Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Общество
Общество

Максим Горький: «Слишком часто богатый ничтожнее бедного»

Великий пролетарский писатель — об отличиях россиян от советских людей, байкере Залдостанове и образовании
Владимир Лактанов
3 мин
Максим Горький, 1933 год. Фото: Чернов Д. / ТАСС
— Алексей Максимович, почти четверть века минуло с момента исчезновения СССР. Вы не поверите, когда ломали страну, людей уверяли, что через пару десятилетий вырастет поколение, не знавшее рабства. Как, по-вашему, выросло? Сейчас есть люди, ностальгирующие по девяностым — мол, как чисты были политические деятели, как люди умели надеяться и верить...
— Мы живем в дебрях многомиллионной массы обывателя, политически безграмотного, социально невоспитанного. Люди, которые не знают, чего они хотят, — это люди опасные политически и социально. Масса обывателя еще не скоро распределится по своим классовым путям, по линиям ясно сознанных интересов, она не скоро организуется и станет способна к сознательной и творческой социальной борьбе. И до поры, пока не организуется, она будет питать своим мутным и нездоровым соком чудовищ прошлого.
— Сейчас часто говорят о том, что население пассивно и ничего не хочет: не готово бороться за новую, лучшую Россию. Но разве это не является прямым следствием олигархической системы власти, которая начала складываться после распада СССР?
— Бесспорно, что Русь воспитывали и воспитывают педагоги, политически еще более бездарные, чем наш рядовой обыватель. Неоспоримо, что всякая наша попытка к самодеятельности встречала уродливое сопротивление власти, болезненно самолюбивой и занятой исключительно охраной своего положения в стране.
— А сами люди в этой пассивности не виноваты?
— Следует, не боясь правды, сказать, что и нас похвалить не за что. Где, когда и в чем за последние годы неистовых издевательств над русским обществом в его целом, — над его разумом, волей, совестью, — в чем и как обнаружило общество свое сопротивление злым и темным силам жизни? Как сказалось его гражданское самосознание, хулигански отрицаемое всеми, кому была дана власть на это отрицание? И в чем, кроме красноречия да эпиграмм, выразилось наше оскорбленное чувство собственного достоинства?
— Сейчас власть пытается дать народу смысл — показать ему каких-то героев, образцы для подражания. Но в отличие от советского периода, используется в основном символика — то есть форма, а не содержание. Вот, например, в советское время героями были талантливые инженеры, писатели, а теперь в лучшем случае мотоциклетный ездок Залдостанов.
Александр "Хирург" Залдостанов с Вечным огнем. Фото: Геодакян Артем / ТАСС
— На мужике далеко не уедешь. Есть только одна лошадь, способная сдвинуть воз, — интеллигенция. Самая ценная творческая сила — человек: чем более развит он духовно, чем лучше вооружен техническими знаниями, тем более прочен и ценен его труд, тем более он культурен, историчен. Это у нас не усвоено, — наша буржуазия не обращает должного внимания на развитие продуктивности труда, человек для нее все еще как лошадь, — только источник грубой физической силы.
–—Вот и я об этом! Нам бы науку как-то развивать, образование…
— В университете учатся немцы, поляки, евреи, а из русских только дети попов. Все остальные россияне не учатся, а увлекаются поэзией безотчетных поступков. И страдают внезапными припадками испанской гордости. Еще вчера парня тятенька за волосы драл, а сегодня парень считает небрежный ответ или косой взгляд профессора поводом для дуэли. Конечно, столь задорное поведение можно счесть за необъяснимо быстрый рост личности, но я склонен думать иначе.
— Это вы про Старикова, которому студенты не дали прочесть лекцию в РГГУ? Сейчас настроения в обществе резко поляризованы: ты либо наш, либо не наш. Эта рознь внутри общества нормальна?
— Вражда между людьми не есть явление нормальное — лучшие наши чувства, величайшие наши идеи направлены именно к уничтожению в мире социальной вражды. Эти наилучшие чувства и мысли я бы назвал «социальным идеализмом» — именно его сила позволит нам преодолевать мерзости жизни и неустанно, упрямо стремиться к справедливости, красоте жизни, к свободе. На этом пути мы создали героев, великомучеников ради свободы, красивейших людей земли, и все прекрасное, что есть в нас, воспитано этим стремлением.
Реакция студентов во время лекции Николая Старикова в РГГУ. Кадр: Youtube
— Еще в обществе нет той веры в правоту строя, которая была так характерна для советского человека.
— В сущности своей всякий народ — стихия анархическая; народ хочет как можно больше есть и возможно меньше работать, хочет иметь все права и не иметь никаких обязанностей. Атмосфера бесправия, в которой издревле привык жить народ, убеждает его в законности бесправия, в зоологической естественности анархизма. Это особенно плотно приложимо к массе русского крестьянства, испытавшего более грубый и длительный гнет рабства, чем другие народы Европы. Русский крестьянин сотни лет мечтает о каком-то государстве без права влияния на волю личности, на свободу ее действий, — о государстве без власти над человеком.
— А западный человек воспринимает мир и свое место в нем иначе?
— Человек Запада еще в раннем детстве, только что встав на задние лапы, видит всюду вокруг себя монументальные результаты труда его предков. Вся земля Европы тесно покрыта грандиозными воплощениями организованной воли людей — воли, которая поставила себе гордую цель: подчинить стихийные силы природы разумным интересам человека. Земля — в руках человека, и человек действительно владыка ее. Это впечатление всасывается ребенком Запада и воспитывает в нем сознание ценности человека, уважение к его труду и чувство своей личной значительности как наследника чудес, труда и творчества предков. Такие мысли, такие чувства и оценки не могут возникнуть в душе русского крестьянина. Безграничная плоскость, на которой тесно сгрудились деревянные, крытые соломой деревни, имеет ядовитое свойство опустошать человека, высасывать его желания.
— Мне кажется, беда наших либеральных реформаторов была в том, что они не понимали, что в западных странах никакого чистого капитализма давно нет: принципы свободной экономики постепенно ограничивались ради того, чтобы построить социальное государство — например, ввести бесплатную медицину, что в СССР было сделано давным-давно. Современный Запад показывает, что капитализм вполне может уживаться с гуманным отношением к человеку…
— Ложь буржуазной, якобы «гуманитарной» — то есть человеколюбивой — культуры обнаружена в наше время совершенно цинично и неоспоримо. Все явления социального мира создаются жизнедеятельностью людей, — сила этой жизнедеятельности обнаруживает и бесчеловечный смысл явлений, скрытый «законами» и ласковыми фразами гуманистов. В наши дни только идиоты и «мошенники пера» способны утверждать, что человеколюбие совместимо с корыстолюбием — основой буржуазного общества, «душой» его. О борьбе с безграмотностью, с невежеством «народа» буржуазия заботилась постольку, поскольку это удовлетворяло ее потребность в грамотных рабах и защитниках ее власти. Она, конечно, сократила бы нищенские «свои траты» на просвещение трудового народа, если б техника могла изготовлять из железа лакеев, полицейских и различных мелких служащих.
— Как вы думаете, это потребительское отношение капитализма к человеку многие сейчас понимают? Ведь то и дело говорят о смерти классической модели капитализма — такого, каким он был в ваше время.
— Слишком часто богатый ничтожнее бедного, и всегда, несмотря на его идиотскую суету погони за наживой, ясно видишь, что он — дармоед.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
3 мин