые лишены права ходатайства о кассации приговора.
Заседания суда происходят при закрытых дверях, если на счет этого не последовало особых распоряжений.
Телеграммы
Сражение на Западе
Официальное германское сообщение от 21 июля.
Армейская группа кронпринца Рупрехта. После сильного артиллерийского огня на реке Анкр между Бомон и Гамель последовали атаки английской пехоты, которые отражены с крупными потерями для противника. Вечером также закончились неудачей английские атаки к востоку и юго-востоку от Гебютерна. Умеренная боевая деятельность, бывшая в течение дня, опять оживилась вечером.
Армейская группа германского кронпринца. Местные атаки неприятеля к северу от реки Эн между Нуврон и Фонтенуа отражены нашей контратакой. Между реками Эн и Марна, введя в бой новые дивизии, неприятель вчера пытался добиться решительного исхода боя. Противник был отброшен. Он понес крупные потери. Колониальным войскам французов, уроженцам Алжира, Туниса, Марокко и сенегальским неграм пришлось вынести тяжесть боя в самых горячих местах. <…> Американцы, также и американские негры, англичане и итальянцы сражались в рядах французов. <…>
Газета Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Газета Киевская мысль от 23 (10) июля 1918 года
Война с большевиками
На украинском фронте
Из осведомленных источников сообщают:
Оживление большевистского фронта в районе черниговской и курской губерний в последние дни превратилось в открытые нападения небольших отрядов советских войск на украино-германские линии. Так, отряд около 100 человек совершил набег на мест. Ямполь, где сжег усадьбу и обстрелял ружейным огнем украино-германскую заставу. Отряд, около 200 человек, напал на станцию Горелые Хутора, где разграбил часть грузов и порвал телеграфные провода. Отряд около батальона красноармейцев атаковал небольшую германскую часть в районе к северо-востоку от Рыльска. Все эти нападения окончились отражением, однако они свидетельствуют о полном нежелании советских войск подчиняться приказам из Москвы. <…>
На Кавказе
По полученным в Киеве достоверным сведениям, на побережье черноморской губернии большевики сохраняют в своих руках всего только один пункт — Туапсе.
Побережье от Туапсе до района Сухума занято отрядами кавказских меньшевиков и правых эсеров. Сухумский порт находится во власти германцев.
Наступление финляндцев на Мурман
«Tagl. Runsch» сообщает, что финская гвардия начала наступление по направлению мурманской железной дороги на путях к Кандалакше и к Кеми.
Борьба с холерой
Москва, 22 июля.
Для борьбы с холерой в Петрограде мобилизуется буржуазная молодежь, их которой организуются санитарные отряды. Рабочие переселяются из антисанитарных квартир в жилища буржуазии. Холера появилась в Рязани и Калуге.
Занятие Оренбурга
Москва, 22 июля.
Оренбург занят войсками Дутова.
темы
7 мин