Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Запрещенные организации
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости Общество
Русская планета
Общество

Нелетные условия

Рабочие авиазавода ОКБ Сухого организуют митинг против низких зарплат 

Полина Виноградова
26 декабря, 2014 04:15
11 мин

Фото: официальный сайт КнААЗ

Сотрудники Комсомольского-на-Амуре авиационного завода имени Гагарина, которые 18 декабря устроили сидячую забастовку в знак протеста против низких зарплат, готовят обращения в Госдуму и Правительство РФ. Они хотят, чтобы на КнААЗ приехала правительственная комиссия. Параллельно рабочие организуют митинг. Они уже обратились в СМИ и гордуму и добились встречи с депутатом краевого парламента, который тоже считает, что единственный выход — «идти» в Москву.
Цех за шторкой
Свой протест 18 декабря, по совету юристов, работники цеха № 26 теперь называют «акцией»: забастовки на оборонных предприятиях запрещены (завод выполняет госзаказ по производству военных самолетов «Су»). Условия оплаты труда с момента акции, по словам сотрудниц завода, не улучшились.
– Итак, как оплачивается наш труд, — объясняет корреспонденту РП работница КнААЗ Татьяна (имя изменено), одна из участниц акции. — Мы должны отработать табельное время, которое составляет 150-160 рабочих часов. Сделать хотя бы это уже непросто. Во-первых, учитывается только то время, которое затрачено непосредственно на изготовление деталей. Время на подготовку к работе в счет не идет. Но чтобы изготовить любую деталь, мы должны сперва получить шаблоны и инструкции. Для этого нужно пойти в другой цех, отстоять в очереди на склад и самим найти нужные шаблоны, потому что людей на складе не хватает. Только после этого мы можем начать работать. Поэтому на изготовление детали, которая делается за несколько минут, может уйти больше получаса, а никто этого не учитывает. Во-вторых, нам просто не дают возможности отработать табельное время. Иногда за день дают всего две-три детали, которые стоят копейки. Детали с хорошими расценками можно получить, только если у тебя хорошие отношения с начальством. Причем расценки на все детали постоянно снижаются.
Если табельное время все же удастся отработать, то зарплата, по словам сотрудниц завода, составит примерно 15-20 тыс. рублей в месяц. Если эта сумма не устраивает, можно взять сверхурочные. По мнению работников КнААЗ, система оплаты специально выстроена так, что они вынуждены добровольно соглашаться на постоянные переработки, если хотят получить на руки приемлемую сумму.
– Норма сверхурочных, которую нам ввели, составляет 50 часов. Если ты их отработал, то получаешь надбавку в 10 тыс. рублей. Но для этого нужно находиться в цеху буквально сутками, — поясняет корреспонденту РП другая участница акции Мария (имя изменено). — Мы все работаем до восьми-девяти часов вечера, выходим в субботу и воскресенье, чтобы отработать табельное время плюс эти 50 часов сверхурочных. Работая по такому графику, я все время проводила на заводе, дома фактически не появлялась. Переночевала — и пошла обратно в цех. Выхода не было: у меня ипотечный платеж в 14 тысяч. Но долго ведь так не выдержишь. Это просто кабала.
Премии на КнААЗ дают при соблюдении одновременно трех условий: сам сотрудник, группа рабочих и весь цех должны выполнить норму.
– Руководство нам прямо сказало: «На что вы жалуетесь, у вас еще не самая худшая ситуация», — вспоминает Мария. — Нам и самим это известно. Я знаю, что, к примеру, четвертый — трубопроводный — цех из месяца в месяц не выполняет план, премий они вообще не видели. А условия там еще тяжелее. Людям приходится закрывать глаза на гораздо большее, чтобы получить достойную зарплату. Причем, когда к нам приезжает высокое начальство — президент Путин или премьер Медведев — то руководство завода показывает им «расчетки», из которых следует, что у нас зарплата по 70 тысяч. Но это же неправда и в принципе неправильно. Кстати, когда они приезжают, наш цех им никогда не показывают. Нас занавешивают шторкой, потому что цех очень грязный.
