Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Общество
Общество

Кто стреляет в сослуживцев?

Трагедия в Костроме заставила задуматься не только о психологическом состоянии военнослужащих, но и о проблеме отсева призывников с психическими расстройствами
Владимир Лактанов
2 мин
Солдат-срочник во время прохождения службы. Фото: Андрей Стенин/РИА Новости
26 августа в элитной части ВДВ, 331-м гвардейском парашютно-десантном полку Костромской области военнослужащий расстрелял из автомата пятерых сослуживцев. В результате происшествия скончались офицер и два солдата, еще два человека получили ранения, а сам стрелявший покончил с собой. На место трагедии из Москвы приехала комиссия Минобороны для расследования причин случившегося. По предварительным данным, мотивом для преступления могли стать неуставные отношения.
Лучшая защита — нападение
На инцидент незамедлительно отреагировал член комитета Государственной думы по обороне Франц Клинцевич. Он высказался по поводу необходимости психологической подготовки и тестирования военнослужащих перед выдачей им служебного оружия.
«В армию приходят вчерашние мальчики, которые проводили время так, как им захочется, а на службе приходится жить по уставу и жесткому графику. Кроме того, не все умеют контактировать со сверстниками и защищать свои интересы. Обиды происходят из-за мелочей: кто-то оплеуху отвесил или оскорбил. Эти проявления агрессии идут еще из воспитания в семье и школе. Армия не может за год перевоспитать то, что закладывалось в человека годами. Ссоры между солдатами — это нормально. А вот когда человек берет в руки оружие, чтобы отомстить сослуживцам, — это уже отклонение от нормы», — сказал РП Франц Клинцевич.
По его мнению, проверка призывной комиссии не показывает, как человек поведет себя в экстремальных условиях. «Тестирование непосредственно во время службы дает более достоверную информацию. Возможно, нужно расширить штат психологов внутри частей, чтобы солдаты были под постоянным контролем специалистов. Тех, кто не годен к владению оружием, следует отправлять на обучение другим специальностям», — предлагает депутат.
Дедовщина в армии часто толкает молодых людей на преступления. Желая наказать обидчика, который применяет психологическое или физическое насилие, более слабые идут на крайние меры, защищая себя. В Комитет солдатских матерей России часто поступает информация, что в той или иной военной части солдаты гибнут от рук сослуживцев, а то и сводят счеты с жизнью.
«Предложением проверять психологическое состояние призывников ситуацию не улучшишь. Будут сортировать солдат на тех, кто может и кто не может терпеть издевательства и побои, — пояснил заместитель председателя Комитета солдатских матерей Андрей Курочкин. — Нужно в корне менять принципы работы внутри армии. Улучшить законодательную базу, пересмотреть учебно-воспитательную работу внутри частей и взять под контроль неуставные отношения в целом. У нас великая армия, действительно мощная, хорошо вооруженная, но порядка нет».
Призывник во время прохождения призывной комиссии
Призывник во время прохождения призывной комиссии. Фото: Павел Лисицын/РИА Новости
Комитет солдатских матерей России планирует взять под контроль расследование причин произошедшей трагедии. Представители организации соберут совещание для составления плана действий. Но уже сейчас они оказывают посильную помощь родителям погибших солдат. «Мать одного из убитых ефрейторов находилась на отдыхе в Сочи. Мы смогли достать билет на самолет, и она уже летит домой», — сообщил Андрей Курочкин.
Психология или психиатрия?
Между тем остается открытым вопрос о том, был ли психически здоров совершивший расстрел и самоубийство военнослужащий. На сегодняшний день в России нет полноценного мониторинга психического здоровья детей, а значит, и тех парней, которые в будущем будут призываться в армию. Система выявления психиатрических отклонений в раннем возрасте рухнула еще 20 лет назад. И в ряде случаев никакие психологи не помогут.
«Детская психиатрия давно развалена. Нет необходимой массы специалистов. Если у ребенка есть особенности психического развития, его должен наблюдать психоневролог. А сейчас этим вопросом в основном занимаются детские психологи, что в корне неверно. Психология нужна для здоровых, а психиатрия создана для людей с особенностями развития», — пояснила РП Татьяна Крылатова, детский психиатр, научный сотрудник Центра психического здоровья.
В результате дети, нуждающиеся в психиатрической помощи, не получают надлежащего лечения. «Сегодня еще есть такая должность, как медицинский психолог. Это специальность, схожая со специальностью психотерапевта и психиатра. Но медицинский психолог опять же работает не с конкретными заболеваниями, не с психическими расстройствами, — продолжает Крылатова. — Раньше существовали уроки военной подготовки, которые позволяли психологически настроить детей на то, с чем они столкнутся в армии. Это хорошее подспорье к мониторингу психического развития, ведь можно было наблюдать, кто как проявляет себя».
В условиях, когда потенциально опасный для сослуживцев призывник может не иметь психиатрического диагноза, проверки военной призывной комиссии недостаточно.
«Нужно выполнять комплекс мер по выявлению людей с психическими расстройствами. А комиссия в армии — это конвейер. Человек сильно обезличивается, когда проходит эту проверку, ведь иногда призывник с виду абсолютно адекватен, и только в стрессовой ситуации его отклонения проявляются. Я считаю, что нужно целенаправленно разрабатывать программу по подготовке молодых людей к армии, в ходе которой и выявлять, насколько призывник годен к службе и не представляет ли он опасности для сослуживцев», — резюмирует Татьяна Крылатова.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
2 мин