Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Залпы информационной войны

Группа правозащитников обвинила Россию в обстреле сел и деревень Донбасса

Андрей Полевой
7 июля, 2016 16:45
8 мин

Украинско-российская граница. Фото: Константин Чергинский / ТАСС

6 июля на сайте организации International Partnership for Human Rights (IPHR) опубликован отчет, содержащий, по мнению его составителей, свидетельства обстрелов донбасских сел и деревень с территории России. Документ получил название «Откуда открыли огонь? Расследование трансграничных атак на востоке Украины».
Главная мысль доклада вполне очевидна. Правозащитники IPHR утверждают, что летом и осенью 2014 года несколько сел и поселков ЛНР, находящихся под контролем Киева, были обстреляны из ствольной и реактивной артиллерии. Это Колесниковка, Камышное, Меловое, Дмитровка, Красная Таловка и Победа, которые расположены возле границы с Россией. И, уверяют правозащитники, обстрелы осуществлялись именно с территории РФ.
Карта окрестностей населенного пункта Колесниковка
Карта окрестностей населенного пункта Колесниковка
Помимо этого весьма серьезного заявления, группа правозащитников риторически обвиняет Россию в нелегальных пересечениях границы России с Украиной российскими военными, а также военными вертолетами и разведывательными дронами. Об этом ВВС Украины сообщила координатор полевых миссий IPHR Светлана Валько.
Осенью собранные материалы предполагается передать в Международный уголовный суд в Гааге, что должно стать аргументом для обвинения России в «агрессии». Как отмечают украинские СМИ, в 2015 году IPHR уже передала в Гаагу 300 дел о военных преступлениях и преступлениях против человечности, которые касаются как украинских военных, так и ополчения Новороссии.
Кто эти люди?
Нельзя сказать, что International Partnership for Human Rights относится к категории общепризнанных экспертных сообществ. Согласно приведенным на сайте организации данным, IPHR была создана в 2008 году, ее офис находится в Брюсселе, а к 2016 году команда IPHR разрослась до десяти человек. «Глубоко приданных миссии организации» — что бы это ни значило. Общая небрежная грамматика сайта IPHR вызывает дополнительные вопросы насчет респектабельности организации.
В качестве учредителей структуры указаны правозащитники, ранее работавшие в Международной Хельсинкской федерации (IHG), созданной в 1982 году для защиты членов Хельсинкской группы и упраздненной решением суда после банкротства 27 ноября 2007 года из-за растраты 1,2 млн евро ее руководством. Наверное, именно по этой причине в уставе IPHR есть пункт о том, что отныне совет организации должен быть проинформирован о любой финансовой операции, превышающей 2,5 тыс. евро.
Некоммерческая организация IPHR способна проводить различные исследования и публиковать отчеты, которые по какой-то причине тут же транслируются BBC и другими крупными медиа. В 2014 году НКО получила специальный консультативный статус при Экономическом и социальном совете ООН (ЭКОСОС).
Источники финансирования IPHR, как всегда в таких случаях, достаточно невнятные. Отмечено, что одним из «доноров» является Еврокомиссия, а кроме нее существуют пожертвования и взаимодействие с несколькими сетями распределения грантов вроде Anna Lindh Foundation. Которые, в свою очередь, рано или поздно выводят к правительственным структурам США и нескольких стран ЕС.
Особенной активности за IPHR не замечалось — вся ее деятельность сводилась к публикации один-два раза в год отчетов о каких-нибудь репрессивных режимах, под которыми IPHR в первую очередь подразумевает страны бывшего СССР, и открытых писем кому-нибудь. В этом смысле документ об обстрелах в зоне боевых действий в Донбассе является довольно нетипичным продуктом IPHR, равно как и внезапное внимание к нему мировых СМИ.
Свидетель 0205К855 авторитетно уверяет
Методология исследования, которое проводило IPHR, традиционна: это обильные ссылки на социальные сети, неподтвержденные или с трудом идентифицируемые свидетельства неких очевидцев с буквенно-цифровыми идентификаторами, а также набор фото воронок в земле.
Основной тезис, которым оперирует IPHR, звучит как «а больше некому». Как правило, он подкрепляется комментарием, что во время активных боевых действий в приграничных регионах Донбасса на российской территории наблюдалось активное перемещение военных частей.
Вполне логичное предположение, что любая страна, у границ которой идут полномасштабные боевые действия, на всякий случай сосредоточит со своей стороны войска для устранения возможного перехода боевых действий на свою территорию, почему-то авторами доклада не рассматривается. Хотя для этого есть все основания — в ночь на 13 июня 2014 года украинская боевая машина пехоты (БМП) нарушила государственную границу России в Ростовской области и остановилась в районе города Миллерово. Находившиеся в БМП военнослужащие покинули ее и вернулись на территорию Украины, после чего снова вторглись на территорию РФ и безуспешно пытались вернуть машину. Через месяц, 13 июля, в жилой дом в городе Донецке Ростовской области попал украинский снаряд, что привело к гибели одного человека и ранениям еще двух граждан РФ.
Так или иначе, в обстреле украинского полевого лагеря, который располагался в населенных пунктах Колесниковка, Камышное и находящейся практически на границе Югановке, доклад обвиняет Россию. Звучит это примерно так: «К августу 2014 года позиции украинских военных в селах Колесниковка, Камышное и летние домики в Югановке обстреливались почти ежедневно. По сообщению местных жителей и украинских пограничников, артиллерия была расположена на территории Российской Федерации к югу от хутора Маноцкий, на расстоянии приблизительно 500–1000 метров от границы. Всякий раз перед обстрелом военная техника выдвигалась вперед на позиции, свидетели заявили о том, что слышали звуки выстрелов, видели облака пыли и вспышки от залпов систем РСЗО — а после обстрела отходила. В результате артиллерийского обстрела дом свидетеля 0205К855 был полностью разрушен, а сам он получил сотрясение мозга. Больше всего пострадала от обстрелов Колесниковка».
По какой причине украинский военный лагерь расположился в населенном пункте, из которого даже не эвакуировали гражданское население, права которого были самым опасным образом нарушены, авторы правозащитного доклада не комментируют.
Достаточно посмотреть на карту, чтобы убедиться в существовании заметных выступов украинской территории в сторону России как раз к юго-юго-западу от Маноцкого. Эти районы к тому же куда более пригодны для обстрелов как Югановки, так и Колесниковки — меньше снарядов пролетит над Маноцким и российской территорией.
Есть некоторые расхождения в показаниях свидетелей, представленных в докладе. Минимальная дальность стрельбы РСЗО «Град», о которой говорят авторы, при использовании стандартных боеприпасов составляет около 4–5 километров. В таком случае для обстрела Югановки позиции РСЗО на российской территории должны были располагаться значительно глубже, чем «500–1000 метров от границы», а снаряды летели бы буквально по крышам российского Маноцкого, что вряд ли могло входить в планы ВС РФ. При этом для обстрела Колесниковки вполне пригоден ряд районов за пределами РФ.
Аналогично рассматривая то, что в докладе обозначено как стрельба из гаубиц «Мста-С», авторы также предпочитают указывать максимальную дальность стрельбы, делая на основании этих цифр вывод о безусловном расположении позиций батареи в глубине российской территории. Но если принять как основу минимальную дальность системы, составляющую 6,5 километра, обнаруживается возможность ее применения и с украинской территории.
Учитывая расстояния, которыми оперирует доклад — 500–1000 метров, — вопрос о точке стрельбы по украинскому укрепрайону остается, мягко говоря, дискуссионным. Равно как и точное направление стрельбы.
В докладе указано, что первая поездка с целью получения информации состоялась лишь год спустя, 6–15 сентября 2015-го. Тем не менее каким-то образом эксперты IPHR, изучая форму воронок от попаданий, смогли указать направление стрельбы с точностью до градуса.
Примерно в том же ключе исследуется ситуация в Меловом, Красной Таловке, Дмитровке и Победе. Найденные в Красной Таловке камуфляжные куртки «русского образца» и остатки рюкзака также преподнесены как факт очевидной агрессии Кремля.
В целом доказательная база доклада малоизвестной правозащитной организации с безликим названием IPRH стоит не дороже пробирки с белым порошком, в которой заключалось «химическое оружие Саддама Хуссейна». Но не приходится сомневаться, что с приближением разрешения конфликта в Донбассе подобных попыток обвинить Россию в чем-нибудь будет все больше.
темы
8 мин