Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Некоторые дети успели в психушке побывать»

Почему сотрудники закрывающегося детдома в Крестовоздвиженке боятся за своих воспитанников

Елена Коваленко
6 мин

Через два месяца из этих комнат детей выселят в чужой детдом. Фото: Марина Редькина

В селе Крестовоздвиженка Константиновского района закрывают детский дом № 18. Официальная причина, обозначенная в СМИ региональным Минсоцзащиты — укрупнение другого детдома. 22 декабря, за неделю до Нового года, 27 воспитанников переедут в сиротское учреждение в Константиновку. Уведомления об этом сотрудникам прислали только несколько дней назад. Корреспондент «Русской планеты» съездила в закрывающийся детский дом — и стала, возможно, последним журналистом, которому удалось его посетить.
Оптимизация «Ы»
– Хоть кто-то про нас напишет, потому что мы не знаем, куда ткнуться и кому что сказать, — говорит дежурный воспитатель Елена Короткова. — 22 декабря мы просто идем все на улицу. Дети очень переживают. Мальчишка один сказал: «Вывезут нас — сбегу и буду здесь на крыльце сидеть. Даже если не запустят, не уйду». И мы с ним тут будем сидеть на крыльце. А что еще остается?
Во дворе детдома в Крестовоздвиженке — спортивная площадка с новенькими тренажерами, фонтан и яркие лавочки. В Константиновке, за 20 км отсюда, как говорят воспитатели, будут не столь ухоженное здание и своеобразный контингент. Детей поселят в бывшей санаторной школе, на базе детского дома № 2.
– Там сейчас 40 воспитанников, но рассчитан он на 80 человек, с возможностью расширения мощностей. Территория «санаторки» позволяет разместить не одну сотню. Сейчас там дети в основном VII–VIII вида (программа обучения VII и VIII вида рассчитана на детей с задержкой умственного развития либо ментальной инвалидностью — Примеч. РП.), — говорит Короткова. — Они бродяжничают, неухоженные, ведут разгульный образ жизни. В детдом приходят только поесть и выспаться. Полиция там дежурит постоянно. В комнатах бардак, кошки-собаки, тут же велосипеды грязные стоят. Антисанитария полная. У нас дети даже в обуви не позволяют себе по коридору пройтись. При этом сами убираются, следят за порядком. И новеньких переучивают. А туда попадут? Страшно представить. Мы их наставляем не идти на поводу у соблазнов, показывать хороший пример. Дети хорошие. Жаль их туда отдавать, ведь многие поддадутся плохому влиянию.
По мнению сотрудников Крестовоздвиженского детдома, закрытие их учреждения — очередной шаг в системе оптимизации содержания детей-сирот. Они не первые и не последние в этом списке. Приамурье выполняет президентский указ № 761 «О национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 годы». Согласно ему, к 2018 году количество детских домов в России должно уменьшиться как минимум вдвое за счет передачи сирот на попечение. При этом даже на высшем уровне говорят, что именно в этом регионе сокращать детдома сейчас просто некуда.
«В Амурской области тяжелейшая ситуация, потому что, в отличие от других регионов, сокращаются детские дома, а число детей-сирот в детских домах только увеличивается, — заявлял в декабре 2013 года детский омбудсмен Павел Астахов. — И вместо того, чтобы закрывать и отдавать эти здания детским садам, которых тоже не хватает, сегодня надо думать о строительстве новых детских домов».
Несмотря на это, в сентябре 2014-го закрылся детский дом в Зее, а теперь объявили о ликвидации Крестовоздвиженского.
– Константиновская санаторная школа год не работала — там жили подтопленцы. А с сентября начали свозить туда со всей области детей. Из Пионерского, Свободного, Пояркова. Теперь и до наших очередь дошла, — переживает Елена Короткова. — Даже представить себе не могли, что наш детский дом могут закрыть. Свозят в одну кучу всех. Но такое скопление детей — о каком нормальном образовании и психическом воспитании может идти речь?
«Альтернативы нет»
После закрытия детдома большая часть его сотрудников рискует остаться без работы.
