Украина
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Украина
Украина

«Нам ни Украина не нужна, ни ДНР»

Как прошли первые сутки «режима тишины» в Донбассе

Елена Коваленко
4 мин

Украинская бронетехника на дороге между Дебальцево и Артемьевском, 14 февраля 2015. Фото: Petr David Josek / AP
 

За три часа до вступления в силу «режима тишины» в бывшем санатории «Соляная симфония» в Соледаре, где размещается Совместный российско-украинский центр по контролю и координации наблюдения за соблюдением прекращения огня, отчетливо слышно, как работают «Грады» и «Ураганы».
Соледар — здесь расположена самая большая на Украине шахта по добыче каменной соли — расположен в десяти километрах от Артемовска и в пятидесяти — от Дебальцево. Неделю назад, после того как ополченцы заявили, что замкнули «дебальцевский котел», вдоль трассы Артемовск — Дебальцево встали реактивные системы залпового огня украинской армии, которые обстреливают позиции сил «ДНР» и «ЛНР».
Мы заходим в штаб в начале десятого вечера. На втором этаже трехэтажного здания живут украинские военные, на третьем — российские. Обедать ходят все вместе в столовую неподалеку. «Закончить огонь должны к двадцати трем часам по Киеву», — смотрит на часы генерал Александр Розмазнин, который представляет в совместном центре Украину. Объясняет: за час до полуночи — это для верности, чтобы к 00:00 уже точно прекратить всякие перестрелки. 
Российскую сторону в Соледаре представляет генерал-майор Александр Вязников, заместитель командующего ВДВ по миротворческим операциям и коллективным силам оперативного реагирования. Россияне дают прессе комментарии строго после согласования с Генеральным штабом.
Розмазнин показывает приказ за подписью командующего Антитеррористической операцией генерал-лейтенанта Сергея Попко (представитель минобороны Украины в штабе АТО): «Тут прописаны условия, при которых военные могут применять оружие». Показывает аналогичный приказ о прекращении огня, полученный из самопровозглашенной Донецкой республики (отправлен факсом). Из Луганска приказа нет.
— Я звонил туда, — рассказывает Розмазнин, — но они не смогли отправить, говорят, сейчас нельзя сделать, все уже с работы ушли, но дали честное слово, что завтра пришлют. Есть еще директива от генерального штаба, но она под грифом «секретно», там моменты, которые не все должны знать.  
Бойцы Донецкой народной республики на контрольно-пропускном пункте под Донецком, 15 февраля 2015 года. Фото: Baz Ratner / Reuters
В дверь стучится дежурный.
— Тут российский коллега говорит, по Донецку сильный обстрел идет. Это «ответка», наверное?
Украинское телевидение начинает транслировать выступление президента Петра Порошенко в генштабе вооруженных сил. Порошенко объявляет о прекращении огня вдоль всей линии соприкосновения в Донецкой и Луганской областях с 00:00 15 февраля.
Сразу после выступления Порошенко выхожу на улицу. Рядом курят украинские солдаты, шутят.  
— Сейчас самый стремный момент. Или начнется, или не начнется.
— А чего такая тишина, неужели кто-нибудь новости почитал?
— Вот что-то бухает.
— Да это музыка, сейчас будем шашлык есть.
Впрочем, минут через пятнадцать на дебальцевском направлении все же наступает долгожданная тишина. 
Поступает информация об обстреле 17-го блокпоста в районе села Золотое на территории самопровозглашенной ЛНР. Антитеррористический центр заявляет, что перемирие нарушили казаки. Связываются с ОБСЕ, выясняется, что наблюдатели не готовы ехать раньше восьми утра. Тем временем в центре продолжают следить за нарушениями «режима тишины».
Неожиданно на сайте Национальной гвардии появляется сообщение, что наступление на Дебальцево намерен продолжать Дмитрий Ярош — лидер признанного в России экстремистским и запрещенного судом «Правого сектора». Я спускаюсь вниз и показываю раздел «новости» офицеру украинской армии.
— Причем тут Ярош и “Национальная гвардия? — недоумевает он (у «Правого сектора», в отличие от добровольческих батальонов, особый статус, он не подчиняется ни МВД, ни министерству обороны).  
— Да нет там никакого Яроша. Там так, беспорядочный огонь из минометов по городу, — уверяет военный, изучив сообщение, и пересказывает сводку последних часов. — Сектор «Ц» — спокойно,  сектор «М» — спокойно, сектор «Б» — стреляют. Я сейчас разговаривал с военными, они говорят, откуда стреляют, мы не видим, туман.
Женщина в убежище в Енакиево, 14 февраля 2015 года. Фото: Baz Ratner / Reuters
С новостью про наступление Яроша тем временем происходят странные вещи: выясняется, что она датирована не 15-м, а 14-м февраля, а затем и вовсе оказывается, что изначально в тексте шла речь от танкистах Нацгвардии, а про Яроша не было ни слова. Под утро скандальная новость и вовсе исчезла с сайта.
«Да тут перемирие такое — одна провокация и все пойдет…[к черту]», — выходит покурить наблюдатель от киевской стороны.
Утром в воскресенье журналисты отправляются по «трассе жизни» — от Артемовска в Дебальцево. По дороге минуем четыре блокпоста. То, что наступило перемирие, заметно. Военные и Нацгвардия спокойно пропускают автомобили с наклейками «ТВ». На последнем блокпосту, в Луганском — отсюда до Дебальцево меньше двадцати  километров — военные разворачивают автомобиль, дальше начинается зона риска. К моменту окончания боевых действий линия «дебальцевского котла» — или «дебальцевской дуги», как называют ее украинские военные — застыла причудливым образом. Перед самым прекращением огня украинские военные пытались окружить село Логвиново, занятое ополчением, объяснял корреспонденту РП офицер из совместного штаба по мониторингу: «Там так идет: наши войска, их войска, наши войска, их войска».
Мы разворачиваем машины. Видны укрепления, выстроенные вдоль дороги украинской армией. Справа от дороги слышны минометные выстрелы, мы поворачиваем в поселок городского типа Мироновское, расположенный совсем недалеко от Дебальцево, на границе Донецкой и Луганской областей. За пять или десять минут встречаем на улице одного или двух человек. На дороге, которая ведет в центр, по обеим сторонам — разбитые пятиэтажки с проломленными снарядами стенами. В здании местного профучилища устроено бомбоубежище, подъезжаем туда. Люди начинают жаловаться: к ним никто не едет, в городе отключены свет, вода и газ — почти как в самом Дебальцево. И выехать, когда были бои, из города почти так же сложно; показывают, как устроен подвал.
— Нам ни Украина не нужна, ни ДНР, — пересказывает местная жительница Татьяна самую частую мысль, обсуждаемую горожанами. — Хотим просто жить как раньше, чтобы деньги платили.
Пока мы разговариваем, за городом начинает стрелять миномет. Слышен залп и свист мины, улетающей в неизвестном направлении.
— Видите, какое перемирие! — возмущаются обитатели подвала.  
— Украинская армия стреляет, — говорит со злостью Сергей Васильевич. Он работает на Углегорской ГЭС,  то есть за линией фронта, и уже несколько дней не может попасть на работу.  
Сергей Васильевич показывает аптеку, в которую попал снаряд. Если быть более точным, то снаряд попал в дом, в котором располагалась аптека, дом загорелся, а потом сгорела и аптека. Одним из ее совладельцев был родственник Сергея Васильевича, и он рассказывает про сгоревший дом с особым негодованием.  
Идем дальше, в единственный на все Мироновское работающий магазин. Сюда привезли хлеб, в полутемном помещении выстроилась очередь. Электричества нет, свет попадает в магазин только из окон и от свечи, которая стоит рядом с кассой, чтобы облегчить расчеты. В дома напротив попадали семь раз, рассказывает Сергей Васильевич, покупатели подтверждают. В девятиэтажке, где находится магазин, нет окон, пробита крыша, — следы минометных попаданий. Чуть подальше из земли торчит «хвост» от выпущенного из «Града» реактивного снаряда.
Залпы слышны уже на нескольких окраинах — в направлении на Дебальцево, на юге и на востоке, по направлению к Луганской области. Когда машина с журналистами выезжает из поселка, видно, как впереди, в районе села Логвиново ведется огонь из артиллерии и минометов.
Как сообщил в понедельник журналистам официальный представитель АТО Анатолий Стельмах, за прошедшие сутки силы ДНР и ЛНР 112 раз обстреливали позиции украинской армии. В свою очередь заместитель командующего корпусом минобороны самопровозглашенной ДНР Эдуард Басурин заявил, что украинские силовики нарушили режим прекращения огня 27 раз.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин