Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Общество
Общество

Возможно ли одолеть казнокрадство

Государство должно установить контроль над системой своих же закупок
Илья Савин
5 мин
XI Всероссийский форум-выставка «Госзаказ–2015». Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС
Нет в России более популярного лозунга, чем борьба с коррупцией. На нее выделяются значительные средства, создано Управление по борьбе с коррупцией (почему-то в составе администрации президента), нет такого министра, который не сказал бы хоть раз, что коррупция — это плохо, а результат нулевой, если не отрицательный.
Все дело в том, что коррупцию, как и любое сложное явление, можно разложить на составные части. Это как на войне: чтобы уничтожить армию противника, необходимо разбить каждое ее подразделение. В нашем случае — начиная от вашей мелкой взятки водопроводчику или врачу и заканчивая грандиозными операциями сырьевых монополий.
У коррупционной армии, как и у армии обычной, есть главная ударная сила, элитные войска. Это, разумеется, казнокрадство, вывод средств из бюджета всеми околозаконными, почти законными, псевдозаконными и откровенно незаконными способами. И вот с этой конкретной проблемой — в отличие от абстрактной, рассеянной по всем слоям общества коррупции — бороться можно вполне эффективно.
Никто толком не знает, что такое коррупция. Несколько лет назад президенту Медведеву иностранный гость подарил айфон, и президент передал подарок сыну — по букве закона президент Медведев коррупционер, ибо подарки дороже 3 тыс. руб. обязан передавать государству. По здравому смыслу — да обойдется государство без медведевского айфона.
Четко известно, что такое казнокрадство. Прямая его форма — передача денег из бюджета частным лицам или организациям в корыстных целях. Один из самых типичных примеров — заключение договора о поставке товара или услуги по заведомо завышенной цене, чтобы нелегально получить свою часть от этого избытка цены. Место, где совершаются подобные деяния, также общеизвестно, — это система государственных закупок.
Два премьера, один результат
Ровно четыре года назад, 30 сентября 2011 года, тогдашний премьер-министр Владимир Путин провел в Ново-Огарево совещание, посвященное проблеме госзакупок. Там рассматривались два конкурирующих предложения реформы этой малоэффективной системы — от Минэкономразвития и ФАС. Премьер неожиданно уклонился от принятия какого-либо решения и отправил документы на доработку.
Сейчас подобные совещания проводит премьер-министр Дмитрий Медведев, но воз и ныне там. «Наводить такой порядок нужно не затягивая», — говорит премьер, но конкретных документов не подписывает. Есть предложение проводить абсолютно все торги в электронном (то есть удобном для мониторинга) виде: глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев считает, что подъем доли электронных торгов только на 1% сэкономит бюджету 7 млрд руб. в год. Но проект в стадии «подготовки подзаконных актов».
Ни у правительства, ни у президента нет сил справиться с казнокрадским лобби, блокирующим любые попытки повесить замок на государственный бюджет.
Бездонный колодец
Как уже писала «Русская планета», борьба с коррупцией, а если быть точным в терминах — то с казнокрадством, сегодня является едва ли не единственным резервом повышения эффективности нашей экономики и исполнения обязательств бюджета перед простыми гражданами.
В поиске эффективности правительству и всем руководителям входящих в него ведомств необходимо обратить внимание на вверенные их контролю и управлению — через советы директоров — госкомпании, которые иногда называются ПАО, иногда госкорпорациями или ФГУПами, но это не меняет главного: эти компании должны трудиться на благо России и нас с вами.
По оценке Института энергетической политики, среди 30 крупнейших компаний России 2/3 по выручке занимают госкомпании, а в целом госсектор дает до 60% ВВП страны. Объем же корпоративных закупок крупнейших компаний с госучастием превышает 14 трлн рублей в год.
Для сравнения, бюджет нашей страны — чуть больше 15 трлн. И сегодня в этом бюджете пробита основательная брешь в 1 трлн руб., которые будут возмещены компаниями-экспортерами и Центробанком. Получается, что при повышении эффективности закупок госкомпаний всего на 10% и возвращении этих доходов в бюджет нашей страны, а не выплате в виде бонусов топ-менеджерам, он вновь стал бы профицитным. И не пришлось бы увеличивать налоговое бремя и пенсионный возраст, а также предпринимать другие шаги, прямо противоречащие указаниям президента.
Хитрые манипуляции
Дмитрий Медведев подчеркнул, что в сфере закупок необходимо навести порядок с ценами и качеством закупаемой продукции. Сегодня же, как говорят в бизнес-сообществе, там творится полный беспредел. Тендеры «рисуются» под конкретных поставщиков, близких к руководству госкомпаний либо договорившихся об откатах с конкретными менеджерами. В результате доходит до абсурда. По словам некоторых представителей отрасли, стоимость тендеров «Газпрома» порой бывает завышена в разы.
Малому бизнесу на таких торгах, как правило, делать нечего, хотя он и предлагает меньшие цены и более качественные услуги. Впрочем, глава кабмина высказался именно в поддержку малого и среднего бизнеса. Однако он не мог не признать и значительного завышения цен, и наличия «специфических конкурсов», куда допускается только одна заявка, в результате чего в 2014 году «почти половина от общего объема закупок была сделана у единственного поставщика». А в Минэкономразвития насчитали 2700 формулировок, позволяющих делать закупки у единственного поставщика.
Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев. Фото: Исакова Анна / ТАСС
Сегодняшняя система контроля госзакупок — манипулятивная, она оставляет множество возможностей не допустить к тендерам частные предприятия, то есть не отдать заказ, как выражаются в этих кругах, «налево». «Русская планета» уже писала о типичных манипуляциях, которые предпринимают госзакупщики для того, чтобы добиться нужных результатов тендеров.
Борец из Приморья
Генеральный директор работающего в Приморском крае ООО «Сила Света» Дмитрий Зубарев рассказал «Русской планете» о том, как его компания долго и безуспешно пыталась получить хоть один заказ на рынке сетей наружного освещения.
«Я понимаю, какая себестоимость у этих работ, какова норма прибыли — и вижу, что заказы уходят по цене, завышенной в 2–3 раза. Мы действительно могли бы составить серьезную конкуренцию за счет оптимизации издержек», — говорит Зубарев.
Почему чиновники боятся «голодных» независимых предпринимателей? «Мы сбросим цену так, что коррупционной составляющей в ней уже точно не будет и заказ перестанет быть привлекательным для последующего распила», — объясняет Зубарев.
Хотя с 2011 года компания Дмитрия не получила ни одного заказа, он верит, что его борьба может принести пользу как «Силе Света», так и всему рынку по трем причинам.
Во-первых, заказы являются регулярными (содержание сетей освещения нужно всегда, да и строят их тоже регулярно), заказчики одни и те же, победители очевидным образом аффилированы с представителями заказчиков. Если эту связь разорвать (хотя многим кажется, что в России это невозможно), то как минимум удастся получить доступ к будущим заказам.
Во-вторых, доказанный факт ограничения конкуренции должен повлечь уголовную ответственность для создателей схемы. В этом случае заказы будут размещать другие люди, которым придется учесть горький опыт своих коллег.
В-третьих, если удастся создать прецедент и получить по суду упущенную выгоду, что, к слову, предусмотрено российскими законами, то в суды хлынут толпы предпринимателей, права которых были нарушены при госзакупках. И тогда ситуация может все-таки поменяться.
Эффект плацебо
Пока единственным решением проблемы подчиненные Медведева в лице министра экономики Алексея Улюкаева считают уравнивание корпоративных закупок госкомпаний с госзакупками, в результате чего корпоративные закупки могут быть переведены на универсальные электронные площадки.
Однако никакой закон не может остановить российского чиновника или госменеджера, решившего урвать кусок от нашего с вами общего пирога. Поэтому пора менять не законы, а ментальность нашего управленческого класса. Не поменяется ментальность — поменять сам класс. Лучше сверху, иначе сменят снизу — просто из-за постепенного обнищания населения России.
Лучшим решением, чем уравнивание закупок госкомпаний и госведомств, могло бы стать ограничение количества электронных торговых площадок — скажем, не более пяти на всю Россию, а также установление контроля ФСБ над каждой крупной закупкой. Эти предложения содержатся в правительственных проектах, но до статуса закона им очень далеко.
Речь идет также о создании специального органа, занимающегося общественным контролем за всеми закупками с возможностью оспорить результаты тендеров, опираясь на независимые критерии оценки. Кроме того, информация обо всех нарушениях должна публиковаться в официальных государственных СМИ — с указанием имен руководителей конкретных компаний и ведомств, допустивших нарушения в стенах своих организаций.
Возможно, имеет смысл навсегда отстранять от работы госменеджеров, неоднократно уличенных в проведении несправедливых закупок.
Выдать «волчьи билеты»
В ответ на все изложенные предложения можно возразить: мол, количество нарушений уменьшится, но пропорционально возрастет и величина откатов, в которую добавится премия за риск. Ведь, как это ни печально, многие идут в государственную систему именно с прицелом на возможности нелегальных заработков.
Однако на это хочется возразить, что коррупционеры должны жить в постоянном страхе и в ожидании неминуемой расплаты, а поле для манипуляций должно постоянно сужаться. Только так, последовательными, поступательными шагами, быть может, нам удастся побороть казнокрадство. Только в этом кроется залог будущего экономического роста.
* * *
Что же касается борьбы с «коррупцией», то вести ее можно только вокруг себя:  перестать давать и брать мелкие взятки, «решать вопросы» через хороших знакомых, при этом начать платить налоги с «левых» доходов и качественно выполнять собственную работу. Да, мы ухитрились сформировать менталитет, при котором такой человек считается «лохом» и «терпилой». И с этим тоже надо бороться.
А вот Управление по борьбе с коррупцией нужно бы переименовать в Управление по борьбе с казнокрадством. И сконцентрировать его работу именно на этом направлении. Начать можно как раз с мониторинга и контроля госзакупок.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
5 мин