– Вот такие уведомления о сокращении вручили всем 33 сотрудникам под роспись: согласен / не согласен, — показывает бумагу социальный педагог Крестовоздвиженского детского дома Елена Зарубина (копия уведомления есть в распоряжении редакции РП.) — Расписали вакантные места и оклад в Константиновском детдоме. Бухгалтеру предложили программистом быть за 5000 рублей. А она говорит: «Я же не училась на это, откуда у меня такие знания?» В итоге никто из нас не согласился.
Самой Зарубиной предложили должность воспитателя за зарплату в два раза ниже нынешней. При этом предоставлять жилье или хотя бы служебный автобус до Константиновки работникам не будут.
– За 20 километров в Константиновку не каждый сможет ездить. Мы даже представить этого себе не можем. Транспорт не предоставляют, рейсовые автобусы ходят до обеда и в пятом часу. То есть в рабочее расписание никак не попасть. А заказывать машину — это 400 рублей в один конец. Предложенной зарплаты даже на полмесяца такой езды не хватит, — объясняет социальный педагог. — В селе тоже работу не найти. У нас здесь есть только свиноводческий комплекс, школа, детский сад, фельдшерско-акушерский пункт, клуб и администрация. Больше работать негде. При этом везде идут сокращения, люди на полставки работают. В сентябре у нас в детском доме уже прошла первая волна сокращений: на 13 человек. Все сидят без работы. Альтернативы нет.
Судьба здания детского дома также остается под вопросом.
– Сначала нам говорили, что мы под новые стандарты не подходим. Все исправили. Потом заявили, что мощностей не хватает для такого количества детей. 70 детей вмещались, а 30 не вмещаются вдруг. В итоге все-таки выживают нас отсюда. Лишь бы не раздолбили здание, пока делить будут, — говорит Елена Короткова. — Часть техники уже забрали в Константиновку. Собирались прямо на ноябрьских праздниках детей вывезти, но они отказались. Министерство плюнуло на нас: ну и сидите, мол, с ними до своего увольнения. Получается, за неделю до Нового года их с места сорвут, не дадут даже четверть закончить. А 10 ребятишек в выпускном классе учатся. Им к экзаменам готовиться надо, а не переезды устраивать.
«Из нашего дома никто никогда не сбегал»
В Крестовоздвиженском детдоме условия завидные. Современные душевые кабины, стиральные машинки-автоматы, столовая, библиотека с компьютерами. Есть полноценная домашняя кухня со всем необходимым оснащением, так что можно готовить самим. На втором этаже — спальни. На кроватях мягкие игрушки, стены увешаны фотографиями воспитанников и выпускников.
Мы с воспитателем заходим в розовую девичью комнату.
– Выспалась, козявочка? — гладит Короткова по голове самую маленькую девочку. — Детки живут в комнатах по 4–5 человек. У каждого свое рабочее место, зона отдыха, в комнатах «плазмы» висят, мягкая мебель везде — ну что не так еще им? Все детишки у нас с телефонами. Вот Аленка недавно ноутбуком обзавелась. Я считаю, что очень уютно и хорошо. Не настолько им мешает в комнате учебная зона, хоть по стандартам сейчас и положено выводить ее в отдельное помещение. А там (в Константиновском детдоме — Примеч. РП.) их завлекают отдельной игровой комнатой, но зачем им целая игровая? В семьях у детей разве такое есть? А здесь у них все как дома.
В комнате еще две девочки. У остальных — разгар учебного дня. Ухоженные, приветливые, немного стеснительные. 16-летней Алене повезло: она поступила в казачий колледж и избежала переезда в чужой детдом. Как только пошьют форму, съедет. Девятиклассница Галя менять детдом и школу опасается. Мечтает поступить в благовещенский педколледж, но с этим переездом боится завалить экзамены. До Крестовоздвиженки девочка жила в приюте, о котором вспоминать не хочет.
