Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Для детей нужно создавать кружки, а не тюрьмы строить»

Почему современные подростки проявляют агрессию и совершают преступления
Елена Коваленко
5 мин
Если подросток один, то менее вероятно, что он совершит агрессивный поступок, чем когда собирается группа. Фото: ТАСС
9 октября гендиректор Центра психиатрии и наркологии им. Сербского Зураб Кекелидзе заявил, что психическими аномалиями развития страдают 70–80% школьников. Кроме того, у 30% школьников отмечается социальная дезадаптация.
О проявлениях агрессии подростками говорят преступления, которые они совершают. На прошлой неделе в Челябинской области 15-лений мальчик набросился с ножом на своих родителей. Мать умерла от множественных ранений, отец находится в реанимации. По данным Следственного комитета, убийца учился в школе на «отлично», а причиной конфликта послужил компьютер — родители пытались ограничить сына в играх.
– В ближайшее время в Государственной Думе состоится заседание, на котором планируется обсудить проблемы подростковой жестокости, потому что такая необходимость остро назрела. Ожидается участие медиков, правоведов, работников правоохранительных органов и других заинтересованных в проблеме лиц. Дело в том, что подростки знают о своих правах слишком много, они понимают, что закон к ним практически не применим, — заявил корреспонденту РП психиатр-криминалист Михаил Виноградов.
– Игромания, то есть в данном случае зависимость от компьютерных игр — род психического заболевания, — комментирует РП психиатр Центра помощи подросткам Сергей Головин. — Можно поставить ее в один ряд с другими зависимостями, такими как наркомания, алкоголизм, табококурение. Особенно опасны ролевые игры, потому что человек может войти в роль буквально. Добавим сюда многочасовое сидение в одной позе, яркие картинки, звуки, азарт — человек буквально зомбируется, нервная система перевозбуждается и работает на пределе. Невротизация у современных подростков приобретает просто огромные масштабы. В обычной жизни подросток может быть прыщавым лузером, а в игре — предводителем клана, авторитетом в своей среде. Там его мир, его, как ему кажется, настоящая жизнь. Я приведу такой пример. Представьте, что вы непобедимый воин, вам кричат «виват», вы ведете в бой свое войско и близки к цели, как никогда. Азарт, опьянение! А тут вас резко выдергивают в серый и скучный мир, в котором вы никто. Дело в том, что переживания, связанные с виртуальным героем, воспринимаются, как свои собственные.
Психологи отмечают, что когда не остается сил бороться с чем-то или кем-то, единственная возможность — отвернуться от реальности. Так подсаживаются на наркотики или алкоголь. Уход в виртуальную реальность имеет те же корни — в игре можно чувствовать себя сильным и геройствовать, в случае неудач просто «сохраниться и переиграть».
«Трагедия в Миассе обнажила проблему игрозависимости детей и заставляет нас говорить о необходимости введения уроков медиабезопасности», — написал в своем твиттере детский омбудсмен Павел Астахов.
– Мой сын — самый настоящий игроман, ему 14 лет, — рассказывает РП мать семиклассника. — Моя жизнь рушится. У нас полная семья, я не работаю, сын — единственный ребенок в семье, а муж хорошо зарабатывает. Два года назад муж решил уйти из семьи, мы пережили сложный период. Я, чего скрывать, находилась в депрессии и именно тогда упустила своего ребенка. Когда ситуация в семье наладилась, было уже поздно. Сына невозможно оторвать от игры. В последний раз, когда я, разозлившись, отключила компьютер, сын в буквальном смысле набросился на меня с кулаками. Его остановил бывший муж, к счастью, находившийся дома. Я поняла, что боюсь своего сына. Когда я сказала, что выброшу компьютер и планшет, он объявил, что тогда зарежет нашего кота. С этим котом он много лет спал на одной подушке, а теперь говорит такое...
Фото: Владимир Машатин / ТАСС
Фото: Владимир Машатин / ТАСС
Родители, учителя и медики отмечают, что дети, чрезмерно много играющие в компьютерные игры, все больше отстраняются от реальной жизни, перестают участвовать в делах семьи, отказываются делать уроки и даже посещать школу. Случаев, когда в мотивах подростковых преступлений замешаны игры, становится все больше.
Чтобы увлечение компьютерными играми не превратилась в зависимость, нужно участие со стороны родителей, убежден Максим Кулаков, редактор портала Stopgame.ru:
– Оказывают ли игры влияние? Само собой. Точно такое же, как вечерние новости, драки в школьных коридорах, «Игра Престолов» и курящий в подъезде сосед. Даже в школьной программе тоже можно найти «шок-контент», если выдрать его из контекста. У нас соблюдаются возрастные ограничения на продажу игр для взрослой аудитории, в конце концов. Но ведь проблема не в законах и не в жестоких играх, а в окружении и непосредственно в родителях, которым не интересно вникать. Родители почему-то думают, что уследить, оградить и ограничить должен кто-то другой — государство, продавцы, сами разработчики, да кто угодно, но не они сами. И когда внезапно настигают трагические последствия безучастного воспитания — виноват опять кто-то другой. Также хотелось бы отметить, что насильственные преступления на «игровой» почве совершают менее 1% геймеров как в общей массе (относительно всей индустрии), так и в случае с выборкой — то есть даже если изолировать аудиторию конкретной «опасной» игры.
В Пскове группа подростков издевалась над девочкой, заманив ее на вечеринку. Школьники сняли подробный «видеоотчет», который с комментариями выложили в сеть.
