Михаил Шолохов. Нобелевский лауреат и грузчик с Ярославки
6 мин чтения
Михаил Шолохов. Нобелевский лауреат и грузчик с Ярославки

Кем на деле был автор величайшего литературного творения ХХ века?

Поэтапная публикация прославившего Михаила Шолохова на весь мир романа «Тихий Дон» началась в журнале «Октябрь» в январе 1928 года. А спустя полгода роман вышел отдельной книгой, тираж которой составлял рекордные на тот момент 50 тыс. экземпляров. Подключилась легендарная «Роман-газета». И тираж «Тихого Дона» достиг 200 тысяч.

Доселе такое было только у Максима Горького, считавшегося «автором-стотысячником», имевшим непререкаемый авторитет. А Шолохов… Что за мальчишка, выскочивший неизвестно откуда, как чёртик из табакерки?

Такого больше никогда не было в истории русской и советской литературы ХХ столетия. Более того, за всю историю русской литературы всех веков, ничьё авторство не оспаривалось настолько рьяно, как авторство Михаила Шолохова. 

Сочинение 22-летнего мальчика-нахалёнка ­— сына дочки крепостного Насти Черниковой и разночинца Александра Шолохова — покорило сердца и тех, кто с криками «Ура!» брал Зимний, и тех, кто тосковал по Родине в роли белоэмигрантов, успевших на последний пароход в Турцию.

Как попала в руки этих «беляков» книга Шолохова в 20-е годы? Очень просто. До того момента, когда по приказу Муссолини книги Шолохова запылали в кострах Рима, а затем и в кострах Берлина, «Тихий Дон» была издан практически во всём мире. Триумф сопутствовал книге даже в Токио, где певца казачьей жизни поняли и оценили талант.  

Грандиозный успех был омрачён неприятным скандалом, динамика которого была прямо пропорциональна росту популярности этой великой истории о казачьей жизни.

Слухи о том, что роман написал вовсе не 22-летний Миша Шолохов, настигают автора после уже после публикации первых двух частей произведения.

Над «гениальным юношей» начали сгущаться тучи. И, надо сказать, в пользу версии о том, что «Тихий Дон» написан не Шолоховым, уже тогда, в 20-е, говорил один красноречивый факт:

Сам Иосиф Виссарионович настоятельно просил, прочитав первые два тома, чтобы в финале главный герой Григорий Мелехов стал пылким, истинным красноармейцем. Этого не случается. Мелихов, согласно «букве романа», разочаровывается в Красной Армии, остаётся на перепутье. Стало быть, автор идёт поперёк воли вождя народов, понимая, чем это может для него обернуться?

Воистину — нахалёнок!

Либо у 23-летнего паренька хватило мужества дописать роман до конца и сохранить его под огромным прессингом непредвзятым, честным, таким, чтобы его читали с восхищением и белые, и красные. Либо финал не мог быть переписан по «технической причине».

По причине отсутствия настоящего автора?

Существовал ли этот подстрочник казачьего писателя Фёдора Дмитриевича Крюкова, родившегося в 1870 году, окончившего Петербургский историко-филологический факультет, и… павшего на полях сражений в 1920-м?

Недаром ведь люди, знавшие Крюкова лично, говорили, что он ушёл, пережив многое и… унеся в могилу «Войну и мир» ХХ века.

Слухи о том, что побывавший на войне Шолохов извлёк страницы романа из сумки погибшего белого офицера, тиражировались «коллегами по цеху» с клиническим упорством.

И жизнь молодого автора, уже один раз по счастливой случайности отошедшего в сторонку от расстрельной стены за мгновение до команды «Пли!», превращается в сущий кошмар. В своих письмах жене Марии, он жалуется на то, что коллеги по цеху… передают материалы прокурору.

«Как далеко распространилась эта клевета против меня!.. Об этом знает не только Москва, но и вся провинция, а позавчера сам товарищ Сталин спрашивал об этом…».

Повод для остервенелой травли у коллег-писателей был отменный. Ведь тиражи выскочки-Шолохова — это его баснословные гонорары.

Разве можно было позволить сопляку получать те деньги, которые мало кто из писательской братии, за исключением отдыхавшего на Капри Горького, держал в руках?

Да и — чего греха таить? — биография талантливого Миши Шолохова, пусть даже и видевшего воочию казацкую жизнь, и понюхавшего пороху, не выдаёт в нём — ну хоть убей! — человека, который мог написать произведение «Тихий Дон» — книгу мирового масштаба. 

Судите сами! Кто был Шолохов?

Недоучка. Пулемётчик. Революционный продовольственный комиссар. Однако, справедливости ради, отметим — комиссар душевный, благородно уменьшавший размер революционного сбора с голодающих людей, за что и был приговорён трибуналом к смертной казни.

Тогда несовершеннолетнего пацанёнка не стали расстреливать, пожалели в последний момент. И вот — здравствуйте, приехали! — в 1923 году он объявился в Москве. Молоденький, 18-летний. В пулемётчиках и продовольственных комиссарах Первопрестольная, худо-бедно налаживавшая мирную жизнь, более не нуждалась.

А вот грузчики на Ярославке были нужны. Как и каменщики, мостильщики, чернорабочие. Миша попробовал все эти профессии, получив за вполне себе пролетарские, а не писательские, труды комнатушку во втором доме Георгиевского переулка, у Тверской.

В этой комнатке он и кропал свои фельетоны для юношеских газет и журналов, пока не случился в его жизни… «Тихий Дон», первый том которого, якобы, юный автор дописал до точки в 22 года. Второй – в 24… И понеслось.  

«А что же Гоголь? Как же Пушкин, Лермонтов?» — вопиют сторонники авторства Шолохова. И выглядят откровенно глупо. Да. Все они были «ранними гениями». Так давайте уж вспомним про Моцарта, начавшего блестящую сочинительскую карьеру в 4 года?

Но не кривите душой, не будем сравнивать «господ дворян» (с их безупречным образованием XIX века) и паренька-нахалёнка, который окончил 3-4 класса школы и, якобы, был поцелован Господом в перерывах между разгрузкой чемоданов на Ярославском вокзале.  

Как осмелился он принести в издательство после ряда вполне талантливых (да просто отличных!) рассказов такую литературную глыбу, как «Тихий Дон» — рукопись, воспевавшую жизнь казачества, противопоставившего себя, как известно, власти Советов?

Это поступок либо сумасшедшего, либо «литературного камикадзе», беззаветно влюблённого в родные станицы, и решающегося на последний «боевой вылет» с почти гарантированным «эффектом» — окончить жизнь в застенках НКВД.

А действительно: почему Шолохов не был арестован, расстрелян, как многие другие талантливые писатели, поэты, драматурги, актёры, режиссёры, которых безжалостно сжили со свету по одному лишь подозрению в симпатиях к буржуазному миру?

Ведь сотрудники НКВД, в частности, Ефим Георгиевич Евдокимов, отчаянно требовали у товарища Сталина права на арест молодого автора за контрреволюционные связи.

Правда, товарищ Евдокимов, впоследствии сам упокоился на расстрельном полигоне «Коммунарка». Но за годы до этого товарищ Сталин в ответ на просьбу об аресте Шолохова лишь досадливо попенял ему на то, что доблестный чекист ни черта не смыслит ни в жизни, ни в литературе.

Что же имел в виду Вождь Народов? Раздражение Иосифа Виссарионовича понять можно.

Сталину был выгоден «Тихий Дон»

Во-первых, произведение было «предъявлено» молодым и талантливым «пролетарием». Ну, разве не отличный повод засвидетельствовать всему миру, что человек из низов, бывший грузчик с Ярославки, юный боец Гражданской войны, пролетарий, может забить баки, к примеру, графу Толстому? Не поэтому ли, всё-таки, «дали дописать»?

В 1929 году специально собранная комиссия, которую номинально возглавляла Мария Ильинична Ульянова (да-да, сестра Ленина), а фактически — упросивший её помочь симпатизировавший «выскочке» писатель Александр Серафимович, приходит к однозначному выводу:

«Автором «Тихого Дона» является именно Михаил Шолохов!»

— Тем же, кто не верит, мы готовы показать пролетарский кулак! — в духе Булгаковского Берлиоза отпишут в газете «Правда» РАПП-овцы.

И, главное! Шолохов в ходе личной встречи со Сталиным в июле 1931 года сумел убедить его в том, что роман отражает злодеяния троцкистов. Якобы те — в противовес директивам Ленина о союзе с крестьянами-середняками! — устроили произвол и обрушили на них массовые репрессии, спровоцировав казачий бунт против советской власти.

Отец Народов, проникшись антитроцкистской направленностью шедевра, немедленно даёт распоряжение:

— Не трогать Шолохова.

Благодарный автор через год выдаёт первый том «Поднятой целины». А дальше? Перерыв между произведениями Михаила Александровича настолько колоссальный, растягивающийся на десятилетия, что — волей-неволей! — начинаешь думать: даже если Шолохова бы не было, его стоило бы придумать. Вот такого…

Обаятельно простого, каким мы видели его в немногочисленных интервью, с объяснениями, как ему удалось написать «Тихий Дон» в слегка наивном и простодушном стиле: «Я видел это своими глазами… наблюдал».

А ещё с добрыми советскими закидонами. Например, с демонстративным отказом поклониться королю Густаву Адольфу VI в момент вручения Нобелевской премии. Как станет известно позже — хотели разделить эту премию между Шолоховым и Ахматовой, но «что-то помешало». 

Что удивительно? Попытки упрекнуть Шолохова в плагиате, будут продолжаться на протяжении всей его жизни. Сторонники версии о том, что «Тихий Дон» писан не Шолоховым, а кем-то другим, будут настойчиво требовать предъявления отправленной в журнал рукописи, которая… «куда-то подевалась».

И на протяжении всей его жизни многочисленные комиссии будут их отбивать, придумывая всё новые и новые причины, позволяющие «сохранить лицо». Чьё? Если бы Шолохова. Проект союзного значения «Михаил Александрович Шолохов» заменил нам в своё время культ почившего в Горках эмигранта Максима Горького.

Шолохов — это «наше всё». Ему одному было разрешено приходить в Сбербанк и брать любые суммы на любые нужды. Но пользовался этим «финансовым карт-бланшем» писатель очень аккуратно и редко. Если только нужно было отстроить заново обветшалую школу для донской ребятни.

Где же, всё-таки, рукопись «Тихого Дона»?

Сгорев в пламени военного лихолетья, как сообщалось населению изначально, она должна была возникнуть однажды. Ведь рукописи не горят. И… возникла на стыке эпох.

В 1999 году, в семье Кудашовых, одному из членов которой, своему другу, Михаил Александрович, якобы, доверил в середине 20-х бесценные листки, опасаясь ареста на пике остервенелой травли. Рукопись, вроде как, планировали продать на Запад, но… один добрый человек и перспективный политик, председательствовавший в то время в нашем правительстве, распорядился выделить деньги ($50 тысяч) и выкупить бесценный манускрипт.

Угадайте, как его звали? Вопрос риторический.

Вот только… рукопись оказалась с редакторскими поправками, которые корректор делал, готовя журнальный вариант произведения к варианту книжному. И как у Михаила Александровича в его изначальной рукописи произведения могли оказаться редакторские правки? Знал один он. Но писатель, назначенный великим самой эпохой, ушёл из жизни в 1984 году.  Впрочем, сам он относился к обвинениям в плагиате с юморком.

Еще в 1939 году, во время своего выступления на Съезде народных депутатов, Шолохов произнёс:

— В частях Красной армии, под её овеянными славой красными знамёнами, мы будем бить врага. И смею вас уверить, товарищи делегаты съезда, что полевых сумок мы бросать не будем. Чужие сумки соберём! Потому что в нашем литературном хозяйстве содержимое этих сумок впоследствии может пригодиться.

Такая история! 

Если у Вас возник вопрос по материалу, то Вы можете задать его специальной рубрике Задать вопрос 24 мая - День славянской письменности Далее в рубрике 24 мая - День славянской письменностиРусский язык богослужения как идеологическое направление Читайте в рубрике «Общество» «Русская планета» проникла в военно-морские глубины РФФоторепортаж из музея «Подводная лодка» . Видео «Русская планета» проникла в военно-морские глубины РФ

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Загрузка...
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте статьи экспертов
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»