«Я поклялся рассказать о войне…»
4 мин чтения
Алексей Богдаев (справа) с армейским другом. Фото: из личного архива

Алексей Богдаев (справа) с армейским другом. Фото: из личного архива

Пермский ветеран написал 12 книг о Великой Отечественной и издал одну из них на собственные деньги

Полковник в отставке Алексей Богдаев написал 12 книг о Великой Отечественной войне. 92-летний офицер, кавалер орденов ВОВ и Красного Знамени издал последнюю из них, «Воспоминания ветеранов», на собственную пенсию и те средства, что собрали три его дочери. Чтобы не оставаться в долгу перед ними, он продает свои книги по вечерам у памятника Уральскому добровольческому танковому корпусу в Перми. Тех, кто покупает, он приглашает в гости — выпить чаю и поговорить. Делиться воспоминаниями о войне Алексей Петрович считает своим долгом — перед теми, кто выжил, и кто погиб.

Озеро нефти

Алексей Богдаев родился в 1924 году. 21 июня 1941 года окончил 10 классов, получил аттестат зрелости.

— Мы тогда жили в Краснодарском крае, в поселке Золотая гора, — рассказывает корреспонденту РП Алексей Богдаев. — Вечером отмечали окончание школы, веселились часов до двух ночи — песни пели, танцевали под гитару и балалайку. А утром мама меня будит и говорит: «Вставай, сынок, по радио говорят, что война началась». Я ей не поверил, отвечаю: «Не может этого быть, наша Красная армия любую другую сразу разгромит». У нас тогда никаких сомнений в этом не было.

В семье Богдаевых было семеро детей. Алексей был третьим по старшинству. Отца и старшего брата, который только что вернулся со срочной службы, сразу забрали на фронт. В 17 лет Алексей остался за старшего. На его плечи легла ответственность за дедушку, маму, четырех маленьких братьев и сестер. Отец погиб летом 1942 года под Краснодаром. Брат пропал без вести. Семь лет родные думали, что и он тоже погиб. И только потом узнали, что он попал в плен под Киевом, но остался жив.

Когда в 1941 году фашистские войска начали наступление на Северный Кавказ, чтобы захватить нефтяные месторождения, все шахты пришлось взорвать, чтобы враг не смог ими воспользоваться.

— Стали думать, что делать с уже добытой нефтью, хранившейся в резервуарах, — вспоминает Алексей Богдаев. — Решили поступить так: в горах неподалеку было озеро Крутое, глубиной метров 70 и довольно большое — километр на километр. С трех сторон оно было окружено скалами, только один берег был пологий — мы, будучи мальчишками, бегали туда купаться, раков ловить. Так вот из этого озера в обстановке полной секретности мы, старшеклассники, выкачали всю воду, построили дамбу, и залили в озеро нефть. Когда фашисты захватили поселок, они даже не подозревали, что почти рядом с ними плещется несколько миллионов тонн нефти, которая им была нужна как воздух. А когда их выбили с Кавказа, нефть досталась нашим войскам.

Потом несовершеннолетний Алексей вместе с другими вчерашними школьниками и стариками помогал эвакуировать все заводское нефтедобывающее оборудование — нельзя было допустить, чтобы и оно досталось врагу. Вместе с ним оказался в Башкирии, где работал на нефтепромысле. Эта работа давала «бронь» — рабочие со стратегически важного производства призыву не подлежали. Но Алексей не хотел отсиживаться в тылу, когда другие защищают Родину, но попал на фронт он только в августе 1944 года.

Клятва другу

Сержанта Богдаева отправили на Первый украинский фронт. Там, на границе между Украиной и Польшей, он впервые столкнулся со смертью.

— Прибыли мы на станцию Замостье, а там братские могилы вдоль всей дороги. Аж мурашки по коже. Едва начали разгружать эшелон, как объявили воздушную тревогу. На платформах стояли зенитные установки из четырех спаренных пулеметов Максим. Девушки-зенитчицы приготовились встретить врага. Как только показался бомбардировщик и спикировал на эшелон, открыли по нему огонь. Состав они защитили, да еще и вражеский самолет подбили. Фашист успел всего четыре бомбы сбросить, в цель не попал, но перед тем, как развернуться, дал длинную очередь по эшелону из пулемета. Одна из пуль угодила прямо в грудь девушке-зенитчице. От удара она отлетела в сторону как пушинка. Подруги подбежали, поднимают ее, кричат: «Маша, Маша, смотри, твой самолет взорвался!» А она уже мертвая, ничего не слышит. Тогда я в первый и в последний раз почувствовал страх — мы же молодые были, жить-то хотелось. Потом уже больше ничего не боялся.

Алексей Богдаев с семьей

Алексей Богдаев с семьей. Фото: из личного архива

Боевое крещение молодой командир подразделения принял в Польше, которую советские войска очищали от польских националистов, воевавших на стороне фашистской Германии. В советских войсках их называли бандеровцами.

— В Польше я случайно встретил моего друга, Толика Иванькова, с которым мы вместе учились в 8-м классе. Мы с ним попали в один полк, воевали с плечом к плечу. А потом Толик погиб от рук бандеровцев. Ночью они устроили засаду. Замаскировали дзот, и когда показался первый батальон, открыли по нему огонь. Наши залегли, начали отстреливаться. Кто-то кинул гранату и дзот замолчал. Бандеровцы пытались сбежать, но их схватили. Военный трибунал приговорил их к расстрелу. Но мне от этого легче не было. Толика смертельно ранило. До сих пор перед глазами стоит, как лежит он на носилках и говорит: «Леша, мне не выжить, ранение в живот. Поклянись, что если останешься цел, то найдешь моих родителей и расскажешь, как я погиб на польской земле». Я поклялся. Потом, когда мне дали первый отпуск за 4,5 года войны, весь его целиком потратил на поиски. И хотя отыскать родителей Толика было непросто — война всех разметала, нашел и рассказал. Сдержал клятву. А свою книгу «Кинжальный огонь» я посвятил памяти моего погибшего друга Анатолия Иванькова.

Ловушка для освободителей

Отступающие фашисты оставили польским националистам огромное количество оружия и взрывчатки, и они минировали все.

— Нигде столько потерь не было, как там. Фашистов кругом нет, а солдаты гибнут, в каждом полку каждый день по 2–3 человека хоронят. Как оказалось, в восточной Польше все тропинки были заминированы. Идет наш солдат по лесу, задел тоненькую проволочку — и тут мина величиной со спичечную коробку взрывается, ему голову сносит. Другой видит — кукла на земле валяется. Он наклонился подобрать, чтобы дочке домой отправить — и ему взрывом ногу оторвало. Часто оружие заминированное бросали: знали, что ни один солдат не удержится, поднимет автомат. А поднял — и все, нет человека. Почти в каждом доме ловушки были установлены: стоит хоть что-то тронуть, как сразу взрыв. А нам начальник политотдела строго-настрого наказал, чтобы мы никого из поляков и пальцем не трогали, не обижали. Нарушишь приказ — сразу военный трибунал. Потому что мы не захватчики, а освободители, и вести себя должны соответственно.

Алексей Богдаев, командовавший подразделением, тоже был ранен гранатным осколком в спину, однако всего через неделю прямо из госпиталя вернулся в строй. Был награжден медалью «За боевые заслуги». Участвовал в форсировании Одера. Почти дошел до Берлина. Но на подходе к Потсдаму пришло известие, что тяжелые бои начались под Дрезденом, и воинской части, где он служил, пришлось разворачиваться и спешить на помощь нашим войскам.

— Мы еще были в пути, не доехали до Дрездена, как вдруг слышим — кричат: «Победа! Рейхстаг взяли!» Так война и закончилась. Такое было счастье, не передать. Мы пели, танцевали. Хотя потом еще много страшного вокруг происходило, эхо войны еще долго раскатывалось. Помню, как в Берлине, когда военные действия уже закончились, я увидел на стене лозунг, написанный аккуратным, готическим шрифтом. Когда мне его перевели, у меня волосы дыбом встали! Надпись гласила: «Самое лучшее удобрение для ваших грядок — человеческий пепел». 

Победу Алексей Богдаев встретил в звании старшего сержанта. Демобилизоваться было нельзя, пришлось продолжить службу. Богдаева направили на обучение в одесское общевойсковое училище. После него он перешел в воздушно-десантные войска, которые тогда только создавались, совершил более 55 прыжков с парашютом. Служил на Украине, и снова воевал с националистами, только теперь уже не с польскими, а с украинскими.

После демобилизации преподавал на военной кафедре в Пермском государственном университете. В 1968 году получил диплом журналиста Московского полиграфического института. А когда вышел на пенсию, понял: теперь у него появилось время сделать еще одно важное дело. Собрав сотни историй фронтовиков и тружеников тыла, он за полтора года подготовил первую книгу воспоминаний «Победители — потомкам».

Сейчас Алексей Николаевич не только пишет книги, но и постоянно проводит встречи со школьниками, выступает в детских садах. Рассказывает маленьким пермякам о войне, о любви к Родине. Он хочет, чтобы они тоже выросли патриотами своей страны, как и два его внука, ставшие кадровыми офицерами.

Читайте нас в мобильном приложении

Если у Вас возник вопрос по материалу, то Вы можете задать его специальной рубрике Задать вопрос «Голод — это когда совсем нет хлеба» Далее в рубрике «Голод — это когда совсем нет хлеба»Рязанский пенсионер — о военном детстве в тылу, тяжелом труде стариков и Победе Читайте в рубрике «Общество» «Без спорта мне некуда было бы идти из детдома»Чемпионка Сочи-2014 Светлана Коновалова — о детских мечтах, взрослых целях и о своей маме «Без спорта мне некуда было бы идти из детдома»
Подписывайтесь на канал rusplt.ru в Яндекс.Дзен
Подписывайтесь на канал rusplt в Дзен
Комментарии
10 мая 2016, 13:04
Честь и хвала этому человеку. Пусть министерство образования Пермского края включит в программу по истории и литературе его книги... Детская память самая крепкая. И польза будет и воспитание подрастающего поколения. Низкий поклон ему от меня - Осиповой Людмилы Николаевны (дочери офицера, который тоже освобождал Польшу и имел офицерский золотой крест ПНР) Еще хочу сказать слова благодарности его дочерям. Берегите отца и его книги для других поколений.
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Читайте только самое важное!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!