По состоянию на 11 июля 10:35
Заболевших720 547
За последние сутки6 611
Выздоровело 497 446
Умерло11 205
Фото
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Лента главных новостей
Русская планета
Фото

Я не погиб в горящем Белом доме

Защитники Белого дома осенью 1993 года в репортаже фотографа Сергея Карпова и корреспондента Сергея Простакова
6 октября, 2014 09:20
15 мин
Победивших путчистов и мятежников история не знает — в противном случае они называются иначе: борцы за свободу, революционеры, спасители Отечества. 21 год назад силы российских телевизионных пропагандистов были брошены на поддержку всего одной стороны затянувшегося конституционного кризиса — президента Бориса Ельцина и его команды. Оппоненты исполнительной власти, объединившиеся вокруг Верховного Совета, получили от поддерживавших Кремль журналистов и публицистов уничижительные определения — «красно-коричневые» и «коммунофашисты».
Когда вечером 21 сентября 1993 года Ельцин официально объявил по телевидению о роспуске Верховного Совета, депутаты и граждане, выступившие против президентского решения, оказались отрезанными от источников массовой информации. Их точка зрения оказалась не представленной ни на телевидении, ни на страницах общенациональных газет. Существовала только одна передача на петербургском телевидении, представлявшая позицию осажденного Дома Советов, — «600 секунд» Александра Невзорова. Попытка защитников Дома Советов вечером 3 октября 1993 года добиться телевизионного эфира закончилась расстрелом демонстрации на улице Академика Королева. После победы президентской стороны в локальной гражданской войне на улицах Москвы, жертвами которой стали около 150 человек, о ней постарались забыть.
«Русская планета» дала слово рядовым участникам защиты Дома Советов и конституции осенью 1993 года, узнав у них, почему 21 год назад они были готовы отстаивать свои идеалы, рискуя быть убитыми или посаженными в тюрьму.
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Петр Алексеевич, 67 лет. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Во время защиты Белого дома я с товарищами занимался в основном обеспечением быта. Было очень холодно, а вода, отопление и электричество по приказу Ельцина были отключены. К Останкино мы подъехали вечером 3 октября с требованием предоставить эфир. Наши руководители вели переговоры. А стрельба началась сразу, как только стемнело. Стреляли с двух сторон, поэтому мы оказались в огненном кольце. Жалко, конечно, людей. Все потому, что Ельцин на компромиссы идти не хотел — он просто хотел как можно быстрее закончить это противостояние в свою пользу».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Сергей Волков, 57 лет. Осенью 1993 года был командиром взвода Горбатого моста.
«Я всегда знал, что советская власть — это справедливая власть, которая должна править во всем мире. Поэтому я вышел защищать ее, будучи военным. После 4 октября меня допрашивали всего один раз, но это быстро закончилось. Я дослужил в ракетных войсках до 2003 года».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Нелли Павлова, 79 лет. Осенью 1993 года готовила еду для защитников Дома Советов.
«Прежде всего, я защищала советскую власть. У Дома Советов находилась с 21 сентября по 4 октября 1993 года. Я по профессии учитель. В ноябре мне будет 80 лет, но от своих идеалов я и поныне не отказалась».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Алексей Меркулов, 40 лет. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Мы с моей супругой Ириной вышли к Дому Советов осенью 1993 года прежде всего потому, что политические проблемы решались не теми методами. В нашей стране тогда только учились договариваться, но решили сразу начать с танков. Этого делать не стоило. Нужно было разбираться, какая сторона более правая, но не стрелять. Нас там была компания из 20 человек, которую называли "детьми Верховного Совета". Мы очень хотели помочь цивилизованно строить страну, потому что и до этого очень много крови было. И нужно было учиться договариваться, и нам тогда в 20 лет, казалось, что без нас к этому никто не дойдет. А после 4 октября пришлось на полгода уехать в Харьков, так как в России нас объявили в розыск».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Ирина Меркулова, 40 лет. Осенью 1993 года была защитницей Дома Советов.
«Мы тогда прежде всего защищали конституцию, не хотели, чтобы по воле одного человека попирались права и свободы. Выражение про "детей Верховного Совета" пошло из репортажей Вероники Куцылло, где она описывала нашу группу. Альфовцы, которые нас 4 октября из здания выводили, удивлялись тому, какие мы дети. Нас тогда спас депутат Сергей Бабурин, дал первыми выйти из Белого дома».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Евгений Доровин, 65 лет. Осенью 1993 года был секретарем Московского горкома КПРФ.
«Я коммунист и всегда отстаивал советскую власть. Роспуск Верховного Совета был незаконен, поэтому мы защищали законность. У меня также было поручение от партийного руководства возглавить кое-какие элементы обороны Дома Советов. После 4 октября 1993 года я стал и продолжаю быть председателем "Комитета памяти жертв трагических событий в сентябре-октябре 1993 года в Москве". Мемориал на Дружинниковской улице находится в нашем ведомстве. За прошедшие годы ни Лужков, ни Собянин не предпринимали попыток к его демонтажу. Об этом только говорили околодемократические круги, близкие к мэрии. Но официальный памятник установить не удается, хотя у нас уже готов макет. Этой проблемой я занимался восемь лет, но власть этого не хочет, так как придется признавать собственное преступное деяние».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Ольга, 67 лет. Осенью 1993 года готовила еду для защитников Дома Советов.
«Ну, какое мое участие? Я просто готовила еду, разносила ее по баррикадам находившимся там защитникам».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Михаил Ковальков, 72 года. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Я скажу вам открыто, хлопцы: Бог тогда нам немного не помог. Когда мы подъехали к Останкино, у нас было только желание переговорить и выйти в эфир. У нас всего 18 автоматов было, а по нам начали стрелять. Это был не штурм, а расстрел — вся толпа у них была как на ладони на улице Академика Королева».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Валентина Павловна, 76 лет. Осенью 1993 года готовила еду для защитников Дома Советов.
«Во время осады в Доме Советов было очень холодно. Почти неделю без перерыва шли дожди. Все вокруг простыли. А здании самом была отключена вода и отопление. Нам приходилось по мере возможностей помогать лечить людей. Совет Федерации настоял, чтобы воду в здание подали. Это случилось в субботу 2 октября. Нас помыли перед тем, как начали расстреливать».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Дмитрий, 41 год. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«У Белого дома я защищал Россию. Я был в отряде РНЕ (Русское национальное единство. — РП) Александра Баркашова. Мне не было страшно, потому что я там стоял за великую и неделимую Россию, за наше русское дело. Умереть за Россию — это честь. Находился в здании Белого дома до 4 октября. Потом пришлось находиться в бегах 2,5 года».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Валентина Павловна, 68 лет. Осенью 1993 года готовила еду для защитников Дома Советов.
«Я была поварихой. Мы готовили еду на костре для военных и занимались агитацией среди солдат. То, как себя повел Ельцин, было неприемлемо. Я всегда считала, что женщинам не место на баррикадах, но у меня сердце не выдержало после такого. Набрала огромную сумку продуктов и сказала, что утром вернусь. А в ту ночь Белый дом взяли в осаду».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Валентин Федорович, 87 лет. Осенью 1993 года был депутатом от Черемушкинского райсовета.
«Я был в составе командования дружины, состоявшей из рабочих завода ЗИЛ. В нее входили около 360 человек. В течение нескольких лет во время митингов и демонстраций мы готовились дать отпор ОМОНу в случае его нападения на митингующих. И полученные навыки мы использовали утром 3 октября, когда прорывали милицейское оцепление на Октябрьской площади. Ну, а на следующий день нам пришлось уже уходить из Белого дома. Меня так и не нашли».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Марат Хайбулин, 75 лет. Осенью 1993 года добровольно оказывал медицинскую помощь у Останкино.
«Вечером 3 октября я со своим сыном Станиславом отправился к Останкино, чтобы оказать медицинскую помощь пострадавшим от расстрела. Когда мы туда пришли, он еще продолжался. В моего сына попало 4 пули — две в затылок, а две — в шею. Ему было 24 года. У него осталась беременная жена. Он знал, что у него родится дочь, но ее так и не увидел. Дочка родится через два месяца после его гибели. Ее назовут Катя. В меня самого попали три пули. Две из них извлекли, а одна так и осталась. Чтобы ее извлечь, нужно было вырезать мышцу, и тогда я бы хромал. Помог мне в этом один знакомый военный врач — официально тогда с пулевым ранением в больницу обратиться было нельзя. Сам я учитель, директор школы. Мой непрерывный педагогический стаж составляет 57 лет».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Алла Павловна, 76 лет. Осенью 1993 года готовила еду для защитников Дома Советов.
