Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Общество
Общество

Распад «Росатома»

Деятельность Кириенко может привести ко второму Чернобылю
Владимир Лактанов
6 мин
Фото: Александра Мудрац/ТАСС
В постсоветской России уже давно действует правило, что талантливый управленец талантлив во всем: проявив себя в одной отрасли, он может легко возглавить другую, о которой еще недавно не имел никакого представления. Никто не удивляется, когда автор и проводник программы приватизации Анатолий Чубайс вдруг становится руководителем РАО «ЕЭС», а потом вдруг главным по нанотехнологиям, или когда телеведущая Тина Канделаки, руководившая пиар-агентством и снимавшаяся в образовательных передачах для детей, вдруг оказывается во главе федерального спортивного телеканала. Точно так же никого не удивило назначение в 2005 году главой «Росатома» Сергея Кириенко, никакого отношения к ядерной энергетике не имевшего: чиновник недолго побыл премьер-министром накануне краха финансовой пирамиды ГКО, затем баллотировался в мэры Москвы, был депутатом Госдумы, а перед новым назначением некоторое время трудился полпредом президента в Приволжском федеральном округе.
А удивиться стоило бы, и даже неприятно удивиться, ведь атомная отрасль — одна из самых сложных, эксплуатация ее объектов сопряжена с огромным риском для населения. Непрофессионализм здесь может обернуться катастрофой, подобной той, что случилась в 2011 году на АЭС «Фукусима» в Японии. Откровением стали прозвучавшие в прессе замечания бывшего члена общественного совета при «Росатоме», доктора технических наук, профессора  Владимира Кузнецова о том, что «все годы своего правления Кириенко вешает руководству страны лапшу на уши». Как утверждает Кузнецов и другие эксперты, современная атомная промышленность страны не только неэффективна, но и опасна.
Ядерный долгострой
На первый взгляд отечественная атомная энергетика сверхэффективна: в последние годы она развивается интенсивно, а не экстенсивно — вместо трат на строительство новых станций «Росатом» прибегает к усиленной эксплуатации старых. По словам Владимира Кузнецова, вместо запланированного ввода новых 20 энергоблоков в строй за десятилетие руководства Кириенко вошло лишь три. Да госкорпорация уже и не обещает построить так много: первоначальные планы сдуваются, как воздушный шарик. В 2007 году ее представители говорили о планах постройки к 2020 году целых 30 энергоблоков. И даже по допущенному тогда пессимистическому сценарию их число не должно было оказаться ниже 18. Озвученные в 2008 году планы оказались еще более наполеоновскими: в «Генеральной схеме размещения объектов электроэнергетики до 2020 года» упоминалось о 46 реакторах, причем речь шла даже о реакторах инновационного типа, размещенных на плавучих атомных электростанциях. В 2009–2013 годах Владимир Путин упоминал о цифре в 25–26 энергоблоков, а в 2012-м Кириенко заявлял, что к 2030 году в РФ будет построено 30 новых энергоблоков.
Генеральный директор госкорпорации «Росатом» Сергей Кириенко
Генеральный директор госкорпорации «Росатом» Сергей Кириенко. Фото: Замир Усманов/Интерпресс/ТАСС
Иными словами, чтобы выполнить намеченные планы, ежегодно должно было вводиться в эксплуатацию не менее двух реакторов. В действительности, как мы уже упомянули, за целое десятилетие введено всего три. И  уже в 2013 году, еще до того как Россия почувствовала кризис, число запланированных к постройке энергоблоков сократилось до 12. «Некоторые стройки фактически остановлены. Так, хотя это и не афишируется официально, прервалось строительство Балтийской АЭС, в которое вложили около 1 млрд евро, — рассказывает физик-ядерщик, эксперт экологического объединения "Беллона" Андрей Ожаровский. — Стройка остановилась, потому что станция там была изначально не нужна: регион энергоизбыточный, там находится парогазовая станция, обеспечивающая населенные пункты и дешевым электричеством, и теплом».
На других объектах возникли большие задержки по срокам. Например, первый энергоблок второй Ленинградской станции (ЛАЭС-2) обещали ввести в строй в 2013 году, а теперь сроки сдвинулись на 2018-й. Такие же задержки наблюдаются по второй Нововоронежской станции. Причин задержек много, в том числе это вопросы, связанные с качеством строительства. Например, этим летом на ЛАЭС-2 при установке строители попросту уронили часть реактора — блок защитных труб. Мало того что любые задержки ведут к удорожанию строительства (упомянутое падение части реактора может удорожить стройку на 1,5 млрд рублей), главная беда в том, что подобное качество строительства — угроза ядерной безопасности.
Назло рекордам
На развитие атомной промышленности выделяются огромные деньги: общая сумма средств, направляемых на нужды атомного комплекса, начиная с 2012-го и заканчивая 2020 годом, составит 899,7 млрд рублей. Вполне ожидаемо, что при таких затратах «Росатом» должен демонстрировать соразмерную отдачу. И он ее демонстрирует. По словам главы корпорации, вверенная ему отрасль ставит рекорды. Так, Кириенко отчитался перед президентом о выработке 190 млрд кВт/ч в 2014-м и пообещал, что в нынешнем году эта цифра достигнет 200 млрд кВт/ч. Но если новых реакторов почти не строится, за счет чего достигаются рекорды? 
Ответ шокирует: за счет работы действующих реакторов на сверхпредельной нагрузке, до уровня 104–108%. Напомним, речь идет об энергоблоках, запущенных около полувека назад. Сейчас 19 из 32 работающих реакторов на российских АЭС уже выработали положенный им срок, однако «Росатом» переоформил части из них разрешения на продление срока эксплуатации. «По безопасности старых блоков (а большинство энергоблоков в стране построено до Чернобыля) есть большие сомнения, — предупреждает Ожаровский. — Связано это не только с тем, что материалы, из которых, например, сделан корпус реакторов, подвержены износу, но и с тем, как именно "Росатом" подходит к их эксплуатации — сейчас они эксплуатируются сверх изначально назначенного проектировщиками 30-летнего срока. Те люди, которые их проектировали, вероятно, работали хорошо, поскольку за все эти годы лишь один реактор взорвался, а остальные нет. Так вот, эти проектировщики — умные люди: они не случайно ограничили предельный срок эксплуатации 30 годами. А современные эффективные менеджеры утверждают, что проектировщики плохо понимали в своем предмете, а на самом деле, согласно современным научным достижениям, реакторы можно эксплуатировать гораздо дольше. Это вопрос веры: можно верить, а можно нет. Но мы знаем, что "Росатом" имеет коммерческий интерес в том, чтобы повысить производство электроэнергии и ее продажи. Фактически мы имеем дело с "научным экспериментом", который может закончиться очень плохо».
Со стремлением «Росатома» к коммерческой эффективности связан еще один эксперимент — повышение тепловой мощности АЭС. У атомных станций в среднем КПД составляет 30%: это значит, что две трети производимого тепла через градирни выбрасывается в атмосферу или охлаждается водой. Вместо того чтобы наращивать КПД станций, «Росатом» занимается тем, что повышает нагрузку на них. «А ведь после Чернобыля  была всесоюзная рекомендация, наоборот, понизить мощность реакторов — 80–90% от проектной, чтобы избежать аварии. Сейчас по всем реакторам ВВР (реакторам, использующим в качестве замедлителя и теплоносителя обычную воду. — РП.), кроме реактора на Воронежской АЭС, действует превышение мощности. Это Кольская, Ростовская, Калининская, Балаковская АЭС. Отмечу, что перед тем, как принимается решение о повышении тепловой мощности, проходят общественные слушания и экспертиза. Однако экспертиза обычно дружественна к решениям "Росатома". А вот продление сроков эксплуатации происходит втихаря, без всяких слушаний», — поясняет Андрей Ожаровский.
Цех производства изотопов кальция на предприятии «Электрохимприбор» госкорпорации «Росатом»
Цех производства изотопов кальция на предприятии «Электрохимприбор» госкорпорации «Росатом». Фото: Донат Сорокин/ТАСС
Владимир Кузнецов несколько лет назад возглавлял комиссию, которая дала отрицательное заключение на возможность искусственного наращивания мощности АЭС. Однако «Росатом» не только не прислушался к выводам комиссии, но и преспокойно собрал новую из лояльных к Кириенко экспертов, выдавшую требующееся положительное заключение. Хорошим примером того, как можно манипулировать мнением обывателей, служат недавние общественные слушания по поводу повышения мощности первого энергоблока Балаковской АЭС: из 485 человек, собравшихся в местном доме культуры, большинство проголосовало за разгонку реактора-«пенсионера». Хотя понятие «общественные слушания» и функционирование, и уж тем более изменения в работе действующих реакторов плохо коррелируют друг с другом. Неясно, что общественность поняла из объяснений представителей «Росатома» про рост мощности «всего» на 4%, но люди поверили, что «апгрейд» незначителен. Учитывая то, что реактору уже 30 лет, «игры» с его разгонкой могут оказаться опасными. То, что реакторы работают на тепловой мощности, превышающей проектную, чревато ускоренным износом, а это, в свою очередь, авариями и радиационными катастрофами.
Как будто бы всего несколько лет назад мир не был потрясен аварией на АЭС «Фукусима-1», показавшей, к чему может привести продление сроков эксплуатации атомных станций! К слову, на Калининской АЭС в Твери стоят реакторы, по своему типу очень близкие к реактору «Фукусимы». По мнению Ожаровского, то, что в России пока не случилось крупной ядерной катастрофы, связано не с профессионализмом отечественных атомщиков, а с банальным везением.
Куда плывет атомная энергетика?
У претензий к российской ядерной энергетике есть и экономическая часть. Атомные электростанции освобождены от уплаты налогов и доходов сами по себе в федеральный бюджет не несут. При этом госкорпорация уверяет, что ядерная энергетика — весьма выгодная отрасль. «Но если она выгодная, почему АЭС не платят налогов? — задается вопросом Ожаровский. — Дело в том, что в действительности атомная энергетика опасная и дорогая. Сейчас это уже технология прошлого века. Представители госкорпораций повторяют: ничего, скоро мы все исправим и все заработает в лучшем виде — АЭС станут и безопасными, и экономически выгодными. Однако проблемы остаются такими же, как и в течение всех 70 лет существования отрасли в России».
С обещанными инновациями дела обстоят еще хуже, чем с традиционными АЭС. Так, плавучая электростанция, первый энергоблок которой был спущен на воду в 2010 году, по словам эксперта, одна из крупнейших авантюр. «Корпорация "Росатом" изначально обещает, что ее электричество обойдется дороже в 5–7 раз, — отмечает Ожаровский. — Вопрос в том, почему правительство, зная про все это, допускает строительство. Но есть и более серьезные вопросы. Например, ядерщики обещают запустить на Белоярской станции энергоблок на быстрых нейтронах, его строят больше 30 лет. Стройка началась еще до Чернобыля. Сейчас корпорация пытается выдать год возобновления строительства за год его начала. Вопрос: могут ли технологии строительства, разработанные три десятилетия назад, обеспечить безопасность в постчернобыльскую и постфукусимскую эпоху?»
Атомщикам удается манипулировать фактами не только из-за неосведомленности обывателей, но и благодаря непрофессионализму членов кабинета. По словам Кузнецова, в правительстве не осталось людей, которые бы мало-мальски разбирались в атомной энергетике. Любопытно, что, экономя на отечественных станциях, «Росатом» охотно инвестирует в новые проекты за границей. Так, в настоящее время корпорация сооружает 29 атомных энергоблоков на пространстве от Финляндии до Китая. Не удивительно: ведь новые и чужие проекты — это доходы, а старые и свои — расходы. Согласно замечанию Кузнецова, «тема зарубежных контрактов — вообще тема не для прокуратуры или Счетной палаты, а для НКВД, настолько там все в ужасном состоянии».
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин