Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Айтматова я читал в 20 лет, а Толстого прочту в семьдесят»

Писатель Рольф Лапперт «Русской планете» — о теплом Новосибирске, книге «Пампа блюз» и о самой сути России
Владимир Лактанов
4 мин
Рольф Лапперт. Фото предоставлено пресс-службой Goethe-Institut (Новосибирск)
В путевом списке 56-летнего Рольфа Лапперта было пять городов: Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Нижний Тагил и Новосибирск. Поводы для турне — выход романа писателя «Пампа блюз» на русском языке и год немецкого языка и литературы в России. В 2013 году за «Пампа блюз» он получил номинацию «Лучший молодежный роман» в рамках Национальной премии Германии по юношеской литературе. История 16-летнего Бена, живущего в захолустном городке Вингроден и обуреваемого желаниями и мечтами, уже переведена на семь языков и издана в разных странах мира.
В Новосибирске у Лапперта было две встречи с читателями: в государственной областной научной библиотеке и в гимназии № 1. Сначала писатель читал отрывок «Пампы блюз» на немецком, а приглашенный актер Артем Свиряков из «Театра Сергея Афанасьева» — русский переведенный вариант. Затем Лапперт отвечал на вопросы собравшейся аудитории. После встречи с гимназистами швейцарский прозаик ответил на вопросы корреспондента «Русской планеты».
– Как наша страна встретила вас? Что вы почувствовали, ступив на российскую землю?
– Я удивлен, что в Новосибирске снега нет и так тепло. Разумеется, когда сообщил родным и знакомым, что еду в Сибирь, то меня провожали с шутками: «Не останься там, не застрянь в каком-нибудь лагере».
Если серьезно, то мы по многим документальным фильмам знаем о вашей природе. Знаем, что Сибирь — это тайга и тундра. Я знал, куда еду.
– Как вам прошедшие литературные встречи в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и Нижнем Тагиле?
– У меня хорошие впечатления, все было прекрасно, публика заинтересованная — мне задавали тысячу вопросов. И если бы мы в Нижнем Тагиле сами не закончили мероприятие, то оно еще бы два часа продолжалось. Я увидел большой интерес и любопытство.
– Какой вопрос запомнился больше других?
– На первом вечере в Новосибирске задали очень многогранный вопрос. Я его не запомнил, такой он был сложный. Еще интересный вопрос был в Москве. Девушка спросила, какая «Пампа блюз» по музыкальному стилю — чисто джазовая или все-таки джаз с блюзом? Я ответил, что раз она молодежная, значит медленная. Больше блюзовая, а вот все остальные мои романы — джазовые. Потому что там много экспериментов.
– Вы увидели людей, которые интересуются вашим творчеством. Какие они?
– Они с большим вниманием слушали меня. Им было очень удобно во время чтения отрывков — они слушали их и на русском языке. Потому что даже если ты хорошо знаешь немецкий язык, лучше читать на родном. Они смеялись в тех местах, где нужно было смеяться.
***
– Переводчик вашей книги на русский язык — Евгения Смолоногова. Выходила ли она на контакт с вами, работая над книгой?
– Нет, в процессе перевода не было никаких контактов. Хотя вот китайский переводчик много вопросов задавал.
Рольф Лапперт на встрече с читателями. Фото предоставлено пресс-службой Goethe-Institut (Новосибирск)
Рольф Лапперт на встрече с читателями. Фото предоставлено пресс-службой Goethe-Institut (Новосибирск)
– Знаю, что «Пампа блюз» переведена на семь языков. На ваш взгляд, меняется ли книга от перевода к переводу?
– Думаю, если это похожие культурологические круги, то, скорее всего, все, что в одном переводе, будет и в другом. А вот в Китае другая энергетика, какие-то вещи сложно перевести на китайский. Например в Китае нет домов престарелых. Поэтому они не знают, что можно отдать пожилого человека в такое учреждение.
В России же словосочетание «дом престарелых» носит негативный оттенок, а в Швейцарии, если есть деньги, то можно оформить человека в комфортабельное заведение, где ему будет хорошо. Если российский читатель прочитает, как внук сдал своего деда, то это поймут совсем не так как, например, в Германии.
– Чем хороша ваша книга «Пампа блюз» для российского читателя? Почему ее следует прочесть?
– Это универсальная история, которая могла произойти где угодно в мире. И она очень актуальна для России, потому что здесь много таких заброшенных мест, где живут молодые люди. И сюжет о том, как можно выбраться из этого места и осуществить свои мечты, России подходит. Герои романа — обычные, вполне заурядные люди. Масловецки, конечно, немного сумасшедший, но все остальные — персонажи, взятые из нашей жизни. Конечно, не со всеми можно себя идентифицировать, но всех можно понять и прочувствовать.
– Советский Союз раньше был известен как «самая читающая страна в мире». Почувствовали ли вы на встречах культурный багаж россиян?
– Я заметил, что в Исландии и России больше всего книг в книжных шкафах. Думаю, это связано с тем, что у людей в малых городах не так много развлечений. Поэтому они так много читают. В Швейцарии, кстати, все меньше читают, и я только надеюсь, что эта традиция не уйдет в никуда.
– Что для вас, швейцарца, Россия? Какими писателями и поэтами вы восхищаетесь?
– Любимый писатель — Владимир Набоков. Был у меня период, когда прочел все произведения Чингиза Айтматова. Современной русской литературы я не знаю. В моем книжном шкафу дома стоит вся русская классика: книги Пушкина, Толстого и Достоевского. И они ждут того часа, когда я их все же прочитаю. Но я это сделаю, когда мне будет 70 лет.
– Чем покорил вас Чингиз Айтматов?
– Я прочел его книги, когда мне было 18–20 лет, и они меня восхитили своей экзотичностью и сильными историями, которые часто заканчивались трагично.
– В России, к сожалению, почти ничего не знают о швейцарской литературе. Что она собой представляет? Она — цельный субъект мировой литературы или живет вместе с немецкой литературой?
– Швейцарская литература не такая герметичная, как еще несколько лет назад. Она достаточно хорошо открыта миру и является частью германоязычной литературы вместе с немецкой и австрийской. У нас есть писатели, например Готтфрид Келлер, который писал для широких масс, поэтому его творчество изучают в школе. Но молодые авторы путешествуют по всему миру, события их произведений могут происходить где угодно. Вот и я прожил некоторое время в Ирландии и не пишу сейчас только о Швейцарии.
– Вы себя считаете немецким писателем или швейцарским?
– Я европейский писатель, который пишет на немецком языке и рожден в Швейцарии.
***
– Есть ли персонаж русской литературы, который, на ваш взгляд, олицетворяет Россию?
– Профессор Тимофей Пнин из романа Владимира Набокова «Пнин». Может, он не совсем русский, потому что живет в США, но вот мне очень нравится своими чертами и характером, и для меня он — стопроцентный русский.
Фото предоставлено пресс-службой Goethe-Institut (Новосибирск)
Фото предоставлено пресс-службой Goethe-Institut (Новосибирск)
– Какие темы и сюжеты в русской культуре, истории и современности вам интересны? Может быть, это некая личность или событие, о котором вы хотели бы написать произведение?
– Я никогда не создам произведение на основе исторических событий и не отношусь к писателям, которые занимаются поиском материала перед написанием книги. У меня есть друг-писатель, который изучал историю, и он в своих книгах использует реальных исторических лиц, но я так не могу. Я же очень охотно фантазирую, поэтому легко выдумываю персонажей и действия.
– Это путешествие в Россию может вас сподвигнуть на написание рассказа?
– Меня об этом спрашивали, и думаю, что это вполне возможно. Но я не сразу все использую, это может быть спустя несколько лет. Мои путешествия начались с юности, я видел много людей, событий, мест, и так или иначе это находит отражение в моей прозе. Так что возможно, что Новосибирск как место действия появится в одном из моих новых романов.
– Какое главное впечатление у вас останется после этого визита в Россию?
– Очень рад, что эта поездка состоялась — всю жизнь мечтал побывать в Санкт-Петербурге. Это был номер один в моем списке приоритетов. Как турист, я бы так далеко никогда не забрался в Сибирь. Максимум бы добрался до Москвы, но дальше, на восток, — это вряд ли. Хотя именно здесь самый сок России, ее суть.
– Что вас сильнее всего поразило?
– Тот факт, что Санкт-Петербург возник на болоте и сколько тысяч жизней стоило создание этого города. И архитектура этого города не может никого оставить равнодушным.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин