Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Утомленные «помощью»

Бизнес попросил чиновников спасти его от государственной «поддержки»
Михаил Мельников
11 декабря, 2015 12:30
11 мин
Фото: Владимир Смирнов/ТАСС
9–10 декабря в российском сегменте интернета произошло невероятное: Московский экономический форум «порвал YouTube». Забыть о котиках — на время, конечно, — пользователей заставил ролик с выступлениями двух успешных предпринимателей, у которых, по всей видимости, кончилось терпение.
Героями видеохита стали Павел Грудинин, директор совхоза имени Ленина (Московская область), и предприниматель-многостаночник Дмитрий Потапенко (более всего известный по работе в «Пятерочке»). На секции МЭФ по экономической безопасности, перед ликом депутатов Госдумы они начали говорить правду. А это уже немало для мероприятия, где открытая ложь в глаза друг другу является основным принципом общения.
Приведем наиболее яркие цитаты. РП сотни раз писала о непродуманности экономических решений правительства, но взгляд изнутри всегда представляет особый интерес. Прямая речь бизнеса давно загнана у нас в подполье.
Демагогия для депутата
Павел Грудинин начал разговор с того, что сравнил послания президента России за несколько лет:
— Президент сказал в послании тысяче человек, сидевших перед ним: «Надо провести амнистию капитала». Через год сказал: «Амнистии не получилось». Призвал людей обеспечить защиту малого бизнеса от проверок. Через год сказал: «160 тысяч просто взяли, отжали бизнес, выкинули»…
— У нас пожарный инспектор хотел на 90 дней закрыть совхоз Ленина за то, что дверь в общежитии 105, а не 110 см, стандартная дверь. Мы потом доказали, что он ошибся в нормативе, но не в этом дело: они ж серьезно подали в суд, чтобы закрыть предприятие. Так что президента никто не услышал (здесь и далее мы отметили фразы, из которых, как из детских кубиков, складывается емкая и точная картина сегодняшней российской действительности. — РП.)…
— А кто это напринимал таких удивительных экспортных пошлин на зерно, что остановил на определенное время вывоз зерна вообще? Но президент с гордостью сказал: «Мы на 20 миллиардов зерна вывезли в другие страны». Но не сказал, что Бразилия на 105 миллиардов вывезла продовольствия, а какая-то Бавария на 10 миллиардов долларов. Представьте, Бавария и вся Россия…
— Ни один инвестиционный проект, о которых говорил президент, в сельском хозяйстве не идет…
— Президент правильные слова говорит, но кто все это исполняет? Исполняет тот, кто сидит и думает, что сейчас опять куда-то полетит, нафотографирует себя, выложит в «Инстаграм»… Это туристы, а нам нужны патриоты…
— Вот дальнобойщики вышли, они люди активные, а крестьяне не выходят. Вы знаете, что все молоко в России ввозится и вывозится грузовиками тяжелее 12 тонн? У нас в совхозе Ленина 12 таких автомобилей. Мы просто не выходим на улицы, у нас другой менталитет. Крестьяне вообще последние, кто выйдет на какие-то улицы, когда выйдут, совсем плохо будет…
— Почему это крестьяне во всем мире дешевле платят за солярку? У них есть дорожный налог, но, поскольку трактора не ездят по дорогам, у них солярка дешевле. Спрашиваю: а почему у нас нельзя? Отвечают: у нас администрировать сложно. Я этого не понимаю. Если правительство не может ничего, так пускай уйдет само. Потому что рано или поздно ему так и так уходить придется (аплодисменты)…
— Сколько бы коммунисты ни говорили о том, что нужно вводить прогрессивный налог, что нужно деньги повернуть в экономику, они же там в меньшинстве. А вот большинство сидит, которое четко говорит: «У нас все хорошо. Один самолет выпускали, теперь два, на 100% увеличили производство»…
В этом месте докладчика перебил агрессивный гражданин в очках, оказавшийся депутатом Госдумы Владимиром Гутеневым, первым зампредом комитета по промышленности. Он стал возражать: «Давайте посмотрим на то, что было в 1998 году, взрывы в Москве — вы же это не смотрите, нет. И, наверно, не мы вводили санкции против Европы и Америки, не мы их вводили».
— Вы где живете-то? Они ввели санкции против кого? — уточнил Грудинин.
— Против вас! — ответил на второй вопрос Гутенев.
— Простите, они ввели санкции против чиновников, а не против бизнеса, а вы — против бизнеса и собственного населения!
— Это демагогия! — заученно парировал депутат.
После того как народного избранника удалось успокоить, Грудинин закончил свою речь:
— Зерно, например, которое мы вывозим в Турцию, используется турками для того, чтобы производить высококачественную муку. И они по всему миру ее продают. Знаете, почему мы этого не делаем? Потому что экономические условия и налоговая система таковы, что нам в принципе невыгодно производить. Президент говорит: «Вы делайте!», а кто ж будет вкладывать деньги в землю, если это невыгодно? Он этого не понимает, что ли?
«Три в акт, полтора нам»
Дмитрий Потапенко, кризисный менеджер, двукратный чемпион мира по карате, мог позволить себе не стесняться в выражениях:
— Четыре нокаутирующих удара нанесены исключительно нашими экономическими властями.
  • Это преступное эмбарго, которое введено конкретно под передел рынка абсолютно конкретными присосавшимися к государственным чиновникам компаниями. Это привело к отсутствию конкуренции и росту цен.
  • Это запретительные и запредельные ставки кредитования, это нам не Обама их сделал.
  • Это указ об уничтожении продуктов совершенно непонятный: четырех гусей давят тракторами, и далее по списку непонятно зачем с такими показательными выступлениями.
  • Это, безусловно, «налог Ротенберга», который прекрасен в самой своей логике: вопрос не в сумме, а в том, что мы трижды уже берем деньги с логистической составляющей. У нас есть акциз, у нас есть дорожный налог, и теперь мы еще отдельный налог вводим. До этого, напомню, если кто забыл, точно так же, помимо транспондеров, вводили регистраторы на автомобили — и тоже штрафовали, и стоимость логистики подросла.
Директор совхоза имени Ленина Павел Грудинин и предприниматель Дмитрий Потапенко
Директор совхоза имени Ленина Павел Грудинин и предприниматель Дмитрий Потапенко. Фото: me-forum.ru
— Я 25 лет в российском бизнесе. Когда я общаюсь с государственными чиновниками, а по воле судеб я вынужден с ними общаться, у них все хорошо, все отлично. Замечательно, конечно, послушать очередной посыл куда-то вдаль. Но потом приезжает к тебе налоговый инспектор и проверяет даже те компании, которые не подлежат проверке. Я напоминаю, если кто забыл, что два года назад была ситуация, когда проверяли компании, даже три года не отработавшие, с такой формулировкой: «Три миллиона в акт, полтора нам, и придумайте, что в акт писать». И это было массово.
— Точно такая же история была с пожеланием не «закрывать» предпринимателей до суда. Два года назад эту историю по всем каналам просвистели. Тогда было «закрыто» три с половиной тысячи предпринимателей. Прошло два года — 6100. Какая-то обратная зависимость: чем меньше о нас заботятся, тем больше мы на свободе.
— Основная проблематика не в том, чтобы написать новую программу. К сожалению, чиновник ко всем этим программам подходит очень конкретно. Если эта программа затрагивает его ведомство, то он встает в штыки. Если программа затрагивает чужое ведомство, с которым он в контрах, то эта программа принимается на ура.
— Поэтому диалог власти и бизнеса происходит последние 20 лет, как диалог мясника с коровой — ласково заглядывая в глаза и держа нож под горлом с вопросом: «А что у нас сегодня — говядина или молоко?»
— Поэтому очень хочется, чтобы о нас наконец забыли, как забыли в свое время в 1990-е. Бандиты в 1990-е были, конечно, сволочи редкие, но налоговая, таможня и ОБЭП, боюсь, существенно хуже.
Далее вопросы вновь задавал Владимир Гутенев, рассказавший, как плохо к нам относятся на Западе и какие там налоги на дальнобойщиков. Почему мы ссылаемся на опыт Запада и подражаем ему, если Запад такой плохой, Гутенев не пояснил, а Потапенко не спросил.
Урок не впрок
Тем, кто еще не успел забыть предыдущий всплеск интереса соцсетей к экономической тематике, наверняка вспомнилось легендарное выступление свердловского фермера Василия Мельниченко. Весной 2013 года он резал правду-матку на экономическом форуме «Будущее России: новая индустриализация или сырьевая модель?»:
 «У нас в районе тоже что-то как бы растет. Открыли четыре детских дома за последние несколько лет, четыре богадельни — дома престарелых, и в прошлом году заложили прекрасную тюрьму на 2 тысячи мест».
«У меня на сегодняшний день как минимум 20 контролирующих организаций. И при том, что все, что я строю, работает, все приходят, и вы знаете, как будто из вредности, как будто у них в инструкции написано, чтоб всем стало хуже! И начинается: 126 тысяч рублей — за аттестацию рабочих мест, 200 тысяч — туда, 300 тысяч — сюда…»
Урок Мельниченко никто не выучил. За прошедшее время ситуация стала намного хуже.
400 стабильностей в год
Каждый успешный бизнесмен — немного актер, но вряд ли выступления этих людей объясняются желанием покрасоваться. Просто бывают ситуации, когда молчать и терпеть становится невмоготу, когда человек цепляется за любую возможность высказать власти наболевшее.
В российском бизнесе работают не святые. Это не скучная («цивилизованная», как издевательски выразился депутат Гутенев) Германия, где можно в 17 лет прийти на отцовскую винокурню подмастерьем, в 47 лет унаследовать ее, а в 77 умереть, так и не нарушив ни одного закона. Здесь все делается с лихостью, здесь прибыль должна быть не стабильной, а максимальной, здесь, как нигде, царствует закон «Не подмажешь — не поедешь». Нет сомнений, что и на Потапенко, и на Мельниченко легко можно «накопать материал»; на Грудинина посложнее, но наши службы при желании справятся.
По-настоящему опасными экономические преступления становятся только тогда, когда речь идет о монополизации рынка и сращивании бизнеса с откровенным криминалом и/или коррумпированным чиновничеством. Это и происходит в России: чем, как не экономическим преступлением, является постоянный рост налогов в интересах отдельных монополий? Ведь на желание пополнить бюджет, чтобы увеличить пенсии, это, как правило, совсем не похоже.
Мы даже не призываем взять и отменить самые глупые законы и запреты последнего времени. Оставьте как есть, люди приспособятся, но, пожалуйста, не придумывайте новые. Как получается, что одни и те же граждане твердят про стабильность и принимают по 400 федеральных законов в год? Правила игры постоянно меняются, и ни один бизнесмен не сможет сказать, какими они будут через два года. Вкладываться при таких условиях в сельское хозяйство можно разве что на уровне личного огорода. Хотя нет сомнений, что депутат Гутенев добрался бы и до него, если бы это входило в сферу его полномочий.
* * *
Когда уже наши депутаты проголосуют, наконец, за все свои законы и разъедутся по округам следить за их исполнением?
темы
11 мин