Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Не надо запугивать будущих родителей»

Чем нынешнее ЭКО отличается от процедур 20-летней давности и каким мифам на эту тему больше не нужно верить
Владимир Лактанов
7 мин
Работа Научного центра акушерства. Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС
Первый «ребенок из пробирки» родился в Англии в 1978 году, в России — в 1986 году. Сегодня с помощью экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) на свет ежегодно появляются тысячи детей.
В 2014 году в Кировской области совершенно бесплатно для пациентов было проведено 447 процедур ЭКО. Однако некоторым супружеским парам, мечтающим о ребенке, обратиться за помощью к врачам мешает множество ложных мифов, сложившихся вокруг этого метода. «Русская планета» попросила развеять их доктора медицинских наук, акушера-гинеколога, репродуктолога Галину Лягину.
– Галина Тимофеевна, как изменилась практика ЭКО за 30 лет, которые прошли с тех пор, как эта технология была освоена в России?
– Основное изменение состоит в том, что в несколько раз увеличился список показаний для проведения ЭКО. Раньше этот метод использовался лишь в том случае, когда зачатие естественным путем абсолютно невозможно. А теперь ЭКО назначают при целом ряде гинекологических заболеваний — например, при поликистозе. Веским поводом обратиться в клинику по оплодотворению может стать и возраст женщины — после 35 лет традиционным способом забеременеть проблематично. Хотя, конечно, бывают и исключения. Недавно к нам обратилась 49-летняя женщина, но пока мы делали анализы, она уже забеременела.
Кроме того, на сегодняшний день удалось существенно снизить число осложнений после ЭКО — таких, как гиперстимуляция яичников, доставлявшая женщинам серьезный дискомфорт. Появились и инновационные методики — к примеру, генетическое исследование эмбриона перед тем, как он будет имплантирован женщине, гарантирующее, что в нем не будет хромосомных отклонений. Также стало возможным контролировать развитие эмбрионов и определять патологические изменения в них в режиме нон-стоп.
Еще одно достижение — отбор оптимальных по характеристикам сперматозоидов. Ведь из-за плохой экологии, некачественного питания, постоянных стрессов качество мужской спермы постоянно снижается. А современные технологии ИКСИ позволяют отобрать единственный дееспособный сперматозоид из миллиона непригодных, и в результате мужчина может стать биологическим отцом даже при самой тяжелой степени бесплодия.
В общем, если не вдаваться в детали, то новейшие технологии ЭКО подразумевают существенно более длительный подготовительный процесс, зато позволяют достичь лучшего результата.
С большим интересом читаю о революционных исследованиях, которые ведутся сейчас в Англии. Там сейчас отрабатывается методика оплодотворения, позволяющая использовать одновременно и материал родителей, и доноров. Из яйцеклетки матери вынимают ядро и заменяют им ядро донорской яйцеклетки. Это позволяет исключить передачу таких наследственных заболеваний, как диабет, рассеянный склероз, патологии соединительной ткани и многих других. Когда эта технология будет отработана, она поможет и многим российским женщинам.
– А какие уже применяющиеся методики вы считаете самым большим достижением в области ЭКО?
– На мой взгляд, основной прорыв в том, что нам удалось исключить многоплодность. Сейчас в 90% случаев мы переносим всего два эмбриона, а не несколько штук, как раньше.
– Если пара завела ребенка с помощью ЭКО, сможет ли она после этого зачать младенца естественным путем?
– Разумеется. Но лишь в том случае, если к методу ЭКО пришлось прибегнуть не по медицинским показаниям.
– Экстракорпоральное оплодотворение доступно для всех женщин без исключения?
– К сожалению, нет. Список противопоказаний достаточно длинный. Например, онкологические заболевания, серьезные проблемы с сердцем или почками, психические расстройства.
Галина Лягина. Фото из личного архива.
Галина Лягина. Фото из личного архива.
– Главный онколог России Михаил Давыдов заявил этой весной, что 70% детей, рожденных с помощью ЭКО, имеют серьезные проблемы со здоровьем: у них не развита иммунная система, есть нарушения слуха, зрения. Они не отличаются интеллектом и не могут освоить школьную программу. Вы согласны с такой точкой зрения?
– Да, это интервью вызвало большой резонанс в профессиональном сообществе. Лично я считаю это заявление ничем не подкрепленным. У нас нет никаких данных, что дети, появившиеся на свет с помощью ЭКО, отличаются от остальных своих сверстников в физическом или умственном развитии. И российские, и отечественные исследования не выявили отклонений у детей, рожденных после ЭКО. Скажу больше: как правило, эти дети более развиты и интеллектуально, и физически просто за счет того, что родители долго ждали их появления и уделяют им намного больше внимания, чем в семьях, где не было проблем с рождением наследников.
Я крестная мать нескольких детей, рожденных в нашей клинике. Старшему из них уже 24 года. Это прекрасный, очень талантливый молодой человек. Окончил юридический факультет университета, сейчас учится в аспирантуре. Никаких особенных проблем со здоровьем у него нет. И, кстати, недавно он женился, и жена забеременела естественным путем. Поэтому мне будет жаль, если кто-то поверит словам Давыдова и решит отказаться от ЭКО, лишив себя возможности завезти здорового ребенка.
Любые попытки дискредитировать ЭКО я считаю, по меньшей мере, безнравственными. Те, кто поднимает панику, не понимают, что этим они наносят серьезный психологический вред парам, у которых просто нет другого варианта испытать счастье быть родителями. Не стоит забывать — от бесплодия страдает множество семей в России. Не нужно запугивать этих людей.
– И все же многие верят, что дети из пробирки отличаются от тех, что зачаты естественным путем…
– Думаю, что многочисленные мифы про плохое здоровье «детей из пробирки» появляются из-за того, что чаще всего к методу искусственного оплодотворения прибегают женщины 35–40 лет. Как правило, к этому возрасту они уже успевают обзавестись несколькими хроническими заболеваниями, и это негативно сказывается на течении беременности и развитии плода. Но дело здесь не в том, каким путем женщина забеременела. Если бы это произошло естественно, негативное влияние возрастных факторов было бы таким же в точности. Поэтому я всегда напоминаю женщинам: хотя сегодня и стало модно рожать детей как можно позже, не нужно откладывать беременность на потом. По медицинским нормам любая женщина, забеременевшая после 26 лет, считается старородящей. И этого пока никто не отменял.
Поэтому мой совет парам, которые решили завести ребенка: если в течение двух лет не получилось сделать это естественным путем, то не нужно тянуть, лучше обратиться к репродуктологам. А если женщина старше 35 лет, то ждать стоит не больше полугода. Тем более что сейчас существует такая процедура, как криоконсервация. Если хочется завести ребенка не прямо сейчас, а через несколько лет, то лучше всего заранее обратиться в клинику, где смогут заморозить яйцеклетки, сперматозоиды или эмбрионы, чтобы использовать их тогда, когда они понадобятся.
Кстати, то, что наши пациентки, как правило, возрастные, привело к появлению еще одного мифа — что беременность после ЭКО проходит тяжелее, а при родах в обязательном порядке приходится делать кесарево сечение. Повторюсь: течение беременности зависит не от способа зачатия, а от состояния здоровья женщины.
– А после какого возраста врачи откажут женщине в ЭКО?
– После 55. В Испании был случай, когда с помощью ЭКО родила женщина 67 лет. Но это произошло только из-за того, что она обманула врачей, убедив их, что ей 55. Во всем мире это пороговый возраст для зачатия с помощью экстракорпорального оплодотворения. Честно сказать, мне кажется, что и этот порог слишком низкий — ребенка ведь нужно не только родить, но еще и воспитать.
– А что самое тяжелое для женщины в процедуре?
– Наверное, ожидание результата. Немногим удается забеременеть с первой попытки. Как правило, приходится повторять процедуру не один раз. Обычно мы не предпринимаем больше шести попыток — иначе гиперстимуляция яичников плохо скажется на здоровье женщины. А, наверное, самое тяжелое для нас, врачей — это отказывать парам, которым попыток не хватило, и они понимают, что с мечтой о ребенке придется проститься.
Кстати, за 30 лет применения ЭКО результативность лечения серьезно выросла. Если в первые годы использования этой технологии беременели единицы, то сейчас средняя частота наступления беременности в российских клиниках составляет свыше 37%. Для сравнения, в Европе этот показатель равен примерно 30%.
– Расскажите, пожалуйста, какой случай из вашей практики стал самым незабываемым?
– Одна из женщин, которой удалось забеременеть только с шестой попытки ЭКО, попросила меня присутствовать при родах. Сказала, что это придаст ей уверенности. Так вот: когда я сама рожала, наверное, и половины того не пережила, что испытала, наблюдая за ее родами. А когда взяла на руки новорожденную девочку, то буквально почувствовала, что это и мой ребенок тоже!
Я очень благодарна судьбе, что у меня такая прекрасная профессия — помогать чуду рождения новой жизни. Я сама мать и понимаю, насколько важно для женщины иметь детей. Поэтому то, что в этом году в России был принят закон, позволяющий проходить процедуру ЭКО совершенно бесплатно, по полису ОМС и неограниченное число раз, я считаю главным достижением в области экстракорпорального оплодотворения за все 30 лет его применения.
Алена Иванова, мать двух новорожденных дочерей (фамилия изменена):
– О том, что у нас не может быть детей, мы с мужем узнали через пять лет после свадьбы. Я никак не могла забеременеть, долго проходила обследование, которое показало, что со мной все в порядке. А вот у мужа нашли серьезные проблемы. Врачи сказали, что он не сможет стать отцом ни при каких обстоятельствах. Мы были потрясены, очень переживали. Я предложила подумать об усыновлении. Но муж сказал, что это нечестно по отношению ко мне — раз я могу стать матерью, значит, несправедливо лишать меня этой возможности.
Ребенок, зачатый с помощью новой технологии ЭКО. Фото: Danny Lawson/PA Photos/ТАСС
Ребенок, зачатый с помощью новой технологии ЭКО. Фото: Danny Lawson/PA Photos/ТАСС
Мы обратились в клинику, вместе выбрали донора, подписали документы о неразглашении тайны зачатия нашего ребенка. Со второй попытки ЭКО я забеременела. Прижились оба эмбриона, и мы решили их оставить. Беременность я переносила нелегко, был сильный токсикоз, проблемы с почками. При родах, которые были на 35 неделе, пришлось делать кесарево сечение.
Но сейчас это все уже не важно. Теперь у нас две чудесных дочки, Мария и Милена, им уже 5 месяцев. Маришка, когда родилась, весила почти на полкилограмма меньше, чем сестра, но потом всего за месяц догнала ее. Она спокойнее, поест — и сразу спать. С Миленой сложнее — она активнее, чаще капризничает, плачет. Но главное, что со здоровьем у них  все нормально, не сглазить бы. Конечно, нам не удалось избежать дисбактериоза, например, но никаких патологий врачи не находят.
Мы с мужем счастливы, что решились на этот шаг. О том, что я забеременела с помощью донора, не знает никто, даже наши родители. Они говорят, что дочки в точности такие же, как я в их возрасте, прямо копия. А муж верит, что раз со временем супруги становятся похожи друг на друга, то и дочки, когда вырастут, будут больше похожи на него, чем на биологического отца. Хотя это и неважно, он все равно любит их — как мне кажется, даже больше, чем меня.
Елена Петрова (фамилия изменена):
– Нашему сыну сейчас 7 лет. Он родился благодаря ЭКО — другого варианта забеременеть у меня после первых родов не было.
Мы с мужем очень переживали, когда узнали, что если мы хотим иметь еще детей, то нам придется воспользоваться искусственным оплодотворением. Я начиталась всяких страшилок, что потом «дети из пробирки» хуже развиваются, у них проблемы с сердцем, у самих женщин из-за лошадиных доз гормонов перед ЭКО часто возникает онкология… В общем, переживала страшно.
Когда сын родился, почти сразу начала бегать с ним по врачам, проходить все возможные обследования. Более-менее успокоилась, наверное, только года через три, когда окончательно стало понятно, что все с ним хорошо. Ходить он начал в 11 месяцев, говорить – в год и два, читать начал сам в 2,5 года. До того, как мы отдали его в детсад, ничем не болел, даже колик не было — только температура, когда зубы резались. В детсаду, конечно же, сразу подхватил ветрянку, периодически приносит ОРВИ, грипп. Но все эти болезни роста — неизбежное зло.
Сын у нас большая умница, занимается футболом, ходит на танцы, по-английски говорит уже лучше нас с мужем. Единственное, чем он отличается по состоянию здоровья от старшей сестры — так это тем, что у нее сильная аллергия на цитрусовые и морепродукты, а у него почему-то нет. Я в интернете общаюсь со многими ЭКО-мамами, у которых дети примерно того же возраста. И патология есть только у одного из них — тяжелый порок сердца, исключены любые физические нагрузки. С остальными все в порядке, все как у обычных детей, а то и лучше, потому что их родители проходят доскональное обследование, не пьют, не курят и следят за здоровьем во время зачатия и беременности. Единственная серьезная проблема — что, наверное, все мы слишком балуем наших выстраданных, вымоленных деток. 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
7 мин