Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Общество
Русская планета
Фото: Екатерина Ландина / «Русская планета»

«Волгоградские характеры вдохновляют меня на творчество»

Игорь Растеряев — о деревенском детстве, новой книге, предпочтениях в искусстве, вдохновении и творчестве
Екатерина Ландина
14 июня, 2016 19:31
7 мин
Роман с гармошкой простого парня Игоря Растеряева, начавшись шесть лет назад в селе под Волгоградом, продолжает лихо развиваться. Несмотря на внешний аскетизм концертов и минимум затрат на рекламу, певца донских просторов сегодня ждут, без преувеличения, в каждом уголке России. Игорь Растеряев, скромно игнорирующий громкие эпитеты в свой адрес, после гастролей по родной Волгоградской области рассказал РП о предстоящем выходе нового альбома, поклонниках в ЮАР и отдыхе в Глинище.
– Мы с самого начала считаем вас своим волгоградским исполнителем, но уже понятно, что вы принадлежите всей России
– Я не знаю, кому принадлежу, как-то мельче мыслю, не думаю о себе так масштабно, иначе надо будет бригаду вызывать и куда-то отбывать.
– Можно ли сказать, что наш степной колорит, людские характеры вдохновляют вас на творчество?
– Процентов на 99 именно они и вдохновляют.
– Вы пишете книгу, можно пару слов о ней?
– Книгу я пишу года с 2002-го. Одну я издал — «Волгоградские лица», сейчас идет работа над второй, надеюсь, может, через год ее выпущу.
– А вторая чьим лицам посвящена?
– Лицам, которые меня окружают на протяжении жизни. Названия пока нет — раздумываю. Пока книга сырая. Но могу сказать, что этот год в основном над ней работал.
– Рисунки в ней тоже будут?
– Рисунки обязательно будут, именно с них я и начал, текст гораздо позднее стал появляться. А пока готовимся к презентации нового альбома осенью в Питере. Туда войдут песни, которые появились после «Рожка», начиная с «Коня», также «Детство», «Поезд».
– Прием волгоградцев в этот раз был погорячей? Вы говорили — в Михайловке все было очень сдержанно.
– Нет, на самом деле я говорил, что восприятие песен про Медведицу, Раковку, про казаков и про волгоградских комбайнеров мало чем отличается в Волгоградской области от выступлений по всей России. Сама по себе региональная адресованность ничего не значит, вот о чем я говорил. То есть, в Тамбове или Владивостоке это может более яро восприниматься, чем в Михайловке или во Фролово, а может и менее — географически нет никакой разницы.
– За границу вас не зовут?
– Был в Осло, в Белостоке, на фестивале русского рока в Германии в городе Эссен выступал. В Белосток позвали ребята — они себя считают себя потомками Древней Руси, поляки их с каждым годом теснят все ближе к белорусской границе. У них есть православная община, которой раздали билеты, и что меня удивило — были и другие поляки по билетам, оказывается за границей тоже кто-то в курсе, хотя это практически на 100% история внутрироссийская. Писал один парень из ЮАР, я не знаю, что он там нашел для себя, из Латинской Америки, из Италии, — и хотя это отдельные люди, все равно было интересно, что они это как-то воспринимают.
– Вы продолжаете работать в театре «Буфф» в Питере?
– Нет, уже полгода как не работаю, меня подуволили оттуда слегка.
– Не по вашей инициативе?
– Нет, мне там нравилось, театр хороший.
– Нарушение дисциплины?
– Ни разу за 12 лет ни одного спектакля я не сорвал. Просто мало спектаклей в репертуаре осталось, а у меня была небольшая занятость — 5–6 спектаклей, и везде дубли.
– Были предложения из других театров?
– Нет, я бы сейчас и не пошел в репертуарный театр, во-первых, ты подвязываешься, это дисциплина.
– А в кино?
– Нет, в кино меня и раньше особо не звали.
– У вас на страничке Вконтакте — фрагмент поисковой прозы Александра Савельева, начитанный вами, это результат дружбы с поисковиками?
– Да, мы даже диск выпустили, «Костер» называется.
– Что еще читаете?
– Газеты люблю читать, книжки мне на концертах дарят, я их читаю обязательно, люблю воспоминания ветеранов. Неинтересно читать всякие романы, фантастику, интересно читать, что было. Из авторов — Довлатов, Паустовский, Астафьев.
– Какие фильмы смотрите?
– Старые советские, если говорить о военной теме, хотя мне и «Чистилище» нравится невзоровское, по воздействию очень сильное кино.
– А «Жизнь и судьба» Сергея Урсуляка, например?
– Лично мне очень понравился. Еще мне понравилась его «Ликвидация», я ее на гастролях в Одессе как раз посмотрел.
– А «Тихий Дон»?
– Мне вообще фильмы на казачью тематику смотреть сложновато, тем более, нельзя использовать мое мнение как эксперта. Я смотрю совсем на другие вещи, нежели человек, на которого рассчитан фильм. Смотрю на двор, например, и вижу, что пацаны, которые делали им плетень — не поленились, то ли заказали, то ли сплели, но плетень реальный, а крыша чакановая — не такая, я ж знаю, какие должны быть крыши.
Или «Тарас Бульба» — у меня претензий нет, артисты понравились — Ступка вообще гений, очень хорошо бутафоры сработали. Просто там есть некоторые вещи, снятые в угоду патриотическому воспитанию молодежи России XXI века. Из тех героев сейчас лепятся удобные сегодняшнему дню образы. Если б я не знал каких-то фактов исторических, смотрел бы это открыв рот и у меня бы слеза текла. А как человек, генетически имеющий к ним отношение — это мои предки прямые, у меня в этот момент вместо того, чтоб слеза катилась, начинает башка работать. О казачьих фильмах меня спрашивать бесполезно, у меня свое видение, не имеющее отношения к игре артистов и режиссуре.
– У вас песни контрастные по эмоциям: от одних — весело, от других рыдать хочется, во время исполнения как-то приходится с собой справляться?
– Когда-то да, когда-то нет. Нельзя сказать, что я каждый раз, когда выхожу петь «Ромашки», падаю в обморок. Хотя, бывает, сильнее проникаешься, дело настолько живое, сложно понять, где и как сработает.
– А вокалом занимались в театральном институте?
– Вокалом я занимался в Раковке у продовольственного магазина примерно с 12 лет и до 24. Каждый божий день летом по 3-4 часа приходилось заниматься вокалом. Конечно, я и в институте занимался, но реальная закалка происходила в полевых условиях.
– Предпочтения в месте проведения отпуска не изменились за последнее время? Отдыхаете в Глинище?
– На этом отдыхе больше приходится на гармошке играть, чем на гастролях. Чтобы отдохнуть, отрешиться от всего, Глинище меньше всего подходит, потому что много друзей, приятелей, знакомых, это делегации постоянные, какая-то стройка идет, родственники, туда-сюда, куда-то съездить. Уединенного отдыха в Глинище мне не видать, по крайней мере, в ближайшее время. Другое дело, там у меня дом, родная земля, короче, жизнь моя. А другого отдыха я не знаю, чтоб на две недели на море ехать, лежать там кверху пузом, я так никогда не пробовал.
– Вы в одном из интервью говорили, что состояние пути для вас комфортно, сейчас постоянно гастролируете, стабильная нестабильность еще не утомляет?
– Боже упаси, отлично все! Для меня это естественно, предки ведь все время в пути были. Путь — это то, что надо.
Поделиться
ТЕГИ
7 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