Донбасс
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Донбасс
Русская планета
Донбасс

«Про журналистку Варфоломееву никогда не слышали»

Журналистское сообщество ЛНР убеждено, что украинская сторона намеренно раздувает миф о «мученице-журналистке»

Алексей Топоров
10 марта, 2016 12:00
8 мин

Мария Варфоломеева. Скриншот канала informator TV/youtube.com

Вслед за небезызвестной Надеждой Савченко в украинском медиапространстве совсем недавно появилось еще одно имя — «журналистка Мария Варфоломеева», хрупкая девушка, содержащаяся в нечеловеческих условиях «в плену у боевиков ЛНР». При этом пользователей укронета как-то не смущает, что ранее об этой журналистке никто никогда не слышал (прошла скудная информация, что она несколько раз делала любительские записи из охваченного Русской весной Луганска для украинских новостных порталов). При этом ее судьбой мгновенно озаботились и посол США на Украине Джеффри Пайетт, потребовавший освободить девушку, и сам президент Украины Петр Порошенко, который лично курировал процесс ее обмена.
Напомним, что Варфоломеева была арестована спецслужбами ЛНР за то, что фотографировала расположение республиканских войск. Позже следователи опознали в ней активистку луганского Евромайдана и поклонницу «Правого сектора», которая, не скрывая собственных взглядов, позировала с соответствующей символикой, выставляя эти фотографии в соцсетях. Впоследствии задержанная призналась, что выполняла задание Юрия Гукова — в прошлом луганского журналиста, работавшего под псевдонимом Асеев, с которым познакомилась в Харькове. С началом Русской весны этот человек отправился добровольцем в националистический батальон «Айдар». Кстати, немаловажная деталь: уже находясь в батальоне, Гуков был арестован за кражу оружия и оптического прицела, а также обвинялся в пытках раненого ополченца, после которых тот скончался. Хотя сам экс-журналист утверждает обратное — будто бы, напротив, боролся против того, чтобы в батальоне пытали пленных, за что и попал в немилость к командованию и был оклеветан. Впоследствии Гуков полтора месяца отсидел в Криворожском СИЗО, откуда был освобожден под поручительство.
Анатолий Шарий об освобождении Марии Варфоломеевой
«Этого человека я знал еще до войны, и именно он звонил мне по вопросу об освобождении Варфоломеевой, — рассказал "Русской планете" бывший пресс-секретарь главы и правительства ЛНР Владимир Иногородский. — Самое интересное, что его супруга Анна Гукова была человеком стопроцентно наших убеждений и пресс-секретарем Алексея Мозгового, расстрелянная вместе с ним, в одной машине. В свое время она отказалась покидать Алчевск вслед за мужем, но тому удалось выкрасть их старшую дочь, а два младших ребенка остались с матерью. Так вот, Гуков просил меня поспособствовать обмену его протеже, но я сказал, что это не в моей компетенции и после просто перестал отвечать на его звонки».
По словам Иногородского, показателем того, что ситуацию с Варфоломеевой раздули до неимоверных размеров, был следующий факт: украинская сторона обратилась к ЛНР с «особым списком» на обмен, в который входили крупные армейские чины, дети состоятельных родителей. Особенность этого обращения состояла в том, что этих людей просили отдать за деньги. Республика, естественно, ответила отказом, сообщив, что будет менять людей на общих основаниях — в обмен на военнопленных ЛНР. Что характерно, в этом списке была и Мария Варфоломеева.
«Никто о ней как о журналистке в Луганске никогда ничего не слышал, — говорит Иногородский. — Понятное дело, что любой работник СМИ всегда работает по аккредитации, у нее этого не было. Чем она занималась в нашем городе, почему, несмотря на свои убеждения, не осталась жить в том же Харькове? Утверждает, что ухаживала за престарелой бабушкой, но при чем здесь журналистика? Она не сотрудничала ни с одним изданием, работавшим в Луганске после победы Русской весны».
По мнению Владимира Иногородского, Варфоломеева интересна украинской пропаганде для создания очередного образа мученицы-узницы, в продолжение тренда, который был запущен и опробован на примере Юлии Тимошенко, а после доведен до абсолютно истерического маразма в случае с Надеждой Савченко. Аналогичных взглядов придерживается и главный редактор луганской газеты «XXI век» Юрий Юров.
«Я прекрасно понимаю, что такое журналистская солидарность, что представитель прессы во время военного конфликта должен по возможности помогать своим собратьям по цеху. Так было, когда в плен на нашей стороне попадали коллеги, придерживающиеся иных, чем мы, взглядов. Например, львовский журналист Юрий Лелявский или наш луганчанин Сергей Сакадынский — мы в свое время приложили все усилия для того, чтобы они были освобождены, и теперь они находятся на украинской территории и остались на прежних мировоззренческих позициях. Но какое отношение к этому имеет Варфоломеева, о которой как о журналисте и даже просто о блогере в Луганске никто никогда не слышал? Одно дело, когда ты выполняешь работу как представитель СМИ, другое — по заданию пусть когда-то журналиста, но теперь боевика батальона "Айдар", выполняешь разведывательную деятельность. За что и отвечаешь, но совсем не как журналист, а уже как диверсант», — рассуждает Юров.
В свою очередь, собкор российского агентства РИА ФАН в ЛНР луганчанка Анастасия Вальдамирова отметила, что при личном общении Варфоломеева не производила впечатления невинной жертвы, за которую она выдавала себя, находясь под следствием в ЛНР.
«Линия ее поведения была встроена по такому сценарию: знакомый попросил меня сфотографировать какие-то дома, я не знала, какие, и просто доверилась ему, меня использовали. Но при этом она всегда контролировала ситуацию. Когда, отправляясь на обмен, мы — журналисты — поинтересовались, применялось ли к ней физическое или психологическое насилие, она ответила, что не будет отвечать на этот вопрос. Она неизменно владела ситуацией, держала все под контролем, никогда не давала себя подловить на чем-то, — отмечает Вальдамирова. — Это довольно умный человек, знающий несколько языков — с представителями ОБСЕ она с легкостью общалась на французском, хотя именно в ЛНР перед объективами телекамер и на допросах она нередко изображала обманутую доверчивую дурочку. Во время же самой процедуры обмена она устроила настоящий спектакль. То есть по дороге до Счастья это был абсолютно здоровый, активный, нормально на все реагирующий человек, который нес несколько тяжелых сумок с вещами в руках… И вдруг, когда она стала переходить по мосту с нашей стороны на противоположную, она вдруг начала качаться, словно обессиленная, падать в обморок. Говорят, на той стороне ее встречал лично Юрий Гуков».
Луганский публицист, музыкант, общественник и корреспондент агентства «Новороссия» Тихон Гончаров все-таки считает Марию Варфоломееву жертвой.
«Да, она жертва. Эта русскоязычная девочка, воспитанная на Украине в русофобском духе. Одна из многих активных представителей молодого поколения, кого обманули сладкими сказками о евроинтеграции, возили за американские и европейские гранты на всякие тренинги и в различные тематические лагеря, в то время как с российской стороны ничего подобного не делалось. Конечно, никакая она не журналистка и никогда не была замечена как журналист, но при этом уже приглашена работать на ТСН — новостное агентство спонсируемого США украинского телеканала 1+1. Потому что украинскому обществу необходимо скармливать подобные мифы о девочках-мученицах, создавать образ врага, чтобы отвлечь его от того, что государство терпит полный крах во внутренней политике и вожделенная евроинтеграция оказалась банальным блефом».
Действительно, на данный момент Мария Варфоломеева исправно выполняет возложенную на нее роль, рассказывая украинским СМИ об ужасах плена. И, конечно же, продолжает заявлять о том, что она чуть ли не случайно снимала в военном Луганске то, не знаю что. Однако уже сейчас очевиден провал украинской пропаганды, попытавшейся превратить идейную наводчицу в мученицу сепаратистского режима — новой Савченко ей не стать. Не хватает харизмы. И в ближайшее время неудавшемуся символу украинского сопротивления, дабы доказать состоятельность своей легенды, предстоит новая трудность — овладеть хотя бы азами журналистского мастерства. 
темы
8 мин