Русские победы
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Русские победы
Русские победы

А вместо сердца — пламенный мотор

22 марта 1942 года недалеко от линии фронта местные жители нашли умиравшего от голода и ран советского летчика — Алексея Маресьева — ставшего прототипом героя «Повести о настоящем человеке»

Владимир Лактанов
1 мин

Алексей Маресьев. Фото: myhistori.ru

Почему именно 22 марта стоит считать ключевой датой в биографии этого человека-легенды?
Маресьев родился 20 мая 1916 года близ Волгограда, тогда еще Царицына. Он был третьим ребенком в семье. Отец умер рано, мать, простая уборщица, в годы гражданской войны одна поднимала троих сыновей. Младший Алеша тяжело переболел малярией, оставившей на память о себе осложнения в виде ревматизма. О летном училище с таким здоровьем можно было и не мечтать, но юноша, рано осознавший, что является для него делом всей жизни, упорно, раз за разом подавал документы на учебу. Дошло даже до конфликта: Алексей как раз отправил бумаги на поступление в МАИ, а райком комсомола отправлял его на стройку в Комсомольск-на-Амуре; Маресьев был готов «положить на стол» комсомольский билет. В результате все, к счастью, сложилось наилучшим образом. Все-таки отправившись на всесоюзную стройку, он на Дальнем Востоке поправил здоровье и начал занятия в местном аэроклубе. Оттуда же его в 1937 году призвали на службу в РККА — в авиационный погранотряд на Сахалин. Оттуда молодой, подающий надежды летчик был направлен в летное училище Батайска, которое окончил младшим лейтенантом. Там же, в училище, где Алексей остался инструктором, он встретил Великую Отечественную войну.
Начало войны, направление командованием сначала на Юго-Западный фронт, где 23 августа 1941 года состоялся первый боевой вылет Маресьева, переброска на Северо-Западный фронт, 4 сбитых вражеских самолета  — все это, можно сказать, естественные пункты биографии для летчика в то время.
4 апреля  1942 года, когда, судя по немецким документам, некий оберлейтенант Брауэр на своем Мессершмитте сбил в районе Демянского котла советского летчика, дата и вовсе трагическая.  Жизнь Маресьева вполне могла оборваться именно в тот день. Вот как об этих событиях рассказал сам герой: «Деревья несколько смягчили удар о землю. Выброшенный из машины, я упал в сугроб и потерял сознание. Спустя некоторое время леденящий холод заставил меня очнуться. Кругом белым-бело, полное безлюдье. Лес точно застыл от мороза. Я понял, что нахожусь в тылу врага (не знал тогда, что фронт находился рядом). Первая же попытка встать на ноги заставила меня вскрикнуть от боли: обе ступни были разбиты. Это был тяжелый момент, но я решил пробиваться на восток к своим. Этот путь продолжался восемнадцать дней и ночей. Несмотря на голод, начавшуюся гангрену твердая мысль: Не сдаваться! — не оставляла меня. Когда силы мои почти иссякли, я стал перекатываться со спины на живот и снова на спину; когда кончились кое-какие пищевые запасы, питался весенней клюквой, нередко мхом. Часто кричал, звал на помощь».
Несмотря на многолетние старания поисковых отрядов, место падения самолета до сих пор точно так и не установлено. Из-за этого нельзя даже примерно оценить, сколько километров составил маресьевский маршрут от места катастрофы до деревни Плав. Даже полностью здоровый человек с трудом передвигается по тяжелому сырому снегу в лесу (а в тех краях толщина снежного покрова легко может составлять метр и больше) с огромным трудом.
Все, что произошло после — операция по ампутации раздробленных ступней, реабилитация, тренировки, чтобы, несмотря на инвалидность, вновь сесть за штурвал и бить врага, настойчивость, вынудившая командование направить его в действующую боевую часть, первый боевой вылет после аварии уже летом 1943 года, и еще 7 сбитых с того дня вражеских самолетов — это беспримерный гимн силе человеческого духа. Но если бы 22 марта 1942 года Маресьев не сумел, превозмогая все, добраться до людей, ничего этого не случилось бы. Подвиг становится примером и легендой только тогда, когда о нем знают потомки.
Впрочем, человек-легенда очень не любил, когда его так называли. «Я человек, а не легенда! В том, что я сделал, нет ничего необыкновенного. И то, что меня превратили в легенду, очень расстраивает», — он в своем последнем интервью, данном в 2001 году за несколько дней до смерти.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
1 мин