Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Предлагают должность уборщицы с зарплатой в пять тысяч»

Сокращенные ставропольские железнодорожники рассказали, почему им нечего терять

Владимир Лактанов
4 мин
Ставропольский железнодорожный вокзал остался без своего поезда. Фото: Екатерина Филиппович / «Русская планета»
У Ставрополя больше нет своего поезда. Единственный состав № 77/78 «Ставрополь — Москва», который комплектовался в столице края, в последний раз вышел в рейс 20 мая — оттуда он вернется в Новороссийск, где и будет обслуживаться далее. По предварительным оценкам, вместе с его отменой под сокращение попали около 150 человек.
– Если раньше мы были Ставропольским производственным участком, пунктом технического обслуживания пассажирских вагонов, то теперь — просто участок по подготовке вагонов в рейс. По сути, становимся лишь пунктом оборота без своего поезда, — говорит РП Сергей Манаев, осмотрщик-ремонтник пассажирских вагонов АО «Федеральная пассажирская компания». 19 лет он проработал на техническом обслуживании состава «Ставрополь – Москва».
На Ставропольском железнодорожном вокзале теперь стоят всего два вагона.
– Это называется «горячий резерв», на случай, если к нам придет неисправный вагон. Состав, сформированный в Новороссийске, будет заходить в Ставрополь три раза в неделю по плавающему графику, мы его встретим, обработаем и отправим.
– Получается, если поезд формируется не у нас, что остается городу?
– Вокзал будет работать как обычная станция — встречать, ремонтировать и передавать вагоны другой организации, которая будет высылать поезд в рейс.
– Как вы считаете, почему так вышло? Зачем Ставрополь лишили своего состава?
– Знаете, как сейчас молодежь говорит: «А прикол в чем?» Так и здесь: мы сами не можем понять причину. Движение по сокращению персонала шло планомерно и сейчас привело к таким вот результатам — 150 человек остались без работы.
По словам Манаева, всего на ставропольском производственном участке АО «ФПК» были задействованы около 120 человек плюс 35 сотрудников аутсорсинговых компаний, которые занимались уборкой, ремонтом и экипировкой. После перевода поезда в Новороссийск мест лишились все, кроме шести человек, до сих пор работающих на участке по подготовке состава в рейс.
– Сколько раз мы выступали с инициативами по поддержке ставропольского участка. Но одни предложения без одобрения сверху ничего не решат. Тем более, структура железной дороги еще с советских времен считается полувоенной — у нас все делается по приказу. Сейчас я бы назвал ее наполовину рабской. Забастовки и митинги нам по закону проводить нельзя, общаться с журналистами имеем право только с разрешения руководства. Получается, донести до людей мы ничего не можем…
– А наш разговор с руководством согласован?
– Нам уже терять нечего, понимаете? Мы уже и так все потеряли. Поэтому и выходим общаться с прессой. Как еще защитить уволенных?
Пока Сергей показывает мне отраслевые издания, в которых масса текстов о высшем руководстве всех структур ОАО «РЖД» и почти ни одной заметки о рядовых работниках, к нам присоединяются проводники, попавшие под волну сокращений. Все они уволены по Трудовому кодексу, но без компенсаций по коллективному договору. На беседу согласились по той же причине: терять им особо нечего.
Бывшие сотрудники АО «ФПК» не хотят переезжать в Новороссийск. Фото: Екатерина Филиппович / «Русская планета».
– У проводников труд каторжный, с людьми работать ужасно тяжело, а особенно в старых вагонах. Тем не менее, к нашей команде всегда было минимальное количество жалоб со стороны пассажиров, — говорят они.
Ставропольский состав отменили из-за нерентабельности: кроме него, есть еще и автомобильный транспорт. С привокзальной площади в Москву ежедневно отходят несколько автобусов, едут они всего сутки.
– Для удобства пассажиров и роста популярности рейса мы предлагали изменить график, сократить время в пути. Клиентов не устраивало и состояние вагонов. Нашим, даже тем, которым делали капитальный ремонт, — более 25 лет. Какие биотуалеты, какие кондиционеры? — добавляет Манаев.
Но тут же оговаривается: на ставропольском участке нет инфраструктуры для других вагонов, к примеру ассенизаторской машины для очистки биотуалетов. Так что и без «местного» поезда обслуживать здесь смогут только старые составы с обычными санузлами.
Новороссийский поезд будет заходить в краевую столицу раз в три дня по плавающему графику. Его предшественник ходил через день.
– Многие пассажиры ездили в Москву на медицинские консультации, были среди них и лежачие больные. Утром они приезжали и вечером же возвращались с нами обратно. У нас спрашивают теперь: «А как же нам ехать назад?» В тот же день выбраться из столицы можно только с прибытием в Невинномысск. Состав 143С «Кисловодск – Москва» из Невинномысска до Москвы идет всего сутки, с такой конкуренцией нам не тягаться. Но все равно, очень обидно, что город остался без своего состава, — возмущается бывший начальник поезда № 77/78 «Ставрополь – Москва» Ирина Суржа.
Уволенные присутствия духа не теряют. Многие из них отдали железной дороге по 20–30 лет жизни и попали под сокращение, когда до пенсии оставалось совсем чуть-чуть.
– Всем, кому пришлось уходить из-за отмены поезда, предложили работу в Новороссийске. Но кто поедет туда? Если у человека нет семьи и жилья, тогда да, а когда в Ставрополе — все? По сути, мы туда должны кататься в ущерб самим себе: восемь часов в дороге, а работа у нас такая, что «выдернуть» могут в любой момент. Вернулся ты в Ставрополь, а тебе звонят — давай обратно, — рассказывает Светлана Писаренко. Она 31 год проработала проводником на поезде Ставрополь – Москва, до пенсии оставалось всего пять лет. Что делать теперь, она не знает.
Как и многие другие, Светлана пришла работать на железную дорогу сразу после одиннадцатого класса. У нее двое детей, младшая дочка в этом году планировала поступать в московский вуз.
– Мы очень надеялись на выплаты, но нас лишили и этого. Я без работы и без денег. У разбитого корыта. Выходит, в итоге пострадали наши дети — несмотря на то, что они нас, проводников, всю жизнь не видели. А другая работа… Ну кому я нужна, в 50 лет переучиваться? Сын меня спрашивает: «Мама, ради чего это все было?»
Сергей Манаев, один из работников преобразованного ж/д участка. Фото: Екатерина Филиппович / «Русская планета»
В коллективном договоре у железнодорожников есть графа, которая гласит: сотрудники, проработавшие 15 лет и более, попадая под сокращение штата, имеют право на выплату выходного пособия сверх суммы, предусмотренной законодательством. Получалось 2300 рублей за каждый проработанный год.
– Однако же дополнительное соглашение к договору лишает этого пособия работников, отказавшихся от «предполагаемого трудоустройства в компании», — Манаев водит пальцем по строчке в документе.
– То есть отказавшихся от переезда в Новороссийск?
– Именно. Те, кто сократился сразу после уведомления, в начале весны, успели получить эту компенсацию, а те, кто доработал на маршруте до мая, — уже нет.
Осмотрщик-ремонтник возглавил группу активистов за возврат единственного ставропольского поезда. Они обращались в АО «ФПК», железнодорожные профсоюзные комитеты, общественные организации. Откликнулся только Общероссийский народный фронт, а их же профсоюз тактично промолчал.
– Сейчас вместе с ОНФ мы пытаемся «раскачивать лодку». Очень жаль, что достойно отпустить людей не могут. Ну, отменили поезд, но, чисто по-человечески, зачем на прощание плохо поступать?
Сокращенные работники, отказавшиеся от переезда, уже отправили коллективную жалобу в транспортную прокуратуру.
– В службе занятости населения нам говорят: «У вас такая узкая специализация, какое трудоустройство, о чем вы вообще?» Я с 17 лет на железной дороге. Максимум, предлагают должность уборщицы с зарплатой в пять тысяч. Еще спрашивают: за компьютером работать умеете? Умею, но только в «Одноклассниках» сидеть, — добавляет проводница Ирина Демидова. До выхода на пенсию ей — всего ничего.
Ирина Суржа, начальник ушедшего поезда, грустно иронизирует:
– У меня при заполнении анкеты в службе занятости спросили «Кем хотите работать?» Откуда я сейчас могу знать, кем? Сказали: «Пишите — начальником». А я начальником поезда была. Что мне теперь, свою дрезину заводить?
Представитель Северо-Кавказского филиала АО «Федеральная пассажирская компания» Сергей Таяновский так прокомментировал ситуацию «Русской планете»:
– Объединение поездов Новороссийск – Москва и Ставрополь – Москва произошло вполне закономерно. Состав пойдет по маршруту Новороссийск – Москва – Ставрополь – Москва – Новороссийск. Ставропольский поезд был слабоватым по заполняемости. Мы не можем говорить, что поезд отменен, он сохранен, но маршрут у него немножко другой. Время в пути следования остается прежним. Штат пункта технического обслуживания переведен в Новороссийск, должности сохранены. Общее количество составило 80 человек.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин