Люди
Сегодня
Политика
Происшествия
Люди
Экономика
Следствие
Бизнес
Культура
Наука и медицина
Зарубежка
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Вопрос-Ответ
Financial Assets
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба», Общественное движение «Штабы Навального».
НКО, выполняющие функции иностранного агента: Некоммерческая организация «Фонд по борьбе с коррупцией», Межрегиональный профессиональный союз работников здравоохранения "Альянс врачей", Автономная некоммерческая организация «Центр по работе с проблемой насилия «НАСИЛИЮ.НЕТ», Программно-целевой Благотворительный Фонд "СВЕЧА", Красноярская региональная общественная организация "Мы против СПИДа", Некоммерческая организация "Фонд защиты прав граждан", Автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг "Акцент", Межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов "Открытый Петербург", Санкт-Петербургский благотворительный фонд "Гуманитарное действие", Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан "Феникс ПЛЮС", Фонд содействия правовому просвещению населения "Лига Избирателей", Некоммерческая Организация Фонд "Правовая инициатива", Некоммерческая организация Фонд "Общественный фонд социального развития "Генезис", Автономная некоммерческая организация информационных и правовых услуг "Гражданская инициатива против экологической преступности", Некоммерческая организация "Фонд борьбы с коррупцией", Пензенский региональный общественный благотворительный фонд "Гражданский Союз", Ингушское республиканское отделение общероссийской общественной организации "Российский Красный Крест", Общественная организация "Саратовский областной еврейский благотворительный Центр "Хасдей Ерушалаим" (Милосердие), Частное учреждение "Центр поддержки и содействия развитию средств массовой информации", Региональная общественная организация содействия соблюдению прав человека "Горячая Линия", Фонд "В защиту прав заключенных", Автономная некоммерческая организация "Институт глобализации и социальных движений", Автономная некоммерческая организация противодействия эпидемии вич/спида и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения "Центр социально-информационных инициатив Действие", Челябинское региональное диабетическое общественное движение "ВМЕСТЕ", Благотворительный фонд охраны здоровья и защиты прав граждан, Благотворительный фонд помощи осужденным и их семьям, Городской благотворительный фонд "Фонд Тольятти", Свердловский региональный общественный фонд социальных проектов "Новое время", Фонд содействия устойчивому развитию "Серебряная тайга", Фонд содействия развитию массовых коммуникаций и правовому просвещению "Так-Так-Так", Региональная общественная организация содействия просвещению граждан "Информационно-аналитический центр "Сова", Региональная общественная организация помощи женщинам и детям, находящимся в кризисной ситуации "Информационно-методический центр" Анна", Автономная некоммерческая организация социальной поддержки населения "Проект Апрель", Региональный благотворительный фонд "Самарская губерния", Свердловский областной общественный фонд "Эра здоровья", Международная общественная организация "Международное историко-просветительское, благотворительное и правозащитное общество "Мемориал", Автономная Некоммерческая Организация "Аналитический Центр Юрия Левады", Автономная некоммерческая организация "Издательство "Парк Гагарина", Фонд содействия защите здоровья и социальной справедливости имени Андрея Рылькова, Благотворительный фонд социально-правовой помощи "Сфера", Челябинский региональный орган общественной самодеятельности "Уральская правозащитная группа", Челябинский региональный орган общественной самодеятельности - женское общественное объединение "Женщины Евразии", Омская региональная общественная организация "Центр охраны здоровья и социальной защиты "СИБАЛЬТ", Городская общественная организация "Рязанское историко-просветительское и правозащитное общество "Мемориал" (Рязанский Мемориал), Городская общественная организация "Екатеринбургское общество "МЕМОРИАЛ", Автономная некоммерческая организация "Институт прав человека", Некоммерческая организация "Фонд защиты гласности", Региональное общественное учреждение научно-информационный центр "МЕМОРИАЛ", Союз общественных объединений "Российский исследовательский центр по правам человека", Автономная некоммерческая организация "Дальневосточный центр развития гражданских инициатив и социального партнерства", Общественная организация "Пермский региональный правозащитный центр", Фонд "Гражданское действие", Межрегиональный общественный фонд содействия развитию гражданского общества "ГОЛОС-Урал", Автономная некоммерческая организация "Центр независимых социологических исследований", Негосударственное образовательное учреждение дополнительного профессионального образования (повышение квалификации) специалистов "АКАДЕМИЯ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА", Свердловская региональная общественная организация "Сутяжник", Межрегиональная благотворительная общественная организация "Центр развития некоммерческих организаций", "Частное учреждение в Калининграде по административной поддержке реализации программ и проектов Совета Министров северных стран", Региональная общественная благотворительная организация помощи беженцам и мигрантам "Гражданское содействие", Автономная некоммерческая организация "Центр антикоррупционных исследований и инициатив "Трансперенси Интернешнл-Р", Региональный Фонд "Центр Защиты Прав Средств Массовой Информации", Некоммерческое партнерство "Институт развития прессы - Сибирь", "Частное учреждение в Санкт-Петербурге по административной поддержке реализации программ и проектов Совета Министров Северных Стран", Межрегиональная общественная организация Информационно-просветительский центр "Мемориал", Межрегиональная общественная правозащитная организация "Человек и Закон", Фонд поддержки свободы прессы, Санкт-Петербургская общественная правозащитная организация "Гражданский контроль", Калининградская региональная общественная организация "Правозащитный центр", Региональная общественная организация "Общественная комиссия по сохранению наследия академика Сахарова", Некоммерческое партнерство "Институт региональной прессы", Частное учреждение "Информационное агентство МЕМО. РУ", Фонд "Институт Развития Свободы Информации", Калининградская региональная общественная организация "Экозащита!-Женсовет", Фонд содействия защите прав и свобод граждан "Общественный вердикт", Межрегиональная общественная организация Правозащитный Центр "Мемориал", Евразийская антимонопольная ассоциация.
Иностранные СМИ, выполняющие функции иностранного агента: "Голос Америки", "Idel.Реалии", Кавказ.Реалии, Крым.Реалии, Телеканал Настоящее Время, Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi), Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC), "Сибирь.Реалии", "Фактограф", "Север.Реалии", Общество с ограниченной ответственностью "Радио Свободная Европа/Радио Свобода", Чешское информационное агентство "MEDIUM-ORIENT", Пономарев Лев Александрович, Савицкая Людмила Алексеевна, Маркелов Сергей Евгеньевич, Камалягин Денис Николаевич, Апахончич Дарья Александровна, Юридическое лицо, зарегистрированное в Латвийской Республике, SIA «Medusa Project» (регистрационный номер 40103797863, дата регистрации 10.06.2014), Общество с ограниченной ответственностью «Первое антикоррупционное СМИ», Юридическое лицо, зарегистрированное в Королевстве Нидерландов, Stichting 2 Oktober (регистрационный номер № 69126968), являющееся администратором доменного имени интернет-ресурса «VTimes.io».
Лента новостей
Лента новостей
Новости – Люди
Русская планета