– Живу я тут долго, 7 лет. До этого была в приемной семье. Но через год от нее отказалась. Они били меня, заставляли много работать. Я пыталась сбежать, но в поезде меня остановили. Начали допрашивать. После этого вернули в приют в Черняево. Там было очень плохо, пацаны старшие могли что вздумается делать с девчонками, — рассказывает свою историю корреспонденту РП Галя Чирва. — Здесь повоспитанней мальчики: не курят, не пьют. У них другие интересы, многие спортом занимаются. Боюсь, как бы в Константиновке не оказались такие же, как в моем бывшем приюте. Конечно, не хочется никуда уезжать посреди учебного года. Здесь мы одна большая семья. В комнате живем впятером с девчонками 12–15 лет. В Константиновке нас обещают не разделять, также поселить вместе. Но все равно боимся местных ребят. Говорят, они грубые и невоспитанные, ссорятся с воспитателями, сбегают. Некоторые успели в психушке побывать. Из нашего дома никто никогда не сбегал.
Сиротское учреждение в Крестовоздвиженке сами дети действительно называют домом. Воспитатели этим очень гордятся. Навещают даже бывшие выпускники. 19-летний Сергей Чернов уже четыре года как студент благовещенского педколледжа. На днях его забирают в армию, и он как раз приехал в свой бывший дом попрощаться.
– Часто навещаю ребят, воспитателей. Я здесь прожил 9 лет. Хочется увидеть тех, с кем рос. Когда узнал, что закрывают — был шокирован, — говорит РП Чернов. — Столько вложено в этот дом, он очень изменился к лучшему за последние годы. И теперь все это оставить и перевести ребят в чужое место? Ведь у нас все живут как на домашних условиях, некоторые даже намного лучше. Никто не хочет уезжать отсюда. Для них это очень тяжело.
К лучшему закрытие детдома оказалось только для одного воспитанника. Шестиклассника Артема Илюковича забирают в семью родные дядя и тетя: узнав о перераспределении, они решили взять ребенка под опеку.
Дом без дороги
Все воспитанники в этом доме — школьники, а в таком возрасте усыновляют редко.
– Детей никто таких не берет. Самый маленький у нас — 10 лет. Остальные уже взрослые: 14–15 лет. Они сами категорически боятся семьи. А вообще очень редко забирают, в основном родственники. В прошлом году, в октябре, у нас забрали троих девочек: двух сестер и ребенка знакомых. Одну девочку взяли под опеку, но вроде уже отказались от нее, — уточняет социальный педагог Елена Зарубина. — У нас 10 учеников выпускного класса, хоть бы им дали закончить школу спокойно... Обзванивали родителей. Они же у нас в основном все при живых родителях, но лишенных прав. Только никто или брать детей не хочет, или продолжает вести аморальный образ жизни. Я ни разу за 19 лет работы нашего детского дома не видела, чтобы какая-то мама одумалась и забрала ребенка. Есть брат с сестрой, их бабушка на каникулы в Благовещенск забирает, но она уже старенькая. А родители сидят в тюрьме. Только шесть — сироты, но их в таком возрасте уже не берут в семьи. Если они к нам попадают, то здесь до взросления и остаются.
Уже на выходе из детского дома меня останавливают сами воспитатели: «Только что из министерства соцзащиты позвонили и начали возмущаться, чтобы не было никаких съемок. Больше журналистов распорядились не пускать. Им шумиха лишняя не нужна. А нам что молчать? Нам терять уже нечего».
По данным правительства региона на начало октября 2014 года, в Амурской области 6306 детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Большая часть из них проживает в приемных семьях. Остальные 2000 детей содержатся в 16 госучреждениях по всей области. Это 13 детских домов, две коррекционные общеобразовательные школы и дом малютки. За 2014 год усыновлено всего 106 детей. 12 из них теперь живут в семьях иностранцев из Испании и Италии.
От редакции. Мы не смогли посетить детский дом в Константиновке, куда переводят крестовоздвиженских детей. Его директор — в отпуске, и нам отказали, ссылаясь на ее отсутствие. Дозвониться в пресс-службу правительства области и выяснить, действительно ли контингент учреждения в райцентре считается сложным, «Русской планете» пока не удалось: телефоны молчат в рабочее время. И.о. директора Крестовоздвиженского детдома Татьяна Кутузова, вероятно после звонка «из министерства», от официальных комментариев нашему изданию отказалась. 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин