Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

В Угодичах умели угодить

Почему в селе под Ростовом крестьяне жили как купцы
Владимир Лактанов
6 мин
Фото: из архивов музея "Ростовский Кремль"
В последние годы село Угодичи Ростовского района привлекло к себе пристальное внимание ученых. Их заинтересовала бытовая культура местного крестьянства, имеющая яркие индивидуальные черты, необычные для этого сословия в целом.
– Посмотрите, какие в Угодичах крестьянские дома — в два этажа, с множеством комнат, с изразцовыми печами, украшенными лепниной высокими потолками, разнообразными хозяйственными службами: амбарами, погребами и сараями. Не всякий купеческий дом в царские времена мог этим похвастаться. Этим постройкам уже больше века, но многие из них до сих пор выглядят внушительно, — с увлечением рассказывает кандидат исторических наук, заведующий историческим отделом Государственного музея «Ростовский Кремль» Александр Морозов.
– А как же памятный по произведениям Николая Некрасова образ свободного крестьянина — с разнесчастным лицом; пьяненького, в лаптях, лохмотьях, мятой шапчонке? —  искренне недоумеваю я.
И с удивлением узнаю, что в Угодичах земледельцы по образу жизни, быту мало отличались от купцов. Некоторые из них имели капитал 10 тысяч рублей (для сравнения, корова тогда стоила 5 рублей). Умение «зашибить деньгу» эти потомственные огородники возвели в науку. Многие из них уходили на заработки в Санкт-Петербург, Москву, Ригу. В городских предместьях они арендовали или покупали земельные участки, на которых устраивали парники, теплицы для выращивания ранних овощей и фруктов. За поспевшие в марте-апреле дыни, арбузы, спаржу рестораторы щедро платили серебром. Уж что-что, а угодить покупателям угодичские предприимчивые овощеводы умели, и их барыш многократно превышал доходы среднестатистических крестьян-хлебопашцев. Причем пока глава семейства пребывал в отходе, его жена, как правило, нанимала поденщиков, чтобы те помогали ей гряды копать и ухаживать за посадками. Три четверти местных огородников были грамотными.
– Угодичи, как и Поречье-Рыбное, Сулость, Сельцо, Борисовское –— крупное торгово-промышленное поселение вблизи озера Неро, — вводит в курс дела Александр Геннадьевич. — В середине XIX века в нем проживали более 1 600 человек. На шести улицах располагалось 320 домов, в центральной части села обращали на себя внимание волостное правление, сельское училище, пожарное депо, трактир, питейное заведение и гостиный двор. По воскресеньям на базарной площади шумел торг. Население занималось огородничеством, рыболовством, ремеслами, зимой — «ледопромышленностью», снабжая окрестные села и Ростов льдом для погребов и подвалов, в которых в то время хранили всю скоропортящуюся снедь и вина.
С открытием терочных, сушильных, крахмалопаточных заводиков начали развиваться капиталистические отношения. На двух здешних предприятиях вырабатывались масла из трав, использовавшиеся в аптечном деле и при изготовлении вин. К примеру, зажиточный крестьянин Абрам Мягков занимался переработкой картофеля на патоку, обжигом цикория, производством душистых масел. Его изделия экспонировались не только в России, но и завоевали медаль всемирной выставки в Лондоне.
С тех пор столько воды утекло, но старинные здания на тихих улочках по-прежнему хранят память о своих бывших владельцах.
– Вот родовое гнездо крестьян Дюковых, построенное в 1834 году на них общий семейный капитал, — мой собеседник указывает на дом № 9 по улице Никольской.
Его первый этаж кирпичный, оштукатуренный, второй — бревенчатый, обшит тесом. На части оконных проемов сохранились кованые решетки, резким диссонансом к которым выглядят современные пластиковые рамы. Внутри анфилада комнат — по семь помещений на каждом этаже. Наверх ведет парадная лестница, на ступенях которой сохранились крепления для ковра. Угловые печи-столбянки облицованы белым изразцом. Стоит дом-старожил, не качается, изо всех сил старается «держаться молодцом», хотя годы, увы, берут свое.
– Согласно воспоминаниям местного краеведа Александра Артынова, хозяин этого строения Михаил Дюков избирался волостным старшиной. Через одну из своих представительниц состоятельные угодичские огородники породнились с богатыми ростовскими купцами, благотворителями и краеведами Титовыми. До 1966 года в собрании ростовского государственного музея-заповедника хранился портрет «Ростовская купчиха за клавикордами в сером декольте». Предполагается, что на нем была изображена Анна Титова, в девичестве Дюкова. Эта неординарная женщина угасла совсем молодой —  она умерла от родовой горячки, оставив двух крошек-детей и безутешного мужа. Ее родственники передали свой дом в Угодичах «в общество», то есть для поселенческих нужд. В начале XX века здесь жили священники, в советский период — рабочие и служащие МТС (моторно-тракторных станций — прим. РП), затем сюда въехала начальная школа. Сейчас тут снова квартиры, — уточняет музейщик.
А стоящий чуть дальше на этой улице дом № 23 помнит крестьянина Николая Фафурина, которому принадлежало судно на паровом ходу, совершавшее регулярные рейсы из Ростова в Угодичи. Церковный староста Фафурин был попечителем открытой в 1897 году в этих стенах церковно-приходской школы. В начале XX века ее посещали порядка 20 детей и еще сто обучались в четырехклассной земской школе. До последнего класса редко кто дотягивал. Родители, дав азы образования, считали, что этого предостаточно. И определяли девочек в няньки к младшим братишкам-сестренкам или в чужой дом, а мальчиков отправляли учиться ремеслу — чаще всего в отход.
– Украшал главную площадь села дом Степана Макарычева (№ 7 по улице Базарной — прим. РП), отстроенный после большого пожара 1911 года, — продолжает Александр Геннадьевич. — Макарычевы — уважаемый разветвленный род, представителям которого принадлежали сразу несколько зданий. В этом, например, на первом этаже располагался магазин, на втором — жилище хозяина. В советское время здесь находились бухгалтерия и производственные отделы МТС, общежитие трактористов, затем контора колхоза «Родина». А теперь — торговые и офисные помещения.
Идем дальше. Улица Овражная, 11 — дом Папышевых, улица Казацкая, 2 — Трефиловых. Всего сохранились порядка 50 построек XIX начала XX веков, в которых воплотились мечты зажиточного угодичского крестьянства о благополучии и процветании.
У многих эти мечты рухнули. Главы семейств были репрессированы. А дома ничего — стоят. Только следов ветхости уже не скрыть, потому что многие нынешние хозяева этих раритетов — пенсионеры, инвалиды — не могут себе позволить капитальный ремонт. Например, в доме Барановых разрушается великолепная резная лестница. Чтобы спасти историческое наследие, усилий одних жителей села Угодичи мало.
– Мы стараемся привлечь к этой проблеме вниманием общественности, —  заявляет Александр Морозов. — И как раз сейчас собираем материал, чтобы экстраполировать приемы, наработанные в завоевавшем популярность издании «По старинным улицам Ростова», на всю Ростовскую землю. Надеюсь, читателям будет интересно мысленно пройтись вместе с исследователями и по старинным улицам Угодич, и по старинным улицам Поречья. Уже описаны сотни объектов. Кроме этого, собранные нами сведения дополняют электронную карту ГИС (Геоинформационная система) «Ростовская земля».
Подвижник этой идеи — руководитель музея «Родник» Угодичской школы, знаток местной истории Надежда Хритоненко.
– Согласно преданиям, записанным угодичским краеведом Александром Яковлевичем Артыновым — тоже, кстати, выходцем из крестьян — чьи работы хранятся ныне в Государственной библиотеке имени Салтыкова-Щедрина в Санкт-Петербурге, в Государственном историческом и Ростовском музеях, народ в наших краях народ стал селиться в глубокой древности, еще в дохристианские времена, — поясняет Надежда Павловна. — Тогда, в VII веке нашей эры на противоположном берегу озера Неро, в излучине реки Сара, располагался административный центр племени мерян — Сарское городище. Позднее неподалеку от него построили Ростов. А с северной стороны возникло большое поселение, название которого угодичский «летописец» связывает с именем будто бы удалившейся некогда сюда на покой ростовской княгини Будиславы Угоды. По другой версии, здешние жители первыми в Ростовской земле приняли крещение и этим очень угодили киевским князьям.
Преданиям, конечно, можно не доверять, но нет ни малейшего сомнения а том, что эти красивые, богатые рыбой и дичью места давно обжиты, и сюда вполне могли приезжать на рыбалку и охоту ростовские князья, в том числе и те, что потом становились государями Киевской и Владимиро-Суздальской Руси. А уж угодить здешние жители всегда умели. Например, Петр I щедро наградил уважившего его местного помещика Ивана Алексеевича Мусина-Пушкина — «за ево службу и воинские походы» присвоил графский титул и пожаловал ему во владение «впредь без оброку» озеро Неро с втекающими и истекающими из него реками и речушками. В те времена все прибрежные селения платили Угодичам мзду за право вести рыбный промысел.
– Традиции угодичской предприимчивости, смекалки, успешности, умения заработать капиталец живы до сих пор, — говорит Надежда Павловна. — Я сама родом из Ярославля, и приехав сюда в 1980 году по распределению после окончания педагогического вуза, поразилась тому, что почти у каждого дома уже в то время стоял автомобиль. В советские годы люди копили деньги на такую покупку годами и потом еще дольше стояли в очереди на ее получение. А тут на тебе — не роскошь, а средство передвижения. Потом выяснила, что, сделав бизнес на огурцах, жители Угодич за сезон зарабатывали в разы больше, чем за год на своей основной работе.
Но какого труда им это стоило!
– Летом в три часа ночи хозяйки начинали свозить собранный урожай на тачках к месту погрузки для доставки на рынок. У кого-то набиралось пять-шесть мешков, а кто-то отправлялся «налегке» — с одним узелком. Однажды одна такая бабуля попросила меня донести ее поклажу до рейсового автобуса. Я подняла — боже, да там не меньше, чем полпуда. Надо быть штангисткой, чтобы такие грузы ворочать. А сухонькая старушка, сердито бурча о том, что молодежь нынче пошла хлипкая, легко подхватила свой «узелок» и засеменила вперед, — со смехом вспоминает хранительница сельских реликвий.
– Когда завершался учебный год, для нас начиналось «полотье». Так в Угодичах называют сезон зачистки огородов от сорной травы, —  вступает в разговор местная жительница Наталья Верещагина. — Сначала ты занимался прополкой на личном подворье, потом на школьном поле. А там наступало время собирать урожай. И так продолжалось до белых мух. Поздней осенью мы отправлялись в хранилища — перебирать капусту, лук, картошку. А еще трудились на ферме, заменяя доярок-отпускниц. В общем, работы было выше крыши.
Приемы огородничества Наталья Александровна переняла у своей бабушки — Нины Абрамовны Сахаровой. Та рассказывала, что весной по всем окрестным землям носили молченскую икону Блгоматери из Богоявленской церкви — на добрый урожай. Гряды отмеряли по 25 метров и копали двумя способами. «На вскоп», сохраняя прошлогодний расклад. Или «в раскоп», закладывая в борозду навоз и превращая ее тем самым в середину новой гряды, а от старых отрезая полосы-усенки.
– С усенком копать гораздо легче. С одной стороны привалишь землю, потом с другой, чик-чик — и готово, — уверена Наталья Верещагина. — Перед посадкой семена огурцов замачивали и ставили на теплый чугун — набухать. Сыпали их в грунт, не жалея: все равно потом всходы придется прореживать. Посадки укрывали пленкой, оставив с двух сторон отверстия — дыхала.
По ее словам, дети не только в огороде родителям помогали, но и торговать на рынок ездили вместе с ними. Лет с десяти пацанята уже у весов стояли. Зато по математике у всех были четверки и пятерки — базар влет учил складывать, вычитать, умножать и делить в уме.
– Свой первый заработок я в шестом классе на модные туфли потратила, — гордится молодая женщина. — И на всю жизнь запомнила завет бабушки: «В своем товаре убытка нет». Ну, то есть за выращенное своими руками всегда что-нибудь да выгадаешь. Без прибыли не останешься.
– А моя бабушка Павла Васильевна Егорова из столицы уже в зрелом возрасте сюда приехала и поначалу очень стеснялась торговать. Заметит знакомого издалека и ныряет под прилавок прятаться. Но по-другому здесь нельзя —  не прожить, детей не поднять, —  откровенничает другая потомственная огородница Лидия Чадаева.
Она считает, что именно на заложенных века назад крестьянских традициях до сих пор село и держится.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин