Жизнь и подвиг в лагере смерти Равенсбрюк
Жизнь и подвиг в лагере смерти Равенсбрюк

По дорогам канонизированной матери Марии (Скобцовой). 1891-1945

Мать Мария Скобцова была канонизирована в 2004 году. Она погибла в лагере смерти Равенсбрюк 31 марта 1945 года, не дожив до победы нескольких месяцев.

Ее яркая личность и судьба продолжают  волновать не только историков, литераторов и верующих, но и  ищущих  истину и правду. За последние десятилетия  о ней вышло много книг, проходят конференции, выставки, радио и теле передачи.

В сентябре 2018 года на фасаде ялтинской гимназии им. Чехова появилась мемориальная доска в честь Матери Марии.

До революции в этой женской гимназии училась девочка, Елизавета Пиленко, будущая преподобномученица Мария Скобцова

Ее имя увековечено в Париже (в память о ней названа улица), в Санкт-Петербурге (есть мемориальная доска, на доме где прошло ее отрочество) в Риге (памятная доска на доме где она родилась), а теперь и в Ялте. 

На мраморной доске выбиты слова:

«Здесь в ялтинской женской гимназии в 1905-1906гг, училась Елизавета Юрьевна Пиленко (Кузьмина–Караваева, Скобцова в монашестве Мать Мария), литератор, богослов, благотворитель, участник французского Сопротивления, праведник мира. Погибла 31 марта 1945года в газовой камере Равенсбрюка»

В 2015 году в России вышла книга «Мать Мария (Скобцова), святая наших дней». Эта публикация стала еще одной вехой в прославлении имени великой личности: поэтессы, художника, богослова, благотворителя.

Писатель Ксения Кривошеина так пишет о Марии:

«Теперь исследователи деятельности и творчества моей героини живут не только в России, но и за ее пределами. Откликнувшись на приглашение председателя дворянского собрания  А.К. Ушакова принять участие в возвращении матери Марии в Крым, я решила написать небольшую книжку об её ялтинском периоде. Елизавета Юрьевна Пиленко, будущая мать Мария, родилась в очень родовитой семье, и как многие аристократические семьи начала ХХ века, оказалась подвержена революционным течениям, на собственной судьбе она испытала все ужасы 1917 года, гражданской войны и вынужденного изгнания на чужбине. Ее спасала  вера в Бога и любовь к России. Ведь даже на краю гибели в лагере Равенсбрюк она говорила:

«Если выживу, то вернусь домой и буду бродить по дорогам России…»

Ее мечта сбывается! Я счастлива, что стала соучастником возвращения в Крым имени этой великой женщины, жизнь и судьба которой может быть примером для подрастающего молодого поколения!».

Ксения Игоревна Кривошеина является исследователем творчества Марии (Скобцовой). Автор многочисленных публикаций в журналах, а также книги «Красота спасающая» — жизнь и творчество, матери Марии. Занимается живописным и литературным наследием Марии (Скобцовой). Является членом-основателем «Движения за поместное православие в Западной Европе» (OLTR), одним из руководителей православного сайта Корсунской Епархии (РПЦ) и активным общественным православным деятелем во Франции.

Подвиг

В 2012 году на доме в Риге, где родилась Лиза Пиленко, будущая мать Мария, была установлена мемориальная доска. Купола Христорождественского православного Кафедрального собора, в котором она была крещена, опять сверкают позолотой, а колокольный звон слышен далеко за пределами города.

Закрытие собора произошло по приказу министра культуры СССР Екатерины Фурцевой в 1963 году. По существующей версии-легенде, Фурцева приехала в Ригу и с сопровождающей её делегацией местных политических деятелей наблюдала следующую картину:

«В предпасхальные дни около 17 часов тень от памятника Ленина падала на витрину находившегося на противоположной стороне улицы магазина Политической книги. А в ленинской руке, странным образом оказался крест центрального купола собора, также дававший тень на то же здание. Эта оптическая нелепица послужила одной из причин передачи здания Храма государству и открытия в нём планетария».

Существует и более прагматично материалистическая версия: местные власти отдали распоряжение по максимальной сдаче металлолома и приказали спилить все медные кресты с куполов. Так или иначе, но после осквернения Собор был превращен в планетарий.

Только в 1991 году храм вернули верующим

По приглашению Общества матери Марии, летом 2014 года я побывала в Риге, жила в доме, где родилась монахиня, пришла на литургию в Собор. Да, действительно храм ожил, внешне очень красив, но внутри еще ощущается ненамоленность стен. Вероятно, должно пройти не одно десятилетие, за которое молитвами верующих собор вернет свою прежнюю жизнь и очнется от осквернения.