– Толпа разрушительна во всех смыслах, — говорит РП начальник Ангарской колонии для малолетних правонарушителей Алексей Белоусов. — В большинстве случаев, каждый отдельный подросток может казаться «хорошим мальчиком» и наедине с воспитателем говорить вполне разумные вещи, демонстрируя положительные моральные качества. Но когда этот «мальчик-одуванчик» идет в толпе громить, топтать, жечь — он полностью утрачивает свою индивидуальность и становится частью жестокой стаи. Сегодня он шел убивать, а завтра скажет: «Я не знаю, как это получилось. Я пошел, потому что все пошли». И не сможет объяснить мотивы своей жестокости, будет даже в ней раскаиваться. Среди наших воспитанников все чаще наблюдаются особо тяжкие статьи, а это убийства и изнасилования.
По словам психологов, у подростка не сформированы эмоциональные отношения, они находятся в стадии развития. Огромное влияние оказывают групповые механизмы. Если подросток один, то менее вероятно, что он совершит жестокость, чем когда собирается группа. Даже не склонный к насилию ребенок, зависимый от этой группы, тоже может проявлять агрессию.
В подростковой среде считается престижным выложить на видеохостинг запись расправы. Сеть переполнена роликами с драками благополучных девочек и кадрами унижений.
– Ничего удивительного, — комментирует детский психолог, кандидат медицинских наук Рената Ильясова, — подростки всегда стремятся к лидерству. Другой вопрос, что конструктивных решений они не знают. Посмотрите, на чем воспитываются дети. Вы просили не затрагивать проблему компьютерных игр, но и без этого телевизионные экраны залиты кровью. Дети, которых приводят ко мне на прием, часто произносят в разных вариациях одну и ту же фразу: «Круто — это всех завалить». Телевидение, которое в огромной мере влияет на формирование психики, учит мстить, убивать, делать больно. Пытки демонстрируются крупным планом, смерть перестала быть тайной. Подростки не отворачиваются от экранов, а учатся «жить по правилам». Детям нужны добрые мультики, а не кровавый экшн.
В подростковом возрасте нарушение норм и удаль воспринимается как нечто выделяющее из общей массы. Выкладывая видеозаписи своих агрессивных действий, школьники причиняют жертве дополнительные страдания, ведь пострадавший не может удалить оскорбительную информацию, и это только прибавляет агрессору доказательство его могущества.
– Я люблю детей и, смею надеяться, понимаю их, — говорит РП Ольга Слепых, учитель с 30-летним стажем. — Да, подростки сейчас куда агрессивнее, чем, скажем, 10 лет назад, но, прежде всего, изменились не дети, а их родители. Все идет из семьи, но и родителей осуждать безоговорочно нельзя — они, как правило, находятся в состоянии постоянного стресса, потому что уверенность в завтрашнем дне утрачена. Раньше обычный человек мог спрогнозировать свою жизнь: я оканчиваю институт, работаю, строю карьеру, получаю квартиру, ращу детей, выпускаю их из гнезда, ухожу на пенсию, помогаю с внуками. Теперь мы думаем, как бы суметь выплатить ипотеку, «продержаться» на работе, что будет, если фирма развалится, а мы останемся один на один с проблемами и кредитами. Институт брака изжил себя, семья как таковая перестает существовать. И вот в этих условиях растут дети, которые в психологическом смысле еще долго связаны пуповиной с матерью и подсознательно перенимают эти сигналы «опасно», «страшно», «безвыходно». Эти дети не родились убийцами. Практически любой насильник имеет собственный опыт насилия, потому что агрессия порождает агрессию.
Родителям подростков тоже приходится нелегко — они мечутся между двумя крайностями: гиперопекой и чрезмерной свободой для ребенка.
– Мы теряем детей и никак с этим не боремся, — комментирует РП руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях, психиатр-криминалист, доктор медицинских наук, профессор психологии Михаил Виноградов. — У подростков нет идеологии. Раньше, когда были октябрята, были пионеры, комсомольцы, все дети были пристроены к разным делам и в основной массе после уроков находились под присмотром за счет государства. Под бесплатным присмотром. Сейчас кружки и секции стоят, как правило, больших денег, родители, занятые выживанием, зачастую не могут их оплачивать. За детьми был жесткий контроль, авторитет педагога — непререкаем. Кружки и секции — вот что надо восстанавливать и строить, а не тюрьмы, которые становятся единственно возможной мерой проявления внимания к новому поколению.
Отсутствие четких нравственных ориентиров в обществе толкает подростков на необдуманные и порой жестокие поступки.
– Детей нужно приобщать к вере, это совершенно необходимо. Подумайте, после войны не одно поколение выросло на примерах молодогвардейцев, пионеров-героев, тех, кто совершил моральный и физический подвиг, будучи практически ребенком. Это прекрасно, но прежние герои, если можно так выразиться, уже слишком далеки от нынешних детей, с их точки зрения это было вообще в прошлом веке! Что такое война, они иногда и не знают. Время изменилось. Кодекс чести утрачен практически начисто. Дети сейчас куда развитее своих родителей и дедов в физическом плане, их учат читать и писать чуть ли не с пеленок, а о нравственном воспитании заботятся мало, потому родители вынуждены зарабатывать на хлеб насущный. Но если ребенка, пусть даже вместе с чтением, приобщить к вере, то простое соблюдение заповедей не позволит ему скатиться в хаос насилия. Мы сейчас активно возрождаем храмы, но надо вести в эти храмы детей, — говорит РП настоятель церкви отец Михаил.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
5 мин