Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Я вызвался»

«Русская планета» говорила с краснодарцем, который в течение трех месяцев возит в Луганск гуманитарные грузы
Елена Коваленко
3 мин
Ренат Каде (справа). Фото: Андрей Кошик.
Об украинских событиях 29-летний житель кубанской столицы Ренат Каде узнает не из новостных сводок. Он вырос в Луганске и хорошо знаком с ополченцами и представителями самопровозглашенной народной республики. Уже три месяца Ренат возит им гуманитарные грузы.
– Знаешь, не раз слышал от российских добровольцев, которые не остались в стороне и приехали в ополчение, что то, что показывает про Украину наше телевидение — лишь маленькая доля правды. Я с этим согласен, — говорит Ренат. — Все гораздо хуже и сложнее.
На российско-украинскую границу с гуманитарным грузом он ездит 2-3 раза в неделю. Иногда их приходится передавать под минометным обстрелом или стоя по пояс в воде.
Ренат вырос в Луганске. Учился на факультете иностранных языков педагогического университета и параллельно на факультете международной экономики Восточно-украинского национального университета имени Даля. Студентом уехал учиться в Германию, подрабатывал там поваром, «гонял» машины в Россию. С 2008 года переехал в Россию. Сейчас с семьей живет в Краснодаре.
«Рассчитывали на крымский сценарий»
Едем по федеральной трассе М-4. По обе стороны — ярко-желтые поля подсолнечника. Чем ближе к границе, тем чаще встречаются машины с украинскими номерами. Остановились на заправке перед российским Донецком. Тут же стоит белый микроавтобус с мужчинами в хаки и с проводками от раций в ушах. Из автобуса вывели невысокую темную женщину. Руки за спиной, но смотрит вызывающе. Под конвоем идет в дамскую комнату. Скорее всего, украинская снайперша. Ориентировки на таких «жриц войны» расклеены в самом Луганске. Все сплошь — молодые девушки со спортивной подготовкой.
По дороге Ренат рассказывает о себе. 
– Искренне обрадовался, когда узнал, что Луганск хочет присоединиться к России. Тысячи луганчан, пришедших на референдум, думаю, рассчитывали на крымский сценарий, на то, что их мирно присоединит к себе Россия, и тесные экономические связи будут дальше развиваться. В Луганске же люди испокон веков говорят на русском языке. Родственники и друзья живут по обе стороны границы.
Помочь с поставками медикаментов и продуктов Рената попросили представители ЛНР: после референдума о самоопределении Луганской народной республики отношения с Киевом стали меняться. Краснодарец обратился к знакомому, активно пользовавшемуся социальными сетями, и бросил клич о помощи. Примерно в это же время начинал работать краснодарский штаб «Национального освободительного движения», занимавшийся сбором гуманитарной помощи.
– Так получилось, что в этом штабе не было представления о том, как нужно доставлять груз по ту сторону границы. Начали собирать помощь, надеясь на случай. Я вызвался возить гуманитарку. Перед этим начались проблемы с бизнесом, стал подрабатывать в такси и взял в аренду иномарку. А сейчас вместо поездок с пассажирами по городу стал курсировать к границе. Конечно, это сказывалось на семейном бюджете, который пришлось урезать. Но я прекрасно понимал, что даже банка тушенки или бинт на той стороне может спасти кому-то жизнь.
Если бы Ренат стал пересекать границу официально, через пункт пропуска, то попал бы под статью «помощь террористам» по версии киевских властей. Поэтому ему приходилось передавать грузы в поле. Например, в районе села Печановка и Шевелевка.
– Шевелевку вы ни на одной карте не найдете. Российско-украинская граница в их районе проходит четко по руслу реки — один берег российский, другой украинский. Но местные знают о броде, в котором речку можно переходить. Вот однажды и я передавал коробки с печеньем и тушенкой, стоя по пояс в воде.
«Готовы поделиться с беженцами последним»
Ренат близко общается с ополченцами. Но старается много о них не рассказывать. По его словам, большинство из них не имеют боевого опыта, но встречаются и те, кто прошел Афганистан.
– Встречал там и граждан России. Они говорят, что не смогли остаться дома, посмотрев репортажи и сводки новостей о том, что творится у наших братьев.
На вопрос о материальном положении ополченцев, Ренат рассказывает историю одного из них.
– Его позывной Бес. Когда подвозил его с травмированной ногой в донецкую больницу, он попросил сто рублей на такси, чтобы добраться обратно, до своих. Вот такое материальное положение, — вспоминает краснодарец. — Они сами говорят, что не собираются наживаться, не получают материальных благ. Их семьи от этого тоже страдают. И помощь, которую я перевожу, отчасти идет семьям ополченцев.
По словам Рената, в приграничной Ростовской области, где он иногда загружает машину гуманитарной помощью, созданы крупные склады, аккумулирующие продукты и медикаменты, присылаемые со всей России.
– В Краснодарском крае мы пока думаем над созданием подобного единого склада, — объясняет он. — Пока мне зачастую приходится выполнять даже государственные функции, координируя ополченцев и некоторые службы на нашей стороне.
О российских пограничниках Ренат говорит с благодарностью.
– Они все понимают. На их глазах тысячи беженцев бежали от войны. Они услышали сотни историй и часто готовы поделиться с беженцами последним. Один пограничник отдал ополченцам свой личный бинокль. 20 июня, когда Нацгвардия обстреливала пограничный пункт «Донецк», российские таможенники сделали все возможное, чтобы спасти максимальное количество людей. Они, пусть формально и нарушая инструкции, запустили всех на безопасную площадку и только потом начали проверять документы, заполнять миграционные карты.
Сам Каде под обстрелы тоже попадал. 5 июля, когда он обсуждал передачу груза ополченцам, стоя перед шлагбаумом на российской стороне, в 15 метрах от машины упал снаряд.
– Не думал никогда, что так быстро падать на землю умею, — улыбается Ренат. — К счастью, это оказалась пристрелочный снаряд. Была бы боевая мина, машину разнесло бы.
Подъезжаем к границе. На посту «Донецк» безлюдно. Еще месяц назад сотни беженцев стояли здесь по полтора часа, ожидая пропуска. Переходим границу. Бывший украинский пункт пропуска, с начала июня контролируемый ополченцами, во время боев пострадал, но не сильно. Украинский трезубец с его фасада сбит. Надпись «Украiна» заменена на «Руiна». Ополченцев около двадцати, у всех на плечах автоматы, у многих еще и пристегнутые к поясам пистолеты.
Короткий разговор об обстановке, перестрелке с нацгвардейцами, крепкие мужские шутки. Ребята спешно и с благодарностью разбирают коробки, тут же распределяя, что нужно переправить в Луганск, а что необходимо оставить здесь, на линии огня.
 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
3 мин