Кронштадтские пастыри не агитировали за советскую власть

Кронштадт. Фото:
Кронштадт. Фото: Ppiter.ru
В истории российской революции отгрызание хвоста началось с восстания в цитадели Балтфлота
Наталья Иртенина
11 апреля, 2021 21:25
13 мин

«Русская планета» и радио «Радонеж» продолжают цикл материалов о православном взгляде на события в стране и мире. В центре внимания - кронштадские пастыри в период Октябрьской революции 1917 года.

Радио Радонеж
Радио Радонеж

Всякая революция — огненная саламандра, кусающая саму себя за хвост.

В истории российской революции отгрызание хвоста началось с восстания в цитадели Балтфлота — Кронштадте — под лозунгом «За Советы без большевиков».

В марте 1921 года «краса и гордость революции», балтийские матросы, большие мастера революционной резни, выдвинули собственные требования к ленинскому правительству. Свое выступление против разрушительной для страны политики военного коммунизма они назвали «третьей революцией». «Авантюра», как именовали восстание большевики, была утоплена в крови не только его непосредственных участников, но и гражданского населения города-крепости.

Для истории Русской Церкви те трагические события столетней давности представляют свой интерес. В кронштадтском витке красного террора весной 1921 года отношения богоборческой советской власти и Церкви после трех с лишним лет антицерковной политики большевизма начинают принимать неожиданный оборот…

Стоит напомнить, что история Гражданской войны с самого начала, с зимы 1917/18 года, полна народных выступлений и восстаний против самозванно утверждавшейся власти Коммунистической партии большевиков. Масштабы их по охвату территорий совершенно различны — от сельского прихода, рабочего поселка или маленького городка в глубинке до настоящих крестьянских войн, как тамбовская, поволжские или западно-сибирская. При подавлении восстаний большевистская власть всегда действовала одинаково в отношении тех, кого автоматически, независимо от реального участия, записывала в зачинщики — духовенства, служащих царского времени, купцов, интеллигенции и прочей «буржуазии». Представители этих сословий всегда и везде становились заложниками, которых убивали, не усердствуя в доказательстве вины. При подавлении Кронштадтского восстания события развивались по тому же сценарию.

После 18 марта, когда Кронштадт был взят красными войсками, в городе среди прочих оказались арестованы несколько священнослужителей и некоторое количество мирян, членов приходских советов. В течение десяти дней шестерых из них расстреляли. Вот их имена: настоятель Морского Николаевского собора протоиерей Василий Братолюбов; протоиерей Богоявленского собора Григорий Поспелов (причислен к лику святых новомучеников); настоятель Крепостного Владимирского собора протоиерей Иоанн Невдачин; священник из причта Морского и Богоявленского соборов Николай Ложкин; участник Поместного собора Русской Православной Церкви 1917—1918 годов псаломщик Морского Николаевского и Богоявленского соборов Владимир Велицкий; председатель церковно-приходского совета Морского Николаевского собора, капитан I ранга, начальник Машинной школы Балтфлота и редактор «Кронштадтского морского вестника» Осип Иванович Деркаченко.

Все они были убиты за мнимое участие в кронштадтском восстании. Еще нескольких человек из причта и прихода Морского собора приговорили к пяти годам заключения. Позднее, летом 1921 и особенно в 1922 года, когда проводилось массовое выселение жителей из Кронштадта как «неблагонадежных элементов», из города было изгнано множество священнослужителей и прихожан кронштадтских церквей. При том надо отметить, что часть кронштадтского духовенства при штурме города 18 марта ушла по льду залива в Финляндию вместе с матросами, офицерами и частью гражданского населения (всего около 8 тысяч человек), справедливо опасаясь бессудных расправ. В ином случае число священнослужителей и активных мирян — жертв красного террора могло быть в разы больше.

В чем их обвиняли? При отсутствии фактов большевистская карательная машина действовала как обычно в таких случаях: обвинения были расплывчаты и сводились к тому, что арестованный служитель Церкви враждебен советской власти и является «ярым белогвардейцем». Как было написано в заключении по делу протоиерея Григория Поспелова, он «был недо­во­лен со­вет­ской вла­стью, что и да­ет по­вод по­до­зре­вать его в аги­та­ции». На допросах священников спрашивали, произносили ли они во время кронштадтских событий проповеди антисоветского содержания. В сохранившихся допросных листах протоиереев Григория Поспелова и Иоанна Невдачина оба отрицают приписываемую им агитацию «с амвона».

Свое отношение к восстанию матросов оба определяют как безразлично-нейтральное. Но агитацией против советской власти в подобных случаях считалось также участие священнослужителей в церковных молебнах — в данном случае это было отпевание 14 погибших во время первого штурма Кронштадта 9 марта. Заупокойная служба прошла торжественно, присутствовали многие из кронштадтского духовенства и толпа народа. Священнослужители исполняли лишь свои обычные пастырские обязанности: как свидетельствовал на допросе протоиерей Георгий Поспелов, они не произносили на похоронах проповеди, не ходили «про­во­жать про­цес­сию на мо­ги­лы», не было даже церковного звона. В общем все как обычно в то время — расстреляли наиболее авторитетных пастырей за просто так.

Надо подчеркнуть, что все эти годы советская власть с великим подозрением относилась даже к тем церковнослужителям, которые выражали лояльное отношение к ней. Как сообщил на допросе протоиерей Григорий Поспелов, «к со­вет­ской вла­сти я от­но­сил­ся доб­ро­со­вест­но, ис­пол­нял все ее де­кре­ты с точ­но­стью, ни­ка­кой аги­та­ции не вел да­же тогда, ко­гда по­лу­чал ми­ни­маль­ный па­ек в чет­верть фун­та хле­ба». Разумеется, оставаться равнодушными к безбожному и кровожадному духу новой власти, к насилиям, попыткам ограбления и осквернения храмов, к ожесточенному междоусобию они не могли. Речь здесь идет не об одном Кронштадте, а о духовенстве всей России. Но, как правило, их противодействие озверению и развращению народа сводилось к проповедям в храмах. Пастыри-миротворцы призывали не предавать Христа, следовать евангельским заповедям, не обагрять руки в крови соотечественников, не участвовать в гражданской войне.

Многие священники старались вовсе обходить стороной политику, не обострять и без того напряженную обстановку. Как писал о своих собратьях один уральский священник, «приходские пастыри… всеми силами старались удержать свою паству от всяких враждебных выступлений против… власти… политические темы в церковных поучениях не затрагивались…». Не все поступали так, были и воинственные священники, призывавшие к политическому, вооруженному сопротивлению, но большинство все же старалось следовать словам патриарха Тихона: «Памятуйте же, отцы и братия, и канонические правила, и завет св. Апостола: «блюдите себя от творящих распри и раздоры», уклоняйтесь от участия в политических партиях и выступлениях» («Послание патриарха Тихона о невмешательстве в политическую борьбу» от 8 октября 1919 года).

Однако советская власть хотела от духовенства не просто лояльного отношения и равнодушного подчинения, но активного противодействия врагам оной власти. И это свое желание сама советская власть четко осознала как раз к концу Гражданской войны. Вот оно — то новое в отношении богоборцев-большевиков к духовенству, чего не наблюдалось, пока шла активная фаза Гражданской войны. Нейтралитета теперь было мало, Церковь должна была начать верноподданическое служение политике коммунизма.

Уже в первом пункте обвинения членов причта и приходского совета Морского собора Кронштадта звучит это требование к Церкви — противодействовать врагам советской власти. Протоиерей Василий Братолюбов, священник Николай Ложкин и председатель совета собора О. И. Деркаченко были обвинены в том, что не противились установке в куполе Морского собора наблюдательного пункта, оборудованного там восставшими матросами. Не содействовали, а лишь не противились! Что такое сопротивление вооруженным революционным матросам, надо полагать, духовенство Кронштадта хорошо знало еще со времен мартовской массовой резни офицеров 1917 года. А в 1921 году восстание против большевиков подняли все те же революционные матросы Балтфлота, разве что отчасти с другими именами. «Принятие мер» против них безоружными клириками было бы абсолютно бесполезно. Тем не менее, чекисты, допрашивавшие арестованных священников, требовали от них образа действий партизан в тылу врага.