«К Белому дому я пришла с мамой через несколько дней после того, как Ельцин подписал указ о роспуске Верховного Совета. Одну меня мама не отпустила, поэтому пошла со мной. Все наши друзья туда ходили, а мы нет. Было просто интересно, ну, и мы знали, что там стоим там за Родину. В основном мы занимались едой для тех, кто был на баррикадах и защищал подъезды. Вокруг стояла дивизия Дзержинского. Моя мама подходила и спрашивала: "Солдат, ты будешь стрелять в бабку?". А он отвечал: "Нет, бабушка, не буду!"».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Сергей, 37 лет. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Я не знаю, что меня заставило выйти к Белому дому. Молодой был. Но сейчас ни о чем не жалею, хотя и не надо мне было живым оставаться. Должен был остаться с теми ребятами, которые на Дружинниковской висят (на мемориале в Москве, посвященном событиям 1993 года, висят фото погибших. — РП). Когда все поехали в Останкино, то меня в Белом доме оставили. Сказали, что слишком мелкий».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Виктор Васильев, 63 года. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Я вышел к Белому дому, потому что был не согласен с экономической политикой Ельцина и его правительства, которые шли на поводу у Америки. Они специально уничтожали наш потенциал — с этим я был не согласен. Поэтому, когда вечером 21 сентября 1993 года, я услышал от Ельцина о роспуске Верховного Совета и призыв соблюдать законность, я отправился ее защищать к Белому дому. Но 4 октября я там не был. Меня разбудили дети: "Папа, папа, а почему по такому красивому дому из пушек стреляют?". Штурм я наблюдал уже со стороны».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Юрий Османолив, 54 года. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Еще до октября 1993 года я участвовал в митингах, учился противостоять милиции. Я был бывший военный, а присягу давал Советскому Союзу, поэтому осенью 1993 года защищал его остаток — Верховный Совет. С оружием в руках я противостоял тем, кто предал свою присягу. За это пришлось сидеть до февральской амнистии в 1994 году».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Сергей Борисович, 57 лет. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Я был и остаюсь гражданином Советского Союза. Поэтому в 1993 году, я защищал свою родину. Во время защиты Дома Советов я дежурил в подъездах и у костров — охранял огонь. Но в полк имени Верховного Совета не вступал. Еще я распространял официальную информацию в транспорте, так как Верховный Совет был отрезан от всего мира. Но оружие в руках мне держать не довелось».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Владимир Александрович, 57 лет. Осенью 1993 года командующий обороной Дома Советов у гостиницы «Мир».
«Я потомок одного из декабристов, который вышел на Сенатскую площадь. Мой дед был одним из участников Октябрьской революции. Мой отец воевал с фашистами. Да и сам я всегда был активистом: поздно вступал в комсомол, поздно вступал в партию. Когда Ельцин издал указ № 1400, то я считал своим долгом защищать советскую власть. К Белому дому я пришел в форме майора советской армии, поэтому меня сразу отрядили командовать участком обороны у гостиницы "Мир". 4 октября в 15 часов я понял, что, видимо, мы проиграли, и я ушел».
Фото: Сергей Карпов / «Русская планета». Павел Пряников, 42 года. Осенью 1993 года был защитником Дома Советов.
«Осенью 1993 года я вышел к Белому дому, чтобы защищать демократию и демократический путь развития страны, которому мешала диктатура, как воспринимался тогда ельцинский режим. Я был 21-летним студентом, состоял в небольшой группе левых активистов из шести-восьми человек. 3 октября мы пришли на Октябрьскую площадь к Анпилову. Тогда было важное разделение — к кому ты приходишь: к Анпилову или Константинову. В ночь на 4 октября уже дошли первые новости о расстреле демонстрации у Останкино. Стало известно, что у Моссовета собираются по призыву Гайдара люди, которым раздавали оружие. И даже если бы не вмешалась армия, то боевики Гайдара были готовы расстреливать защитников Дома Советов. Ночью накануне штурма Дома Советов мы его покинули».
темы
15 мин