Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Лента главных новостей
Русская планета
Общество

Тайна гибели адмиралов СССР

7 февраля 1981 года произошла авиакатастрофа, в результате которой оказался обезглавлен Тихоокеанский флот
Андрей Карелин
7 февраля, 2020 17:46
1 мин
Фото: Legkovmeste.ru

Любая авиационная катастрофа становится событием мирового масштаба. На тему произошедшей трагедии появляется бесчисленное множество репортажей, распускается колоссальное количество безумных слухов. По прошествии времени о трагедии пишутся книги, снимаются фильмы. Впрочем, есть катастрофы, о которых так ничего и не становится известно.

Одна из таких трагедий – падение самолёта Ту-104 на военном аэродроме в городе Пушкине (Ленинградская область). В ходе инцидента погибло 16 адмиралов и генералов, 12 капитанов 1 ранга и полковников. В одночасье Тихоокеанский флот ВМФ СССР остался без командования. Таких потерь не было даже в ходе Второй мировой войны. За всю Великую Отечественную наш флот потерял лишь 4 адмиралов.

Инцидент в Пушкине был засекречен настолько, что даже официальные извещения о том, что же случилось с их мужьями, вдовы получили только спустя 16 лет – в 1997 году при содействии депутата Государственной Думы России Галины Старовойтовой. По сей день о причинах случившегося официальные лица говорят крайне неохотно.

В газете «Красная звезда» 10 февраля 1981 года появилась микроскопическая заметка о том, что «при исполнении служебных обязанностей» в авиационной катастрофе погибла «группа адмиралов, генералов, офицеров, мичманов, прапорщиков матросов и служащих». Министерство обороны и Главное политическое управление Советской Армии и Флота выражало сдержанное соболезнование родным и близким погибших товарищей.

Что же произошло 7 февраля 1981 года — в день, когда абсолютное большинство советских граждан даже не подозревало, что сильнейший флот СССР приведён в полную боевую готовность, и мир стоит на грани войны?

Потеря была сокрушительной. Флот лишился уникальных специалистов, курировавших принципиально новую технику, в том числе, атомоходы. В их числе адмирал Эмиль Спиридонов.

Контр-адмирал Джемс Чулков, которого называли «крёстным отцом» первых ракетонесущих крейсеров, пополнивших тихоокеанскую флотилию. Речь о «Минске» и тяжёлом атомном ракетном крейсере «Фрунзе».

Джемс Чулков вскоре должен был занять место Эмиля Спиридонова. Тот, в свою очередь, мог уйти на повышение, сменив на боевом посту 71-летнего главнокомандующего ВМФ Сергея Георгиевича Горшкова.

Растерянность, которую испытывали моряки Тихоокеанского флота, узнав о «небоевых потерях», была сопоставима с вероломным нападением врага.

Террористический акт, равно как и чудовищная диверсия со стороны противника не только не исключались, но и были приоритетными версиями случившегося.

Самолёт Ту-104 командующего Тихоокеанским флотом адмирала Эмиля Спиридонова возвращался со штабных учений. В них принимало участие руководство всех флотов СССР. На борту была документация высшего уровня секретности.

Первой мыслью специально созданной секретной комиссии был взрыв на борту самолёта. Версия была более чем кошмарной, она означала, что потенциальный противник смог нанести коварный удар, проникнув в «святая святых» Тихоокеанского флота СССР.

Могла ли таким образом, начинаться война?

Да. Могла. Но хуже всего было то, что к удару были не просто не готовы, а не знали, какова «степень проникновения» вражеских лазутчиков в другие хитросплетения системы обороны СССР.

Где ждать нового удара? Пожалуй, это был вопрос номер № 1 в первые часы после трагедии.

Все службы ПВО поднимаются по тревоге. И первые несколько часов после инцидента проходят в предлагаемых обстоятельствах невыносимого, напряженного ожидания приказа! «Пальцы пляшут на курках», а нервы на взводе.

Самым пристальным образом изучаются биографии тех, кто должен был взлететь в самолёте, но не взлетел. Вопросы возникают к начальнику штаба Тихоокеанского флота Рудольфу Голосову, альтернативному кандидату на должность командующего флотом. Высокопоставленный морской офицер должен был лететь вместе со всеми.

Но почему же не полетел?

Рудольф Александрович, которому в этом году исполнится 93 года, мгновенно попадает в поле зрения роющих носом землю следователей-особистов. Впрочем, сам не зная об этом. Узнает только спустя долгое время.

В реальности Голосов был не при чём. За два часа до вылета Ту-104 командующего Тихоокеанским флотом адмирала Эмиля Спиридонова в воздух поднимается другой борт. Чтобы повидать дочь, живущую в Мурманске, Рудольф Голосов отпрашивается у Эмиля Спиридонова. Адмирал разрешает. И невольно спасает начальнику штаба жизнь.

Но если подозревать Голосова, то в наручники стоит заковать всё командование Камчатской флотилии, которое тоже отпросилось у Спиридонова. Причина? Им удобнее было лететь обычным рейсом «Аэрофлота». Он мог доставить их ближе к месту дислокации – в Петропавловск-Камчатский. Ту-104 командующего летел во Владивосток, откуда им пришлось бы долго и трудно добираться к себе на Камчатку.

Принято считать, что удаляющийся самолёт превращается в точку на горизонте. Но провожавшие взглядом Ту-104 Спиридонова испытали настоящий шок, когда увидели, что воздушное судно превратилось в… крест! Самолёт вдруг завалился на корму.

От удара на землю полыхнули резервуары с топливом, которого в дальний полёт взяли катастрофически много — целых 35 тонн. Сноп пламени поднялся до неба. И пожарная машина, даже если бы её баки были заправлены водой, а члены пожарной команды в этот момент не смотрели бы телевизор, а были в полной боевой готовности, не могли помочь в теории.

Сила взрыва в точке соприкосновения с землёй была настолько велика, что уцелел только хвост Ту-104, лежавший в 20 метрах от глубочайшей воронки, в которой с инфернальным рёвом полыхал раздуваемый ветром керосин.

В пламени виднелись останки человеческих тел – высокопоставленных морских офицеров, многих из которых последние месяцы, как это бывает, терзали тяжелые предчувствия, летевших с ними гражданских служащих, а ещё… их близких.

Приказ Министра обороны СССР строжайшим образом запрещал перевозить гражданских. Но в Ленобласти жила дочь командующего Эмиля Спиридонова. Он не удержался и взял с собой жену, мечтавшую погостить у дочери подольше. В последний момент супруга славного морского офицера сказала:

— Не могу представить, как папа войдёт один в нашу пустую квартиру, - собрала чемодан и отправилась из дочернего дома с мужем в последний путь.

Судьба отчаянно пыталась сохранить эту семейную пару. Для начала они застряли в лифте. Затем в дорожной пробке. Будь это гражданский самолёт, Спиридоновы ни за что бы не успели. Но в служебном авто навстречу гибели летел командующий Тихоокеанским флотом с супругой. Их очень ждали.

Метавшиеся возле огненной воронки офицеры повернули головы и вдруг увидели лежавшего на снегу человека. Труп? Нет! Старлей, летчик-техник Валентин Зубарев оказался в момент трагедии в кабине экипажа. Он не был его членом. Просто возвращался домой. Его вышвырнуло через носовой фонарь. От удара о землю с такой высоты в теле Зубарева были сломаны практически все кости, включая самую главную – позвоночник.

Подлетела «Скорая помощь», но до больницы Валентина Зубарева живым доставить не удалось.

Гарнизон в Пушкине был поднят по тревоге лишь через полтора часа. Место трагедии окружили двойным кольцом. Для чего? Зачем? Могли уцелеть совершенно секретные документы, в том числе, стратегически важные карты командующего Тихоокеанского флота. Подпустить к ним чужих было ни в коем случае нельзя.

Представители командования, которым посчастливилось не улететь и остаться в живых, будут своими руками перебирать эти ещё тёплые фрагменты пепла. Но ни одной из бумаг уцелеть не удалось. Всё, за исключением крохотного клочка бумаги с несколькими уже ничего не значащими буквами, пошло прахом. В том числе, содержимое сейфа Спиридонова, вскрытого с огромным трудом. Там тоже был только пепел.

Версия о теракте не подтвердилась. Ни на кого из сослуживцев возложить вину оказалось невозможно. Отказало управление? Эту мысль отмели «чёрные ящики»: с узлами и соединениями самолёта всё было в порядке.

Что же явилось причиной гибели людей?