Мать Мария после пострига в 1932 году побывала в Прибалтике и Финляндии, приезжала в Ригу, прожила здесь около двух недель. В рижском женском Свято-Троицком монастыре ей сшили женское монашеское облачение. Её приезд был связан с проведением съездов РСХД в Прибалтике, где она встречалась с молодежью и даже приняла участие в их спортивном празднике на Рижском взморье с ночевкой на сеновале.

Человек человеку - стена

Многие отмечали необыкновенную общительность и живость монахини. В те годы мать Мария была секретарем Русского студенческого христианского движения (РСХД) во Франции, постоянно ездила по провинции, посещала промышленные города, где жил русских пролетариат. Рижской молодежи она рассказывала о рабочих фабрик и заводов, о безработных и нищих, пьяницах, наркоманах. Её заботил каждый из них.

Бедственную ситуацию она характеризовала фразой «Человек человеку стена!»

В Риге монахиня выступала с литературными воспоминаниями, впервые рассказывала о встрече с Блоком, о его стихах. Б.В. Плюханов, который был свидетелем этих встреч, вспоминает, что ему запомнились слова Блока о поэзии Анны Ахматовой, «слышанные матерью Марией (тогда Елизаветой Кузьминой-Караваевой) у Вячеслава Иванова в Петербурге. Блок долго колебался и с неохотой ответил на вопрос о стихах Анны Ахматовой:

«Она пишет стихи свои как бы перед мужчиной, а их надо писать как бы перед Богом».

Об Алексее Толстом мать Мария сказала:

«Он поехал в Россию за белой булкой».

Монахиня постоянно была окружена молодежью, с ней было интересно, Б. Плюханов сразу попал под её обаяние и был поражен проницательностью:

«Она умела сразу определять характер человека, даже предсказывать будущее. Так, Тамаре Эренштейн (по мужу Литвиновой) мать Мария сказала: «Вы можете спокойно спать, даже если под кроватью будет бомба».

Так монахиня Мария охарактеризовала мужество Тамары Дмитриевны, подтвержденное позже всей её дальнейшей жизнью. Держа собеседника за руку, она вглядывалась в его глаза, и ее определения были искусством психолога, а не опытного хироманта. Слушая и наблюдая мать Марию вблизи, я обратил внимание на необычайность её быстрых и порывистых движений. Необычайная живость её проявлялась и в её почерке: она писала так быстро, что не могла писать ясно, почерк её был неразборчивый, а сама она была крайне близорука.

Прибалтика

В свой приезд м. Мария побывала в Двинске (Даугавпилс) и Режице (Резекне), где встретилась с преподавателями и студентами Педагогического института и русской православной гимназии. Выступала мать Мария в Режице в большом актовом зале института и гимназии. От этой встречи остались фотографии.

Е.М. Рагозина вспоминает: «В актовом зале собрались педагоги, студенты и гимназисты. Мать Мария спросила, о чем бы мы хотели слышать. Почти все заявили: пожалуйста, расскажите о России». Это был не доклад, а беседа. По её желанию, задавали вопросы о положении в России, и мать Мария подробно отвечала. Было видно, что она хорошо осведомлена о жизни в Советском Союзе, хотя в наших вопросах и её ответах эти слова — «Советский Союз» — не упоминались, а только – Россия. Чувствовалось её любовное отношение к родине и забота о ней. Остановилась мать Мария в интернате института, и я была счастлива, что она отдыхала и спала на моей кровати. Мать Мария произвела на меня сильное впечатление. Очень подвижная, высокая, круглолицая, в очках, со здоровым румянцем на щеках, в апостольнике и рясе, она выглядела величественно».

Мать Мария не была сентиментальной характером, но поездка в Прибалтику, которая состоялась почти сразу после её пострига, была неким символическим знаком.

Ведь она покинула Ригу в младенчестве – Лизой Пиленко, а вернулась в родные места уже в монашеском облачении

В её миссионерской жизни Движение РСХД играло огромную роль. Здесь не стоит задача рассказать о возникновении этого Движения, об истории РСХД замечательно и полно описано в книге Б.В. Плюханова «РСХД в Латвии и Эстонии», где автор, активный «движенец», рассказывает об очень многих своих современниках. Борис Владимирович не увидел своей книги, она вышла в Парижском издательстве «YМСА-РRESS» через неделю после его смерти, в 1993 году.

Из книги Б.В. Плюханова: «Движение РСХД не является партией – ни политической, ни националистической, ни церковной. Оно есть нечто иное, более глубокое. Оно есть новое течение в духовной жизни русской молодежи, русское, православное направление мысли и жизни русской молодежи, как эмигрантской, так и той, которая родилась, выросла и живет в своих природных местах, в пределах вновь возникших на территории бывшей русской империи самостоятельных государств. И в той и в другой молодежи идет один и тот же духовный процесс… Сущность движения заключается, прежде всего, в перемене духа молодежи, в пробуждении любви ко Христу и Евангелию, в жажде чистой христианской жизни, в желании работать над собой, в чувстве святости и спасительности церкви, во внутреннем обращении души к Богу и Церкви» (стр.91).

Протоиерей Сергий Четвериков был духовным руководителем РСХД за рубежом. Пятый по счету (второй  Пюхтицкий летний съезд Движения) должен был пройти в июле 1932 года  в Прибалтике, в Пюхтицком женском Успенском монастыре. Обычно в съездах участвовало около 160 человек. Но экономический кризис невольно сократил не только количество участников, длительность самого мероприятия: вместо десяти дней оно продолжалось семь. На съезд не смогли прибыть некоторые секретари РСХД из Парижа, но приехали профессор В.В. Зеньковский, протоиерей Сергий Четвериков и монахиня Мария (Скобцова), которая участвовала в съезде РСХД в Прибалтике впервые:

«Я увидел монахиню на станции Иыхви, куда мы, группа латвийской молодежи, приехали для участия в съезде. Монахиня Мария приняла монашество незадолго до приезда в Пюхтицы. В то время к монашеской одежде она еще не привыкла. Да и сама одежда была необычная, мужская, доставшаяся ей после какого-то снявшего с себя сан и сбежавшего иеромонаха. Очень живая, жизнерадостная, с быстрыми порывистыми движениями, открытая, общительная — такой я увидел её, когда она вышла из поезда на станции Иевве. Она показалась мне несколько диковинной монахиней…», - так Б. Плюханов  описывал свою первую встречу с матерью Марией.

Во время этой поездки монахиня сумела посетить Финляндию, монастыри в Прибалтике 

О своих впечатлениях она позже рассказала в статье «К делу», опубликованной в журнале «Новый Град».

В статье она высказывала некоторые опасения относительно прибалтийских монастырей: старение монахов и монахинь, их вымирание, запрет новых пострижений на Валааме, запрещение поступлений в рижские монастыри не подданных страны.

Мать Мария писала:

«Несомненно здесь много личного благочестия, личного подвига, может быть даже личной святости; но как подлинные организмы, как некое целое, как некая стена нерушимая, они просто не существуют. Значение этих лимитрофных (приграничных) монастырей несомненно: они блюдут заветы, они берегут огромные клады прошлого быта, золотой ларец традиции и благолепия. Надо верить, что они доберегут, дохранят, достерегут. Они может быть, даже провиденциально попали в такие своеобразные, далекие от всякой современности условия, что хрупкое и нежное очарование их быта возможно, так и не будет подвергнуто никакому насилию, никакому соприкосновению с нашей страшной слишком быстрой и слишком напряженной жизнью».

В этой статье мать Мария рассуждает о той роли, которую по её мнению, должно нести современное монашество. По её словам «оно должно занять такое же органическое место в нашей жизни, какое принадлежало ему в отдаленные времена. Оно должно нести на своих плечах большие творческие задачи активного православия и организовывать около себя не только духовную, но и экономическую и бытовую жизнь людей».

Со слов Б. Плюханова, монахини Пюхтицкого монастыря, который посетила м. Мария в 30-е годы существовали как сельскохозяйственная, земледельческая трудовая община, а рижский женский монастырь опекал школу. Сестры монастыря составляли трудовую производственную общину и снабжали приходы епархии свечами, просфорами и овощами, одновременно ухаживая за пожилыми и немощными насельницами.

В Эстонии мать Мария с группой РСХД побывала и в Нарве, где они совершили поход к границе с СССР. Там из-под проволоки они нарвали цветов и накопали земли, которую мать Мария увезла в Париж.

Автор сайта матери Марии - К.И. Кривошеина http://mere-marie.com/

Если у Вас возник вопрос по материалу, то Вы можете задать его специальной рубрике Задать вопрос ФАС разберётся с бронью Далее в рубрике ФАС разберётся с броньюСервис Booking.com попал в опалу за «монополизацию» рынка отелей Читайте в рубрике «Общество» Интроверт и поиск работы: Миссия выполнима!Лайфхак: как выдержать собеседование, если не любишь общаться Интроверт и поиск работы: Миссия выполнима!

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Загрузка...
Расширяйте круг интересов!
Мы пишем об истории, обороне, науке и многом другом. Подписывайтесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»