По состоянию на 6 июля 10:30
Заболевших687 862
За последние сутки6 611
Выздоровело 454 329
Умерло10 296
Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Провалил проект — получи премию!

В споре Счетной палаты с «Роснано» неправы обе организации
Александр Запольскис
13 июля, 2016 07:00
3 мин
Фото: Александр Коряков/Коммерсантъ
Продолжается история «битвы» между «Роснано» и Счетной палатой. В конце апреля 2016 года доклад аудитора СП Татьяны Мануйловой по результатам проверки деятельности «Роснано» за 2010–2015 годы наделал много шума, но реакция на него Анатолия Чубайса оказалась еще более звонкой. В переводе с дипломатически-чиновничьего на понятный русский слова главы «Роснано» означают, что выводы Счетной палаты они у себя рассмотрели и содержащиеся там здравые мысли на вооружение взяли, а остальные мысли сочли нездравыми. В частности, это касается главной претензии аудиторов — выплаты сотрудникам итоговых премий даже в тех случаях, когда курируемые ими проекты были закрыты с убытками. На чьей же стороне правда?
Есть такая закономерность: из финансовых директоров могут получаться хорошие бухгалтеры, а вот из бухгалтеров очень редко когда выходят хорошие финдиректоры. Разница — в базовой психологии, что наиболее наглядно проявилось в итогах аудита. Вообще, за 2015 год ОАО «Роснано» финансировало 102 проекта, а СП проверила лишь 17 из них — оказавшихся бесперспективными и закрытых с убытком. Сложно сказать, чего тут больше: непонимания специфики инновационных процессов в целом или профессионального формализма.
«Роснано» — это венчурный бизнес, вложения в перспективные проекты. Пресса любит красочно рассказывать об успехах ребят, «начавших свой бизнес в гараже», и размахивать брендами «Фейсбука» или «Майкрософта», но при этом умалчивается, сколько таких же команд в конечном счете разорились, так ничего и не добившись. За редким исключением на начальном этапе отсеять можно лишь очевидно тупиковые идеи, все остальные выглядят перспективными, но по факту в большинстве своем тоже оказываются котом в мешке, чаще всего не способным превратиться в тигра. Так что 90% «не взлетевших» проектов в портфелях инновационных фондов — это нормально. В данной сфере наивно ожидать стопроцентной бухгалтерской эффективности, которую ищет Счетная палата.
Но при чем тут дополнительные выплаты сотрудникам? Принято считать, что премия есть механизм стимулирования работника за достигнутые им выдающиеся экономические результаты. Выдающиеся — это значит превышающие обычную норму, за выполнение которой ему положена штатная зарплата. Никаких подобных достижений у «Роснано» нет, даже показанная ими доходность состоит главным образом из пересчета курсов валют. При чем тут работа менеджеров, покупающих проекты дорого, а продающих за три копейки? У корпорации, конечно, «много денег™», однако Чубайсу не стоит забывать, что они государственные, а не частные. А в стране, да и в мире вообще-то наблюдается серьезный экономический кризис, плохо совместимый с барской манерой «прикуривать от ассигнаций».
Откроем секрет: премии следует платить с прибылей, а не с убытков. В США, Европе, Японии, Южной Корее выдающимся результатом венчурных инвестиций считается годовая доходность, минимум в 2–2,4 раза превышающая банковский депозит. Таким образом, чтобы говорить о премиях, «Роснано» следовало бы показать по итогам года не менее 18–22%, тогда как компания декларировала 12%, которые состоят из валютных спекуляций и «увеличения доли инвестиционного портфеля», то есть вложений с неясной перспективой.
Так что Чубайсу вряд ли стоит в этом вопросе козырять позицией «мы сами в своем доме разберемся». Премии платить в «Роснано» некому и не за что.
темы
3 мин