Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Шахты надо закрывать»

Как будут добывать уголь в Кузбассе в ближайшие 5–10 лет
Елена Коваленко
3 мин
Фото: Павел Лавров / «Русская планета»
Каждая третья шахта в России работает на горизонтах глубже 500 м. Две шахты — на глубине больше километра. В подмосковном бассейне и на Урале таких предприятий уже нет. Премьер-министр Дмитрий Медведев во время визита в Кемеровскую область отметил, что небезопасные предприятия необходимо ликвидировать и постепенно переходить на добычу угля открытым способом.
С 1990 года в стране закрыто 169 шахт. Сейчас во всей России осталось всего 99. Причем горные работы ведутся только на 61. Другие — находятся в состоянии консервации или ликвидации. К «опасным по возможным выбросам метана» относят 19 предприятий, а еще 25 получили статус «сверхкатегорийных». Именно из-за высокой степени риска Минэнерго предлагает изучить оставшиеся шахты и при необходимости принять меры, вплоть до закрытия производства.
– Мы уже имеем опыт по ликвидации особо опасных шахт, — заявил министр энергетики Александр Новак. — Например, в Кузбассе уже поэтапно ликвидируют убыточные шахты в Прокопьевске, Киселевске, Анжеро-Судженске. Это делается на основе социально-частного партнерства. Собственник получает лицензию на освоение нового месторождения, где строит разрез, но — с обременением: обязуется закрыть старое предприятие за свой счет. А государство берет на себя социальную сторону вопроса. Жителей переселяют с подработанных территорий. Больше 40 тыс. семей получили новое жилье взамен того, которое расположено над старыми выработками.
В Кузбассе выведено из эксплуатации 11 старых шахт. Речь о самых старых, аварийных, с высочайшим уровнем травматизма.
– Старые, глубокие шахты, с крутыми пластами, где используют ручной труд, где шахтеры по забоям как муравьи ползают — просто надо закрывать. Это мое мнение. И чем быстрее закрыть, тем лучше, — поддержал идею о закрытии особо опасных производств губернатор Кузбасса Аман Тулеев.
Шахта имени Димитрова в Новокузнецке одной из первой попала под реструктуризацию. Запасы истощились. Техника устарела. Земля над старыми выработками начала оседать. Долгий и дорогостоящий процесс ликвидации запустили еще в конце 1990-х годов.
Отчасти ликвидация Димитровки продолжается и сейчас. Работают насосы, откачивающие из заброшенных выработок излишки воды. Руины технологических зданий, конечно же, снесены. То, что целее — продано под гаражи и склады. О славном шахтерском прошлом напоминает только мемориал напротив бывшего административного здания. Памятник даже подкрашивают дважды в год — ко Дню победы и ко Дню шахтера.
Фото: Павел Лавров / «Русская планета»
– Здесь раньше во всем районе шахтеры жили, — рассуждает Олег Владимирович, житель Гористой улицы. — Я тоже на Димитровке успел еще потрудиться. А потом шахты не стало, поселок в упадок пришел. Кто бойчее — хаты продали и разъехались. Старики частью поумирали. Теперь видишь, все угасает вокруг.
Старик обводит полукруг клюкой, указывая на хлипкие халупы, окружающие его жилище.
– Вот тебе как на ладони — типичный шахтовый поселок. Какие-то дома провалились. Оттуда людей переселили. Какие-то дома по бесхозности сгорели. Где-то старики по старости ушли. А нового строить нельзя. Тут-то пусто все. Чего тут строить? — он стучит клюкой по земле под ногами. — Так, копошимся, кому податься особо некуда. А есть как я — привыкли. И никуда не поедем отсюда.
– А слышали, Олег Владимирович, что все старые шахты на разрезы заменят?
– Как не слышать, — пожимает плечами. — Ну, так что? Время идет. Работать по-новому надо.
Сейчас в Кемеровской области продолжают работать восемь сверхопасных шахт. Закрыть их одномоментно невозможно. Там трудятся 7 тыс. 300 человек. У каждого — семья. Необходимо 15 млрд рублей только на социализацию этих людей.
Затраты на охрану труда в угледобывающей отрасли — самые высокие в стране. По данным Минэнерго, снижается уровень смертельного травматизма на предприятиях. С 1993 года — с 1 до 0,07. Эти трагические показатели измеряют в страшных единицах — количестве потерянных жизней на миллион добытых тонн угля. 
После аварии на «Распадской» в 2010 году (91 погибший) были значительно ужесточены правила безопасности. В регламенты горных работ внесено более 60 изменений, которые коснулись фактически всех этапов производства. Казалось бы, предусмотрено все.
Главные риски таит в себе природный фактор, геологический. Чем глубже человек вгрызается в землю, тем сильнее она сопротивляется. Сохраняются риски крупных аварий, когда гибнут десятки человек. Причина большинства таких трагедий — взрывы метана.
Фото: Павел Лавров / «Русская планета»
В связи с последними событиями в Воркуте Дмитрий Медведев дал поручение профильным ведомствам: провести новый анализ действующих шахт, имеющих высокий уровень риска. В первую очередь оценить геологическую изученность недр.
Промышленная безопасность напрямую зависит от инвестиций. По данным администрации Кузбасса, с 2000 года предприятия региона вложили в безопасность не меньше 55 млрд рублей.
– Мы перевернули угольную пирамиду. Если раньше в ее основе была подземная добыча, она составляла 60% от всего объема, то теперь — наоборот. Основа — это угольные разрезы, — заявил губернатор Кемеровской области Аман Тулеев. — Под землей работало 72 тыс. человек, а сегодня 33 тыс. А чем меньше людей под землей, тем спокойнее, безопаснее.
Взамен самых сложных и опасных шахт появляются угольные разрезы. Программа реструктуризации отрасли рассчитана до 2030 года. Но грядущие перемены уже можно увидеть своими глазами. Например, обогатительная фабрика Матюшинская на премьер-министра произвела благоприятное впечатление.
– Чисто, красиво. Все, что современное, новое — оно всегда вызывает позитивную оценку, — улыбался Дмитрий Медведев, осматривая предприятие. Здесь ему рассказали о том, что практически весь уголь, произведенный в Кузбассе, освобождается от примесей пустой породы и на продажу поступает уже в виде концентрата.
Разрез Березовский порадовал высоких гостей демонстрацией современной техники. Ожившая иллюстрация к тезису о том, что в последние годы Кузбасс превратился в полигон для внедрения новейших горных технологий.
Современные разрезы, которые сопровождают столь же совершенные в техническом плане обогатительные фабрики и развитая инфраструктура — это будущее, которое пророчат Кемеровской области и вообще всей угледобывающей отрасли.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
3 мин