Начнём с того, что самолёт Тихоокеанского флота был перегружен. И об этом прекрасно знал офицер, который дежурил по аэродрому и контролировал взлёт Ту-104 с земли.

Военнослужащие, а также те, кому Спиридонов, взяв на борт свою собственную супругу, уже чисто психологически не мог отказать в перевозке, «закупились» в столице. Ассортимент всех без исключения товаров в Москве 1981 года был несоизмеримо лучше, нежели там, откуда прилетели моряки. Многие дефицитные товары просто невозможно было достать во Владивостоке. На борт погрузили (но не закрепили) два или три огромных рулона хорошей бумаги, которую добыл Спиридонов для штаба.

Каждый рулон весил полтонны

Очевидцы свидетельствовали, что Павлов хоть и приехал пораньше, но смог лишь посмотреть на запертый и уже загруженный самолёт, экипаж которого обедал в столовой. Халатность и разгильдяйство заключались в том, что ни Павлов, ни члены экипажа не хотели вызвать неудовольствие командующего Тихоокеанским флотом Эмиля Спиридонова и сказать ему в глаза: «Самолёт не должен взлетать с перегрузкой!». Однако по некоторым данным Ту-104 при правильном распределении груза вполне мог поднять ещё две тонны.

Маленький смертельный нюанс

Устройство салона Ту-104 было очень необычным. Кресла были расположены далеко не по всему салону, а преобладали в носовой части. Далее следовали «авиаапартаменты» Спиридонова. Для того чтобы пройти к находившимся в носовой части самолёта креслам военнослужащие должны были зайти на борт с хвоста и шагать через салон командующего флотом.

Тащиться через «воздушную квартиру» Эмиля Николаевича с багажом? Это неслыханная дерзость! Поэтому весь багаж офицеры пристраивали в задней части. Она оказалась неимоверна перегружена. А затем шагали, козыряя, через салон командующего. Вещи в самолёте были уложены как попало.

Эта чудовищная трагедия случилась из-за нарушения общей центровки самолёта, глобальной перегрузки хвостовой части и «фирменного» — недопустимо резкого! — взлёта, характерного для «авиапочерка» личного пилота командующего — 50-летнего Анатолия Ивановича Инюшина.

Резкое «движение вверх» сместило грузы в крайнюю точку хвоста самолёта, приведя к так называемому «дифференту» — заваливанию борта на корму.

Почему экипаж не проверил распределение в салоне грузов? Вопрос, на который мы уже никогда не получим ответа.

Что примечательно? Командир и члены экипажа, как и летевшие на борту ключевые персоны Тихоокеанского флота, были уникальными специалистами с колоссальным опытом работы в своей сфере.

Маленький смертельный нюанс

Устройство салона Ту-104 было очень необычным. Кресла были расположены далеко не по всему салону, а преобладали в носовой части. Далее следовали «авиаапартаменты» Спиридонова. Для того чтобы пройти к находившимся в носовой части самолёта креслам военнослужащие должны были зайти на борт с хвоста и шагать через салон командующего флотом.

Тащиться через «воздушную квартиру» Эмиля Николаевича с багажом? Это неслыханная дерзость! Поэтому весь багаж офицеры пристраивали в задней части. Она оказалась неимоверна перегружена. А затем шагали, козыряя, через салон командующего. Вещи в самолёте были уложены как попало.

Эта чудовищная трагедия случилась из-за нарушения общей центровки самолёта, глобальной перегрузки хвостовой части и «фирменного» — недопустимо резкого! — взлёта, характерного для «авиапочерка» личного пилота командующего — 50-летнего Анатолия Ивановича Инюшина.

Резкое «движение вверх» сместило грузы в крайнюю точку хвоста самолёта, приведя к так называемому «дифференту» — заваливанию борта на корму.

Почему экипаж не проверил распределение в салоне грузов? Вопрос, на который мы уже никогда не получим ответа.

Что примечательно? Командир и члены экипажа, как и летевшие на борту ключевые персоны Тихоокеанского флота, были уникальными специалистами с колоссальным опытом работы в своей сфере.

Падение самолёта Ту-104 на военном аэродроме в городе Пушкине — тот самый случай, когда «русский авось», откровенное угодничество нижестоящих перед вышестоящими и непомерное шапкозакидательство одержали триумфальную победу над профессионализмом военных.

темы
1 мин