Хроника
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Хроника
Хроника

«Караул устал»

15-21 января: большевики разогнали Учредительное собрание

Елена Коваленко
7 мин

Моряки, участвовавшие в разгоне Учредительного собрания. Январь 1918 года. Фото: Sovfoto / UIG / Getty Images / Fotobank.ru
 

Вторая половина января 1918 года была вновь ознаменована трагедий в России — большевики силой разогнали Учредительное собрание, которое должно было определить дальнейшее устройство государства, и расстреляли рабочие демонстрации в его поддержку. Таким образом, в стране была окончательно установлена жесткая и кровавя диктатура. Даже «певец революции» Максим Горький в те дни обличал большевиков в зверствах и лжи. На фронтах Великой войны тем временем сохранялось относительное затишье, прерываемое лишь взаимными артобстрелами. Единственной заметной военной новостью стала потеря Турцией главной ударной силы своего флота — бывших немецкий крейсеров «Гебен» и «Бреслау», которые подорвались на минах в Эгейском море.
Дипломатия и общественная жизнь
17 января СНК принял решение о наступлении на территории, контролируемые «буржуазным» киевским правительством Украины. 18 января отряды «красных», наступавшие со стороны Харькова, вступили в Полтаву. В этот же день, 18 января, отряды украинского Вольного казачества изъяли из помещений киевского завода «Арсенал» хранившееся там оружие и закрыли большевистскую газету «Голос социал-демократа». Это была ответная мера сторонников Центральной Рады на почти открыто проводившуюся большевиками подготовку восстания в Киеве и начало наступления большевистских отрядов на центральную и северо-западную Украину.
18 января в Таврическом дворце в Петрограде состоялось официальное открытие Учредительного собрания — выборного органа из 786 делегатов, который решено было созвать вскоре после Февральской революции для определения дальнейшего государственного устройства России. Выборы в него состоялись в ноябре 1917 года уже после октябрьского переворота, но захватившие власть большевики не решились его разогнать сразу, поскольку в народе идея Учредительного собрания была очень популярна.
По итогам выборов более половины мест в собрании получили эсеры, около четверти — большевики, также хороший результат показала и леволиберальная партия кадетов. В состав Собрания были избраны такие политики, как Александр Керенский, казачьи атаманы Александр Дутов и Алексей Каледин, украинский националист Симон Петлюра и т.д. Победа большевиков и провозглашенной ими Советской власти оказалась под угрозой. Сам лидер большевиков Владимир Ленин относился к результатам своей партии критически: «Объединяя три основные группы партий на выборах в Учредительное собрание, мы получаем такой итог: партия пролетариата (большевики) — 9,02 миллиона [избирателей], 25%; партии мелкобуржуазной демократии (социалисты-революционеры, меньшевики и т. п.) — 22,62 миллиона, 62%; партии помещиков и буржуазии (кадеты и т. п.) — 4,62 миллиона, 13%». 
Из присутствовавших на первом заседании 410 депутатов большинство также оказались правыми эсерами и их союзниками, а у большевиков и левых эсеров имелось всего 155 мандатов (38,5%). (Максим Горький называл даже еще меньшие цифры — 140 большевиков).
В этот же день, 18 января, в газете «Правда» было опубликовано постановление за подписью члена коллегии ВЧК Моисея Урицкого, запрещавшее всякие митинги и демонстрации в Петрограде в районах, прилегающих к Таврическому дворцу, из «опасения каких-либо провокаций и погромов». Опасения были не напрасными: правые эсеры вначале действительно готовились вывести в этот день вооруженных сторонников, а также два «разагитированных» полка в сопровождении броневиков. Но утром 18 января эсеры отказались от применения силы и предложили солдатам выйти в поддержку Учредительного собрания безоружными, чтобы не было кровопролития. Это предложение вызвало у солдат бурю негодования: «Да что вы, товарищи, в самом деле, смеетесь, что ли над нами? Или шутки шутите?.. Мы не малые дети и, если бы пошли сражаться с большевиками, то делали бы это вполне сознательно... А кровь... крови, может быть, и не пролилось бы, если бы мы вышли целым полком вооруженные».
Моисей Урицкий. Фото: Борис Лосин / РИА Новости

В результате на улицах Петрограда и Москвы действительно произошло побоище. Большевики окружили подступы к Таврическому дворцу силами верных им латышских стрелков. Сторонники Учредительного собрания, несмотря на запрет, ответили демонстрациями поддержки, в которых участвовало, по разным оценкам, от 10 до 100 тысяч человек. Среди них были и вооруженные люди, но большинство были безоружными (петроградская интеллигенция, служащие, рабочие). Михаил Веллер и Андрей Буровский в своей книге «Гражданская история безумной войны» отмечают: «Несмотря на прямой запрет и угрозы, рабочие вышли на демонстрацию. РАБОЧИЕ. Кадетов больше нет (партия кадетов была объявлена большевиками «партией врагов народа» еще в декабре 1917 года — РП). Интеллигенция запугана. К Таврическому дворцу идут рабочие Выборгской стороны и Васильевского острова. В самой крупной колонне было не менее 60 тысяч человек. На углу Литейного и Невского демонстранты были встречены пулеметным и винтовочным огнем. По официальным данным, было убито 9 и ранено 20 человек, из которых потом умер один. Данные явно занижены, уже в тот же день называли цифру — порядка 100 убитых. У Таврического все же собралась огромная толпа в несколько тысяч человек с лозунгами «Да здравствует Учредительное собрание!». Эту толпу разгоняли прикладами».
Очевидец событий, рабочий Обуховского завода Д. Н. Богданов вспоминал: «Я, как участник шествия еще 9 января 1905 года, должен констатировать факт, что такой жестокой расправы я там не видел, что творили наши «товарищи», которые осмеливаются еще называть себя таковыми, и в заключение должен сказать, что я после того расстрела и той дикости, которые творили красногвардейцы и матросы с нашими товарищами, а тем более после того, когда они начали вырывать знамена и ломать древки, а потом жечь на костре, не мог понять, в какой я стране нахожусь: или в стране социалистической, или в стране дикарей, которые способны делать все то, что не могли сделать николаевские сатрапы, теперь сделали ленинские молодцы». Среди погибших были видные активисты партии эсеров. Такая же судьба ждала и московскую демонстрацию в защиту Учредительного собрания, где в ходе перестрелок с обеих сторон погибло более 50 человек. В частности, было взорвано здание Дорогомиловского совета, где погиб начальник штаба Красной гвардии района и несколько красногвардейцев.
Непосредственно заседание Учредительного собрания открылось предложением председателя ВЦИК большевика Якова Свердлова признать все декреты и постановления Совета Народных Комиссаров (СНК) и принять написанный Лениным проект «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Декларация объявляла Россию «Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». Но депутаты собрания 237 голосами против 146 приняли решение вообще не рассматривать эту декларацию. Так ими была фактически отвергнута Советская власть как нелегитимная. Далее 244 голосами председателем собрания был избран эсер-центрист Виктор Чернов.
Виктор Чернов. Фото: Melancon M. The Socialist Revolutionaries and the Russian Anti-War Movement, 1914-1917. – Columbus, 1990.
Уже в ночь на 19 января (заседание все еще продолжалось) большевики покинули Таврический дворец в знак протеста против отказа Учредительного собрания принять их декларацию. Представитель большевистсткой фракции Федор Раскольников сказал: «Не желая ни минуты прикрывать преступления врагов народа, мы заявляем, что покидаем Учредительное собрание с тем, чтобы передать Советской власти депутатов окончательное решение вопроса об отношении к контрреволюционной части Учредительного собрания». Через час после ухода большевиков дворец покинули и левые эсеры. Оставшиеся в зале депутаты продолжили работу и приняли ряд важных документов: закон о земле, провозгласивший землю общенародной собственностью, объявление России демократической федеративной республикой и обращение к воюющим державам с призывом начать мирные переговоры. В ходе заседания в нем активно участвовали «зрители» — революционные матросы, которым выписал пропуски Урицкий, назначенный большевиками также комиссаром Всероссийской комиссии по делам созыва Учредительного собрания. Они матерились, распивали водку, грызли огурцы и всячески оскорбляли выступавших.
Заседание было грубо прервано в 5 часов утра, когда начальник охраны дворца матрос Анатолий Железняков («матрос Железняк»), войдя в зал, заявил: «Я получил инструкцию, чтобы довести до вашего сведения, чтобы все присутствующие покинули зал заседаний, потому что караул устал». На следующий день, когда депутаты подошли к дворцу, то обнаружили двери закрытыми, а рядом стоял караул с пулеметами и двумя артиллерийскими орудиями. Охрана заявила, что заседания не будет, так как оно запрещено правительством большевиков, и показала пулемет: «Не разойдетесь — пощекочем». Газета «Правда» в тот день вышла с передовицей: «Прислужники банкиров, капиталистов и помещиков, союзники Каледина, Дутова, холопы американского доллара, убийцы из-за угла — правые эсеры требуют в Учредительном собрании всей власти себе и своим хозяевам — врагам народа…» 21 января был опубликован декрет ВЦИК о роспуске Учредительного собрания.
Максим Горький чуть позже писал: ««Правда» лжет, — она прекрасно знает, что «буржуям» нечего радоваться по поводу открытия Учредительного собрания, им нечего делать в среде 246 социалистов одной партии и 140 — большевиков. «Правда» знает, что в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под красными знаменами Российской с.-д. партии к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов. Именно этих рабочих и расстреливали, и сколько бы ни лгала «Правда», она не скроет позорного факта. «Буржуи», может быть, радовались, когда они видели, как солдаты и красная гвардия вырывают революционные знамена из рук рабочих, топчут их ногами и жгут на кострах. Но, возможно, что и это приятное зрелище уже не радовало всех «буржуев», ибо ведь и среди них есть честные люди, искренно любящие свой народ, свою страну. Одним из таких был Андрей Иванович Шингарев, подло убитый какими-то зверями».
Так бесславно закончилась короткая работа Учредительного собрания, на которое с марта 1917 года возлагалась надежда десятков миллионов людей о проведении законного и полного переустройства жизни бывшей империи.
20 января в Петрограде в Мариинской больнице были зверски убиты лидеры партии конституционных демократов (кадетов) Андрей Шингарев и Федор Кокошкин. Они были арестованы в декабре 1917 года при попытке пройти в Учредительное собрание на предварительное совещание с представителями других партий, но большевики, у которых в Собрании было меньшинство, стремясь устранить конкурентов, объявили кадетов партией «врагов народа». Шингарев и Кокошкин были отправлены в Петропавловскую крепость, откуда 19 января из-за ухудшения здоровья были переведены в Мариинскую больницу. После первого неудачного покушения на Ленина, произошедшего 14 января, большевистские газеты выступили с призывами «решительно и беспощадно расправится с буржуазной контрреволюцией», на что и отозвались матросы, перевозившие политиков в больницу. Вечером они ворвались к ним в палаты и без какого-либо конкретного повода закололи Шингарева и Кокошкина штыками и застрелили. По поручению Ленина было начато расследование убийства, но никто из его участников ответственности так и не понес.
Западный фронт
16 января в районе городка Бадонво (в 60 километрах восточнее Реймса) после артиллерийской подготовки французы атаковали германские окопы и на некоторое время завладели первой линией траншей, но вскоре были выбиты. 18 января ожесточенные артиллерийские перестрелки наблюдались в районе Камбре (в 100 километрах к северу от Парижа).
Салоникский фронт
18 января болгарские войска отбили британскую атаку в районе реки Струма (на восточном участке Салоникского фронта, в 100 километрах к востоку от города Салоники). Массированные взаимные артобтрелы велись в районе озера Преспа (на стыке границ нынешних Греции, Македонии и Албании).
Война на море
20 января в результате боестолкновения в Эгейском море при выходе из пролива Дарданеллы были выведены из строя флагманы и главная ударная сила турецкого флота — линейный крейсер «Гебен» и легкий крейсер «Бреслау». До войны они составляли Средиземноморскую эскадру германского флота, но вскоре после начала войны эти корабли в результате дерзкого рейда почти от самого Гибралтара прорвались в Константинополь. Это событие стало одной из причин вступления Турции в войну на стороне Центральных держав. Сами же корабли под новыми, турецкими названиями были введены в состав турецкого флота. При этом команды на кораблях остались немецкие, а командующий бывшей Средиземноморской немецкой эскадры адмирал Вильгельм Сушон был назначен командующим всего ВМФ Османской империи.
Германский крейсер SMS Goeben (Yavuz Sultan Selim) в Босфоре под Турецким флагом. 1918 год. Фото: Imperial War Museums
20 января «Гебен» и «Бреслау» в сопровождении нескольких эсминцев и подводной лодки предприняли очередную вылазку из пролива Дарданеллы, который оставался под контролем Турции, в Эгейское море, где господствовал флот союзников по Антанте. После неудачной попытки захвата Дарданелл в 1915 году у входа в пролив постоянно дежурила эскадра союзников, блокируя турецкий флот. Но на этот раз ее основные силы находились чуть в стороне. Воспользовавшись этим, «Гебен» и «Бреслау» обстреляли и уничтожили радиостанцию и сигнальную станцию на острова Имрос (ныне Гекчеада, принадлежит Турции — РП), а затем атаковали обнаруженные рядом британские эсминцы и мониторы (уже устаревший на тот момент тип броненосных низкобортных судов с сильной артиллерий — РП), потопив их. После этого турецкая эскадра двинулась дальше, но вскоре ее атаковали несколько английских бомбардировщиков. Уклоняясь от бомб, «Бреслау» попал на минное поле и в течение часа налетел последовательно на 5 мин, после чего затонул. Пришедший к нему на помощь «Гебен» также налетел на мину. Причем для него это была уже вторая пробоина — на первую мину крейсер налетел еще при подходе к острову Имрос, но тогда повреждения оказались не очень серьезными. «Гебен» повернул назад, но при подходе к проливу снова попал на мину и получил уже третью пробоину. В конце концов крейсер все же ушел в Дарданеллы, но затем выскочил на мель. Несмотря на постоянные авианалеты, турецким и германским морякам удалось его снять с мели 26 января, и после ремонта через несколько месяцев он вновь вступил в строй.
В течение недели германскими подводными лодками было потоплено и повреждено 22 судна.
«Русская планета»
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
7 мин