Час работы Марии стоит, по ее данным, 42 рубля. На завод часто приезжают работники других предприятий ОКБ Сухого из разных городов страны. Рассказывают, что зарплаты у них на порядок больше, и платят не за выработку, а за отработанные часы.
На многих предприятиях Хабаровского края сокращение зарплат сейчас связывают с ухудшением экономической ситуации в стране. Рабочим КнААЗ тоже объяснили снижение доходов экономическим кризисом. Но они не верят.
– Изменения к худшему в условиях оплаты нашего труда начались задолго до кризиса, примерно 2-3 года назад, когда убрали все надбавки, начали вводить сверхурочные и так загнали нас в кабалу, — поясняет Мария. — Причем норму оплаты труда все это время срезали каждые полгода. А сейчас обещают срезать еще.
«Хотите — идите бастуйте»
Мария говорит, что рабочие пытались договориться с начальством мирно.
– Написали жалобу в профсоюз, но наша бумага где-то «затерялась». Тогда мы решили поговорить с начальником цеха. Пытались объяснить, что у нас нет никакой мотивации, никакого стимула работать хорошо, — рассказывает она. — Но он повел себя с нами очень бесцеремонно. Просто отмахнулся от нас, сказал: «Хотите — идите бастуйте». Вот мы и пошли. Фактически он спровоцировал нас на эту акцию протеста. У него вообще такая политика: «Если что-то не нравится — ступай за ворота, а у меня на твое место еще пять желающих есть».
– У нас на заводе люди проработали по 20, по 30 лет, — говорит Татьяна. — Куда они теперь пойдут? Ведь ничего другого они просто не умеют делать. Начальство об этом знает и пользуется ситуацией. Поэтому к нам так и относятся. Насколько тяжелыми условия ни сделай, все равно кто-то останется, будет работать.
После «акции протеста» пресс-центр КнААЗ заявил хабаровским СМИ, что никакой забастовки не было: «Работники цеха № 26 трудились в штатном режиме».
Но двух участниц акции, не побоявшихся назвать свои фамилии в СМИ, вызвали «на ковер» и пригрозили им увольнением.
– Их вызвали к начальнику цеха, там уже была целая комиссия: мастера, начальник участка, человек из заводоуправления, начальник юридической службы предприятия, еще какие-то люди, — рассказывает Татьяна. — Их обвинили в том, что они нарушили закон, устроив забастовку на оборонном предприятии. Выставили организаторами, зачинщиками, чуть ли не провокаторами. А ведь протестовали 25-30 человек из трех различных заводских групп нашего цеха. Просто хотели сказать, что недовольны сложившейся ситуацией. В итоге руководство сказало, что если что-то не нравится, то любая из них может уволиться. Якобы они плохо работают, поэтому у нтх такая маленькая зарплата. А если не уволятся сами, то им все равно придется плохо.
Остальным участникам акции протеста руководство предприятия, по их словам, приказало молчать.
– У меня ипотека, я не могу позволить себе потерять работу, поэтому не называйте, пожалуйста, моего имени, — просит корреспондента РП работница КнААЗ. — Но я все равно хочу рассказать, что произошло после 18 декабря. Начальство нам строго-настрого велело ничего не рассказывать СМИ. Сказали, что мы портим имидж завода как самого передового предприятия. Еще популярно объяснили, что протестами мы ничего хорошего не добьемся. Раз не хотим перерабатывать — хорошо, нас с охраной будут выводить за ворота сразу после того, как закончится рабочий день. Остаться на сверхурочные часы не дадут. А это означает, что нас лишат последней возможности заработать себе более-менее нормальную зарплату. И еще предупредили, что скоро нормы и расценки еще урежут, и никто ничего сделать не сможет. Мол, куда вы там свой рот раскрыли, мы здесь не при делах, ничего не решаем. Все расценки, как нам сказали, устанавливаются госзаказчиком, и, обвиняя руководство нашего завода, мы только ухудшили свое положение.
Рабочих всех остальных цехов сейчас настраивают против протестующих.
– Нас собрали и сказали, чтобы мы не поддавались дурному примеру рабочих из цеха № 26 и забастовок не устраивали, — рассказывает корреспонденту РП другая сотрудница КнААЗ. — Из-за того, что они устроили скандал, нам всем теперь снизят зарплаты, потому что срежут сверхурочные часы. Теперь мы все будем получать не больше 15-20 тысяч, и благодарить за это должны их.
Впрочем, попытка «натравить» остальных рабочих завода на 26-й цех не удалась. Они уже заявили, что готовы выступить в защиту активисток, если тех попытаются уволить.
– Сменщики нас поддерживают, народ поддерживает, другие заводские группы к нам присоединяются. Когда после акции протеста мы выдвинули свои требования, под ними подписались более 40 человек, — говорит Мария. — Сейчас на нас выходят из других цехов, они тоже готовы принять участие в массовом митинге протеста, потому что у них ситуация не лучше. Все понимают, что нужно что-то делать, а с нашим руководством ничего не добьешься. Я боюсь употреблять такие слова, но наше руководство — нечестные люди. Нужно идти дальше, иначе нам не выбраться из кабалы. На тормозах мы все это уже не спустим и молчать больше не будем.
«Не стоит раздувать эту историю»
Получить официальные комментарии от пресс-службы КнААЗ «Русской Планете» не удалось:  как только представители предприятия слышали, о чем пойдет речь, они просто бросали телефонную трубку.
Не помогли и городские власти. Мэр Комсомольска-на-Амуре Андрей Климов, бывший заместитель директора завода, заявил, что большой проблемы с системой оплаты труда на предприятии нет и «никто не обирается выжимать из людей все соки за копейки».
В гордуме Комсомольска протестующих поддержали лишь депутаты от фракции КПРФ, впервые появившейся в парламенте в этом году. Но вопрос о зарплатах на КнААЗ они даже не смогли включить в повестку дня на прошедшем заседании 24 декабря.
– Другие депутаты обвинили нас в желании «попиариться» за чужой счет, — говорит корреспонденту РП депутат городской думы Комсомольска-на-Амуре Олег Паньков. — Это крайне несправедливое обвинение. Задача депутатов — защищать интересы тех, кто выбрал их на этот пост. Меня избрали от Ленинского района города, где большинство жителей трудится на авиационном заводе. Поэтому я обязан выступать на их стороне, если обвинения справедливы. Нельзя пытаться делать вид, что все хорошо, и замалчивать ситуацию. Если прокуратура и трудовая инспекция не защищают интересы работников, не выступают против нарушения трудовых прав, то это нужно делать нам, депутатам.
«За» включение в повестку ситуации на заводе проголосовали 4 депутата, а 14 выступили «против». Трое воздержались. Свое решение они объяснили тем, что все равно не смогут ничем помочь.
– У городской думы есть четко определенный круг обязанностей и полномочий, — пояснила корреспонденту РП председатель городской думы Комсомольска-на-Амуре Светлана Баженова. — Поэтому сколько бы мы ни обсуждали ситуацию на авиационном заводе, мы не имеем права вмешиваться, это выходит за рамки наших полномочий. Сделать мы ничего не сможем. Все закончится пустыми разговорами.
25 декабря работницы завода встретились с депутатом Законодательной Думы Хабаровского края Вадимом Воеводиным. Как они рассказали РП после собрания, Воеводин констатировал: даже если вынести проблему на обсуждение в краевой парламент — не поможет. Надо достучаться до Правительства и Госдумы РФ. По мнению депутата, больше всего руководство КнААЗ боится, что эта история станет известна в центре России.
темы
поддержать проект
Для поднятия хорошего настроения, вы можете угостить наших редакторов чашечкой кофе
Маленькая чашка кофе
cup
200 ₽
Средняя чашка кофе
cup
300 ₽
Большая чашка кофе
cup
500 ₽
Большая чашка кофе и что-то вкусное
cup
900 ₽
Нажимая на кнопку «Поддержать», я принимаю пользовательское соглашение, политику конфиденциальности и подтверждаю свое гражданство РФ
Кто может поддержать проект?
Поддержать проект могут только граждане России. Поддержка осуществляется только в рублях. В соответствии с требованием закона.
11 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