По состоянию на 2 июля 10:30
Заболевших661 165
За последние сутки6 760
Выздоровело 428 978
Умерло9 683
Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Гетто для «ревнителей чистоты»

Кто и зачем собрался создавать в России «теократический анклав» для мусульман
Яна Амелина
3 августа, 2016 14:00
8 мин
Верующие в мечети. Фото: Дмитрий Рогулин/ТАСС
В наше общественно-политическое и информационное поле в который раз вброшена более чем странная идея, с одной стороны, прямо противоречащая действующему законодательству, а с другой — выдающая полное незнание предмета, о котором, собственно, идет речь. Учитывая важность проблемы противостояния исламскому радикализму в стране, это вряд ли можно считать случайностью. Скорее, пробным шаром, проверяющим реакцию мусульманской и — шире — всей российской общественности на все более удивительные «общественные инициативы».
Недавно член Общественной палаты Валерий Коровин запустил, а его коллега по этой структуре Максим Григорьев подхватил, мягко говоря, несвоевременное предложение о создании на территории РФ, а именно в горной Чечне «некоего теократического анклава для молодых мусульман», ищущих «традиционных форм существования в рамках ислама». Предлагается сформировать «своего рода теократическую автономию, по статусу подобную Афону, но только на основе исламской традиции, в которой жизнь общины Пророка могла бы быть воссоздана во всей полноте».
Подобный анклав, по замыслу авторов, стал бы альтернативой уходу в ДАИШ (ИГ, запрещенная в РФ террористическая организация), поскольку именно там можно было бы найти «подлинный исламский образ жизни», опирающийся на «традицию». «Искренние мусульмане …могли бы жить там в соответствии со священным для мусульман писанием, в соответствии с Кораном и Сунной Пророка, соблюдая те традиционные формы жизни и те нормативы, которые были свойственны для времен Пророка», — сказал Валерий Коровин. «Это пока идея, которая имеет право на жизнь, — добавил Максим Григорьев. — Но важно то, что сегодня мы лишь противодействуем терроризму, в случае создания анклава — перейдем в наступление».
Издержки возникновения в России подобного «мусульманского гетто» очевидны. Во-первых, на всей территории нашей страны действует Конституция и весь остальной корпус российского законодательства, не предусматривающие «жизни по Корану и Сунне» — исключительно по Основному закону. Во-вторых, искусственная сегрегация россиян по религиозному признаку (как и непосредственно мусульман — по внутрирелигиозному) ни к чему хорошему привести не может. В-третьих, подобный анклав — правда, в горном Дагестане, Кадарская зона — в конце 1990-х уже существовал. Привело это ко второй чеченской войне, и это совсем недавняя история, забывать которую мы не имеем права.  
«Глобалистский проект, которым, несомненно, является создание всемирного халифата, по определению не может существовать в каком-то "анклаве", поскольку это противоречит его сути, — пояснил РП член совета Ассоциации политических экспертов и консультантов Владимир Горюнов. — Разве что после очень существенного изменения первоначального плана. Идея всемирной пролетарской революции трансформировалась в план построения социализма в отдельно взятой стране лишь после того, как 99% пламенных революционеров были физически уничтожены. Однако ни в "Исламском государстве", ни в исламистском движении в целом мы подобных процессов пока не наблюдаем. Так что идея "теократического анклава" — откровенно бредовая. Почему она поступила именно из Общественной палаты — вопрос по поводу ее качественного состава». Политолог предположил, что за вбросами подобных предложений в общественное пространство стоит федеральное исламистское лобби, пытающееся напомнить о себе.
«Эта идея не имеет права на жизнь, — отметил политолог Александр Цыганов. — Такие  анклавы быстро станут сначала религиозными эксклавами, затем — идейными, затем — враждебными, затем — вооруженными и экспансивными. Перемещение ревнителей чистоты в отдельные гетто никаких социально-политических проблем не решает. Если бы им хотелось просто жить в чистоте (как в христианстве в монастырях), они и сейчас могли бы уходить в эти горные районы, где и устанавливали бы свои порядки. Но это будет вырастать в различного размера Сирии, отчего те же мусульмане рванутся не в горы к "чистоте", а в Европу — к "неверным", но зато к миру и порядку». Крайне сомнительно и то, что на идею «подпишется» глава Чечни Рамзан Кадыров, предоставив земли своей республики идейным врагам, убежден политолог.
«Это просто какое-то нелепое предложение, — подчеркнул эксперт Института национальной стратегии, казанский исламовед Раис Сулейманов. —  У членов Общественной палаты должно быть понимание цивилизационного единства России: нельзя создавать отдельные анклавы по религиозному принципу. Это путь к противостоянию, а самое главное — что делать потом, если подобное, не дай Бог, реализуется? Как Коровин и Григорьев планируют контролировать эту территорию?» Если люди не хотят жить в светском российском государстве по светским законам, то оптимальным решением проблемы для сторонников «чистого ислама» может стать «хиджра» (эмиграция) из РФ в мусульманские страны, убежден эксперт. «Никакого насилия не надо, — пояснил Сулейманов. — Хотите жить по нормам "чистого ислама" — покупаете билет, пакуете чемодан. Кстати, очень многие так и сделали, уехав кто в Турцию, а кто в арабские страны».
Полное неприятие идеи создания «теократического анклава» высказало и мусульманское духовенство. «В настоящее время создание мусульманского анклава на территории России неприемлемо, — заявил председатель Духовного управления мусульман Ставропольского края, муфтий Мухаммад Рахимов. — Не стоит разделять наше общество. С ДАИШ надо бороться комплексно, и подходить к этому основательно. Это и воспитание молодежи, и формирование определенного, правильного взгляда на жизнь, то есть вовлечение молодых людей в конструктивную деятельность, а не разделение их».
Того же мнения придерживается и глава Духовного управления мусульман Республики Северная Осетия — Алания, муфтий РСО-А Хаджимурат Гацалов. «Можно было бы не обращать на презентованную "идею" внимания, — сказал он. — Мало ли идей выдают люди в своем мнимом величии, не понимая сути вопроса и не вникая в глубину материала. Но это предложение на фоне трагических событий в Европе и на Ближнем Востоке, обрушивающихся одно за другим на обывателя, породило недоумение своей несуразностью, абсолютным непониманием проблемы и "невинной простотой". Бред? Думаю, не бред. Какая-то продуманная очередная грандиозная глупость».
Таким образом, «мудрую мысль» о «теократическом анклаве» в России никто не поддержал. Осознав, что попали пальцем в небо, авторы идеи принялись выкручиваться, изобретая нелепые разъяснения своего замысла. Всего через несколько дней выяснилось, что муфтий Гацалов, предполагая «продуманную очередную грандиозную глупость», оказался совершенно прав. Валерий Коровин, а затем его соратник, ветеран боев за Новороссию политолог Танай Чолханов пояснили, что имели в виду не салафитов (хотя все поняли задумку именно так), а… суфиев, которые, по их мнению, являются единственным традиционным исламским течением для Северного Кавказа.
«Противостоять радикалам, которые стараются оправдывать насилие с помощью своей собственной версии религиозного заблуждения, можно, только укрепляя традиционную суфийскую традицию в СКФО», — постулировал Чолханов, не потрудившись, однако, привести доказательств. Под «анклавом» он понимает «любой отдаленный горный поселок Чечни или Дагестана»: «Это — островки традиционной культуры. Здесь куется новое поколение».
Ситуация, к сожалению, далеко не столь проста. События последних лет на Северном Кавказе ясно показали, что пропагандистское противопоставление «хорошие суфии — плохие салафиты» отнюдь не линейно. Среди первых (как, конечно, и среди последних) достаточно горячих голов и безответственных религиозных деятелей. Считать суфизм единственно возможной «прививкой» против радикализма в исламе после событий в Ингушетии и Дагестане — как минимум выдавать желаемое за действительное.
Нет ответа и на многие другие важные вопросы. Если для российского государства хороши только суфии, что же делать с остальными мусульманами? Объявить вне закона? «Прекрасное» решение… Как быть с регионами, где исторически не было суфийской традиции (а существует она фактически лишь в тех же Дагестане, Ингушетии и Чечне), то есть на большей части Северного Кавказа, включая русские края и области с большой долей мусульманского населения? Что делать Татарстану и Урало-Поволжью в целом, где суфийская традиция хотя и существовала, но не главенствовала, а в советское время прервалась и не была восстановлена?.. Ответ, пожалуй, только один: искусственное противопоставление суфиев всем остальным мусульманам — путь к дестабилизации. Как и идеи разного рода анклавов — теократических или каких бы то ни было еще.
Автор — секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба
темы
8 мин