По состоянию на 1 июня 10:35
Заболевших414 878
За последние сутки9 035
Выздоровело175 877
Умерло4 855
Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Лента главных новостей
Русская планета
Общество

«Сейчас у нас “рулят” не хабаровские школы, а Чегдомын и Новый Ургал»

Зачем в Хабаровском крае переучивают молодых школьных педагогов
Евгения Кульгина
18 декабря, 2015 16:24
8 мин
– Те, кто пользуется майл.ру — налево, «яндексы» — сюда, «гуглы» — здесь.
Подопечные доцента Любови Беляевой, молодые преподаватели Хабаровского края учатся создавать «информационный продукт» с использованием возможностей интернета, чтобы рассказать программу урока детям с его помощью. Это одно из занятий в рамках трехдневного семинара для молодых педагогов, организованного Хабаровским краевым институтом развития образования. Его устроители рассказали «Русской планете», почему в нынешней школе преподавать сложнее, чем еще несколько лет назад, и как совместить «продвинутое» обучение с государственной политикой в отношении школ.
– Мы проводим всевозможные опросы, диагностику, мониторинг. Выясняется, что элементарные вещи «страдают». Навыков дисциплины в классе нет — а как без этого вести урок? — комментирует РП Ирина Хачко, старший методист отдела экспертизы деятельности работников образования Хабаровского края в институте. — Среди проблем у молодых специалистов — очень большой объем всевозможной документации, которую нужно оформить: рабочую программу напиши, журнал заполни. Раньше было лишь календарно-тематическое планирование, где у тебя тема, количество часов и то, чему ребенка научили. А сейчас же они составляют рабочую программу, сами ее разрабатывают. Здесь вопрос: могут ли они это сделать? Надо помочь. Я не знаю, учат этому в институте или нет.
По итогам наших опросов молодых специалистов выясняется, что теорию они знают, а вот с практикой проблемы, — продолжает Хачко. — Вот я пришла, вот журнал передо мной. Как его заполнять? Научите. А всевозможные письма-приказы — как с этим работать? Еще вопрос: в классе по нормам 25 детей, среди них могут быть два-три ребенка седьмого или восьмого вида обучения — то есть те, кто испытывает трудности в получении образования и не может освоить программу. Ему нужен индивидуальный подход. Это жизненные обстоятельства современного учителя.
Не всегда есть возможность этого ребенка индивидуально обучать. Не всегда его мама или папа согласятся пройти медико-педагогическую комиссию — не хотят, чтобы его признали учеником того вида. Учитель это понимает, родители ничего не делают, перевести его в отдельный класс коррекции никто не может.
Или другой пример: в первый день семинара мы их (молодых педагогов) познакомили с профессиональными стандартами. Для учителя стандарт выпустили в 2013 году, для педагога дополнительного образования — в 2015-м.
– А школы до них эту информацию не доводят?
– Мы пришли именно к такому выводу. Провели опрос, попросили поднять руки тех, кто с ним знаком. Поднял руку один человек из сорока. Спросили, кто слышал об этом документе — примерно половина аудитории руки подняли.
А это же государственная политика, государственный заказ. На семинаре мы их знакомили с этим документом в форме деловой игры — надеемся, первый шажок сделали.
– Какие общие черты вы могли бы выделить в этом новом поколении педагогов?
– У них глаза горят, они хотят меняться, что-то изменить на конкретном своем уроке. Они не просто отсиживают, «отбывают» — они работают в школе и уходить оттуда не собираются, да и мы все для этого сделаем.
Кстати, у нас сейчас очень много молодых педагогов, которые внешне и по возрасту немолоды, но они отработали где-то еще и возвращаются в школу. Почему? Может быть, из-за экономики, из-за сокращений. Сейчас говорят, что зарплата учителя вроде на самом деле стабильная и достойная.
– Какими качествами и навыками должен обладать молодой педагог сегодня?
– Поколение детей, которое мы сейчас учим, имеет «клиповое» мышление — то есть они воспринимают информацию в движении и в больших объемах. Учитель должен уметь использовать все: в частности технику, информационное поле, чтобы дать ребенку разные точки зрения.
– А сейчас, учитывая новости про «единые учебники», можно сказать, что ребенку в школе дают разные точки зрения?
– Не знаю, как кто, но когда я работала (преподавателем истории и обществознания — Примеч. РП.), я давала, я не была таким авторитарным учителем — что, мол, только коммунисты правы или только эсеры.
***
По мнению коллеги Ирины Хачко Любови Беляевой, доцента кафедры теории и методики обучения в Хабаровском краевом институте развития образования, нынешние тренды в государственной образовательной политике свободу учителей не ограничивают, а вот за современными технологиями порой не могут угнаться даже молодые педагоги.
Фото: Евгений Кармаев / ТАСС
Фото: Евгений Кармаев / ТАСС
– Требование времени — федерального государственного образовательного стандарта — хорошо тем, что в нем, кроме требований к результату, есть требования к условиям. Есть школы, в которых условия для реализации этих образовательных стандартов уже созданы. Иногда возникают проблемы в том, что такие возможности есть, но люди не умеют ими пользоваться. Дело тут не только в возрасте — есть очень активные представители более старшего поколения, а есть молодежь, которая некоторые вещи совершенно не понимает. Почему? Потому что у них картинка в голове только такая, какую дали в школе, а в институте они ничего не взяли. И вот этот отпечаток из головы выбить очень сложно.
Наш президент, говоря о повышении квалификации учителей, приводил такой пример: в Южной Корее опытных пилотов не пересаживают на новые «боинги», обучают новых сотрудников. Почему? Потому что в экстремальных ситуациях для учителя — когда он закрыл дверь и остался в классе один — он начинает хвататься за те «рычаги», пользоваться которыми уже когда-то научился. Поэтому основной способ — это обновление кадров, а не повышение квалификации. И когда мы собираем молодых педагогов, мы стараемся им показывать новые технологии.
– Но здесь у вас есть возможность использовать эти технологии, а вот вернется преподаватель в свой, скажем, Николаевский район, и тогда что?
– Вы не представляете, какой в Николаевском районе медиацентр. В районах края все это есть. Сейчас у нас не Хабаровск, а Чегдомын и Новый Ургал «рулят»: в блогах, в сервисах создают такие вещи в сфере «перевернутого» обучения — это просто невероятно.
– А как у нас сейчас сочетаются эти западные компьютерные технологии с одной стороны и образовательные стандарты, единые учебники и политический курс на дистанцирование страны от Запада с другой?
– Инновационную экономику без фундаментальных знаний не построишь. То есть остается классика предмета, классика содержания, дальше — остальное. Россия сейчас зависла между двумя берегами, мы выбираем такую линию, чтобы хорошо было и тем, и другим, рационально соотнося эти вещи.
Сегодня все прекрасно понимают (даже Путин в своем послании первым делом говорил об этом), что дети, образование — это «передний фронт». Мы — единственная страна в мире, которая заявила о переходе на электронный учебник. С точки зрения единости, если он будет один — почему нет? А дальше вы можете пользоваться другими ресурсами. Формат единого учебника есть, но это не отменяет многообразия и вариативности.
– То есть тот же общий учебник истории, на ваш взгляд, не ограничивает возможности и творческую свободу учителя и ученика?
– Конечно, нет. Возьмите один электронный учебник, а дальше пользуйтесь любыми материалами. Это вариативность в единой системе. Точно так же сегодня нужно рассматривать новую концепцию — единую сеть национальных библиотек. Это своего рода «централизация» знаний. Я не думаю, что в этом есть опасность.
У нас, наоборот, такие законы — начиная с закона об образовании, — которые как раз гарантируют свободу и вариативность, даже «децентрализацию власти», то есть вы свободны в выборе учебников и программы. Но только должна быть осознанная ответственность за эту свободу.
темы
8 мин