Политика
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Политика
Политика

«Токсичный» Иран и украинский «Боинг»

Как Москва должна выстраивать отношения с Тегераном после его признания в ударе по самолету Украины
Александр Кочан
9 мин
Фото: Bb.lv
Признание Тегераном ответственности за катастрофу пассажирского самолёта Boeing 737-800 компании «Международные авиалинии Украины» (МАУ) вызвало в СМИ, в том числе российских, шквал критики. Легенда катастрофы, которую изложил Иран, свидетельствует о чрезвычайно низкой компетентности Корпуса стражей исламской революции (КСИР) и системы государственного управления страны в целом.
Напомним, в субботу, 11 января, иранские официальные лица заявили о том, что Boeing 737-800, взлетевший 8 января из аэропорта Тегерана, был сбит по ошибке зенитным ракетным комплексом (предположительно, «Тор-М1»). Признание появилось после публикации США спутниковых снимков и других доказательств вины системы ПВО исламской республики, которая подконтрольна КСИР.

Вероятно, в Иране взвесили все за и против, и решили, что признание ответственности за крушение «Боинга» — единственный возможный выход из ситуации. Промедление с признанием и первоначальное отрицание факта ракетной атаки Тегеран объяснил тем, что КСИР не передал соответствующую информацию гражданским структурам

Ранее версия об ударе Ирана по самолёту МАУ казалась абсурдной властям многих государств, экспертам, зарубежным и отечественным СМИ. Даже самые либеральные издания воздерживались от обвинений в адрес Ирана. Причина робости заключалась в том, что ошибка, которую допустил нажавший кнопку пуска оператор, была слишком нелепой и потому не укладывалась ни в какую логику.
Казалось бы, ни один профессиональный зенитчик не может перепутать пассажирский лайнер, вылетающий из аэропорта его страны, с вражеским объектом. Однако это действительно произошло, и без ненормативной лексики действия офицера КСИР описать невозможно.

Более того, власти Ирана умудрились запутаться в собственных признательных показаниях. Сначала они заявили, что оператор принял «Боинг» за американский самолёт, а потом поправились — речь всё-таки шла о крылатой ракете. Ошибку расчёта ЗРК власти республики объяснили «перенапряжением» из-за угроз США нанести удары по территории страны

Комментируя официальную легенду Тегерана, российский авиационный эксперт Вадим Лукашевич то ли в штуку, то ли всерьёз объяснил удар по украинскому самолёту строгими религиозными традициями исламской республики. По его мнению, личный состав ЗРК в момент полёта «Боинга» мог находиться на утреннем намазе, оставив «Тор-М1» работать в автоматическом режиме. Комплекс захватил цель, которая не ответила на запрос «свой-чужой», и сбил её.
Как бы то ни было на самом деле, череда лжи, ошибок и неточностей, которую допустил Иран, не может не свидетельствовать о серьёзном кризисе армии и государственности, который переживает исламская республика. Помимо вопиющей некомпетентности военных, налицо откровенное своеволие КСИР, который подчинён не президенту (то есть светскому руководителю), а рахбару — высшему правителю аятолле Али Хаменеи.
В инциденте с украинским «Боингом» КСИР, выполняющий функцию защиты религиозного строя и обороны государства, подставил как светское правительство, так и всю страну. Символично, что удар был нанесён, прежде всего, по собственным гражданам (их было подавляющее большинство) и этническим иранцам, обладавших зарубежными паспортами. Вечером 11 января на улицы Тегерана вышли сотни людей с требованием отставки Али Хаменеи.

Возможно, катастрофы можно было избежать, если КСИР был бы подчинён светскому правительству, априори менее радикальному и более подконтрольному гражданскому обществу. Сейчас невольно складывается впечатление, что иранские военные уделяют большее внимание молитвам и идеологическому просвещению, чем боевой подготовке

Удар по «Боингу» вызвал обоснованную волну критики в Иране и за рубежом. Эксперты и журналисты задаются вполне логичными вопросами: Как такое государство может обладать ядерным оружием? Не будет ли КСИР использовать его в террористических целях?
На этом фоне для России на повестке дня находится вопрос о выстраивании дальнейших политических и военно-технических отношений с Ираном. Тот факт, что «Боинг» был сбит из поставленного РФ комплекса «Тор-М1», объективно вредит репутации отечественных средств ПВО на зарубежном рынке. Тем более, что ранее в СМИ статус «ликвидатора» «Боинга» закрепился за «Буком».
Стоит обратить внимание, что в предыдущие годы Москва продала Тегерану несколько дивизионов ЗРК С-300, которые сейчас прикрывают стратегически важные объекты страны, в том числе и столицу республики. Достаточно интенсивные контакты в области ПВО между нашими странами осуществлялись с 1990-х годов. Точная номенклатура российского вооружения, переданного Ирану, неизвестна.
Также сегодня для Москвы крайне важно выстроить адекватные политические отношения с Ираном с учётом усиления санкционного давления на него. Западные ограничительные меры серьёзно ограничивают экономические возможности республики. Из года в год в стране падает уровень жизни, провоцируя массовые протесты.

Руководству РФ необходимо учитывать вероятность падения нынешнего теократического режима, установленного в 1979 году, под влиянием в первую очередь внутренних социально-экономических факторов, а не давления США

Иран — закрытая страна и, к сожалению, в нашем распоряжении нет достоверной статистики, описывающей ситуацию в республике. Имеющаяся в открытом доступе информация позволяет сделать вывод о том, что правительство не в состоянии обуздать падение ВВП, безработицу, сдержать рост цен на продукты, бензин, недвижимость.
Есть мнение, что руководство Ирана выживает лишь благодаря военной силе и перераспределению благ в пользу беднейших слоёв, одурманенных религией и антиамериканскими идеями. Образованная часть иранского общества настроена оппозиционно, симпатизируют Западу и светской идеологии.
Сложно сказать, насколько объективен этот взгляд. В любом случае проверить его достоверность нереально из-за отсутствия соответствующих социологических исследований. Тем не менее, факт высокой протестной активности на фоне кризиса экономики и государственности очевиден.

Масштабные митинги в Иране происходят регулярно и почти всегда перерастают в столкновения с полицией. Накал страстей в республике настолько большой, что только за ноябрь 2019 года в беспорядках погибли сотни полицейских и протестующих

Москве, безусловно, выгодно существование антиамериканского полюса силы на Ближнем Востоке в лице Ирана. Россия оказывает республике последовательную дипломатическую, военную и экономическую поддержку, опускаясь порой до слишком неадекватного оправдания политики Тегерана.
Нередко в наших СМИ и экспертных кругах можно встретить утверждения, что Иран является важнейшим партнёром и чуть ли не союзником РФ. Однако исламская республика достаточно ровно относится к России и даже позволяет себе выпады в адрес граждан и Вооружённых сил РФ.
Недавний пример — это задержание в октябре 2019 года журналистки Юлии Юзик по идеологическим причинам. Кроме того, Тегеран раздражает вклад Москвы в разгром террористических и оппозиционных Башару Асаду формирований в Сирии, который учинили наши ВКС. До прихода россиян в САР Иран несколько лет безуспешно воевал на земле, потеряв тысячи своих бойцов.

О ревностном отношении Тегерана к операции российских ВКС свидетельствует инцидент вокруг вопроса использования иранского аэродрома Хамадан. В середине августа 2016 года власти республики позволили использовать авиабазу как аэродром подскока для бомбардировщиков Ту-22М3 и Су-34

В России эта новость была встречена с нескрываемым восторгом. Особо подчёркивалось, что отечественная авиация — это первые иностранные войска на территории Ирана за почти 40 лет существования исламской республики.
20 августа тогдашний министр обороны Ирана Хосейн Дехган заявил, что Москва может использовать Хамадан так долго, как сочтёт нужным. В то же время он обвинил РФ в «хвастовстве и неджентльменском поведении».
В отечественных СМИ можно встретить разные трактовки перевода слов Дехгана. Если верить наиболее негативной их них, то из неё следует, что министр обороны позволил себе откровенную издёвку в адрес России: дескать, русские могут присутствовать, сколько хотят, но мы их не ждём. Больше отечественные ВКС в Иране не появлялись. Москва высказывание Дехгана проигнорировала, но наверняка сделала вывод из этого неприятного инцидента.
Ситуация вокруг крушения «Боинга» также должна насторожить Москву. Нет гарантий того, что Иран наведёт порядок в системе ПВО (а что если Тегеран сбил бы российский борт?), так как КСИР не подконтролен светскому руководству, а рахбар не будет публично отчитываться перед кем-либо. В целом сотрудничество с исламской республикой становится всё более токсичным. Эту тенденцию Москва должна учитывать, перед попыткой в очередной раз оправдать Тегеран.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
9 мин