Второй пункт обвинения еще интереснее: клирики Морского собора были приговорены к казни также за то, что во время церковных служб не вели пропаганду среди верующих в поддержку большевистской власти. Со стороны большевиков, вот уже три с половиной года озабоченных ликвидацией религии, вытеснением Церкви из всех сфер жизни советского государства, это, на первый взгляд, нелогично. Но логика у чекистов была и вполне железная. Эти три с половиной года насилий и террора новой власти показали, что Русская Церковь, несмотря на тысячи убитых священнослужителей и мирян, не поддается запугиванию, не прогибается и не ломается под жесточайшим давлением. Ее не удается уничтожить быстрым наскоком, как не удаются и попытки умалить ее авторитет (на что была направлена, к примеру, вульгарная кампания по вскрытию мощей в 1920 году). Для большевистской верхушки стало неприятным открытием, что, несмотря на красный террор и вопреки их представлениям о Церкви как служанке государства в позе «чего изволите?», Церковь не предлагает советскому правительству свои услуги, не идет на сотрудничество. А такие услуги за время Гражданской войны сделались для советской власти желательными. Весь ход войны показал, что огромные массы народа не принимают политику насильственного коммунизма и сопротивляются ей с оружием в руках. Авторитет РКП(б) к концу войны упал до нуля. Одно за другим по стране вспыхивали восстания «за советскую власть без коммунистов». Ленинское правительство остро нуждалось хоть в какой-то поддержке со стороны.

Таким моральным авторитетом для народа могла, в теории, стать подневольная «красная церковь», во всем покорная большевистской власти.

Именно с начала 1920-х годов коммунисты начали реализовывать в отношении Церкви известный принцип: не можешь уничтожить — возглавь. Отделив Церковь от государства, оное советское государство в конце концов само с потрохами влезло в Церковь, пытаясь управлять ею в своем безбожном духе. Во времена Кронштадтского восстания это были еще неотрефлексированные, спонтанные мысли и действия, политикой же советского правительства они стали с 1922—1923 годы, когда был инициирован обновленческий раскол и создана обновленческая «красная церковь», а на патриарха Тихона во время его годового ареста было оказано чудовищное давление.

Коммунистическая идеология определяла Церковь, с одной стороны, как орудие подавления и усмирения народных масс, с другой — как инструмент укрепления государственной власти. В соответствии с этим воззрением большевики хотели сделать Церковь таким инструментом для себя — до тех пор пока была в этом нужда и пока Церковь невозможно было задушить. Инструмент должен был совершать моления о советской власти и ее вождях, давать благословение ее политике, транслировать с амвона проповеди о богоустановленности коммунистической власти с восхвалениями ее. Кое-что из этого было действительно навязано Церкви в 1920-х годов - логическим итогом должно было стать обожествление советской власти и ее первых лиц — к чему вскоре эта власть и пришла, но, разумеется, без помощи духовенства.

Русская Православная Церковь не могла обеспечить ни моральную, ни политическую поддержку богоборческого режима. Одна из самых далеко зашедших попыток советской власти в этом направлении — использование Церкви как инструмента геополитики Сталиным после Великой Отечественной войны — как известно, окончилась ничем, вернее, новым усилением репрессий против духовенства. Погибшие в марте 1921 года церковнослужители Кронштадта приняли мученическую кончину не потому, что стали случайными щепками от вырубаемого леса, а потому, что до конца исполнили свой христианский и священнический долг.

Поделиться
поддержать проект
Для поднятия хорошего настроения, вы можете угостить наших редакторов чашечкой кофе
Маленькая чашка кофе
cup
200 ₽
Средняя чашка кофе
cup
300 ₽
Большая чашка кофе
cup
500 ₽
Большая чашка кофе и что-то вкусное
cup
900 ₽
Нажимая на кнопку «Поддержать», я принимаю пользовательское соглашение, политику конфиденциальности и подтверждаю свое гражданство РФ
Кто может поддержать проект?
Поддержать проект могут только граждане России. Поддержка осуществляется только в рублях. В соответствии с требованием закона.
13 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