Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

Немолодые «молодые»

Как женятся, разводятся и чего ждут «старые перечники» из геронтологического центра в Рязани

Владимир Лактанов
6 мин

Марья Ильинична отпраздновала 100-летний юбилей. Фото: Екатерина Вулих.

Я готовилась увидеть стены мышиного цвета, обшарпанный линолеум и бабушек в скорбных платочках. А натолкнулась на современный домофон на воротах, любезного охранника, свежие обои, уютные диваны, кресла и удивительной красоты аквариумы в холлах. Некоторые старушки, впрочем, и правда, носят платочки. Остальные с огромным удовольствием выдумывают себе стрижки и прически. Парикмахер появляется в доме престарелых два раза в неделю и никогда заранее не знает, что на этот раз придумают ее подопечные.
– То заказывают краску, то передумывают, сначала отращивают волосы, потом просят современную стрижку — просто затейницы-невесты они, бабули наши! — говоритЕлена Жидкова, лихо орудуя ножницами.
Есть у парикмахера-универсала и менее оптимистичные обязанности: стричь и брить лежачих постояльцев. Тут уж не до фантазии, лишь бы провести гигиенические процедуры. Но об этом — отдельно.
Директор геронтологического центра Наталья Епихина подходит к вопросу внешнего вида женской половины богадельни весьма серьезно.
– У нас есть семейные пары, которые повстречались именно здесь. Мы им даем отдельные комнаты. А так как женихов гораздо меньше, чем невест, женщины стараются выглядеть: сами понимаете, конкуренция.
Одна пара постояльцев поженилась совсем неожиданно для всех. «Мы просто гуляли по улице, дошли до ЗАГСа Московского района, тут я и предложила своему спутнику подать заявление. А что? Дружим мы давно, успели узнать друг друга достаточно близко, пора было и пожениться!», — рассказала потом «молодая» Наталье Леонидовне. Позже выяснилась еще одна судьбоносная подробность: в молодости жених работал на одном из рязанских заводов, а невеста служила на том же предприятии поваром. Виделись, здоровались… А затем уже встретились в центре.
– Еще одна пара — хуже молодоженов с характером. То сходились, то расходились. И ведь каждый раз официально: развод — бракосочетание, развод — свадьба! Так что у нас тут та еще «Санта-Барбара», — посмеивается директор.
Имеется в коллективе и своеобразная «постоянная вдова»: нашла трех мужей — все трое умерли в стенах центра. К ее горю относятся с пониманием, никто не шутит и не называет «черной вдовой».
– Видимо, потому, что у женщины очень добрый характер, она стремится всех опекать, каждому помочь, поухаживать, — предполагает Наталья Леонидовна.
Совсем недавно в центре поселился «новенький». Видный мужчина, однако держится особняком, участия в коллективных посиделках не принимает. Директору уже поступают жалобы на потенциального жениха: «А что это он не хочет замечать моей симпатии?! Я ж к нему со всей душой!».
«Просьба разобраться, почему меня обозвали старой перечницей»
Пьем кофе из кружек с изображением Елизаветы II в директорском кабинете.
– Это внучка одной из наших старушек привезла из Англии — она там живет. У многих ведь есть дети и внуки, просто судьба по-разному складывается и обстоятельства всякими бывают, — серьезно говорит директор.
Признается, что сама перед тем, как получить эту работу, думала: как же можно «сдать» родного человека, мать или отца, в старческий приют? Поработав некоторое время, поняла, что не все так просто. Говорит, что некоторые постояльцы в прошлом были партийными руководителями, директорами в учебных заведениях и привыкли командовать так, чтоб им подчинялись беспрекословно. После выхода на пенсию начинали командовать домочадцами — возникали вполне ожидаемые конфликты. Такие старики понимают сами, что им лучше «среди своих», а не с молодым поколением.
– У них и «междусобойные» конфликты случаются: посмотрели телевизор, не сошлись во взглядах, обозвали друг друга — пришли ко мне требовать расселения. А мы со временем перестали уделять этому пристальное внимание, потому что через два дня снова мирятся – снова переезда требуют. Они ж порой как дети, — констатирует Наталья Леонидовна.
Рассказывает, что одно время у нее скопилось множество тетрадок: бывшие партийцы вели протоколы всех собраний и концертов, праздников и ссор. Приходили к директору с этой «документацией» и требовали разобраться, почему такой-то поступил не по-мужски, а такая-то обозвала нехорошими словами.
– Если что-то серьезное — мы с психологом конфликт разбираем, но чаще – сиюминутные обиды. Сами мирятся и обнимаются потом. Но есть подопечные, которые постоянно конфликтуют — очень тяжелые характеры!
Среди «конфликтных» есть те, кого навещают каждую неделю, а есть и такие, к кому приезжают раз в год. Был случай: одну старушку выжила из дома невестка, бабушка поселилась в богадельне. Потом сын женился второй раз, и другая невестка натурально потребовала вернуть свекровь на прежнее место. Так постоялица вернулась в родной дом. У другой женщины сын проиграл все имущество вместе с квартирой, после чего его убили. Старушка пришла сама проситься в приют.
Но обычно постояльцев в центр направляют территориальные отделы социальной защиты населения.
– Необходимо собрать пакет документов, в том числе о состоянии здоровья. У нас ведь 80% пожилых — маломобильны, передвигаются с трудом. Много лежачих, за которыми в домашних условиях ухаживать некому, — поясняет она.
У родственников для этого часто нет ни времени, ни навыков: утром накормят — уйдут на работу, вечером накормят — лекарства дадут, памперс поменяют.
– А им нужно и пролежни обрабатывать, и массажи делать, и общаться, — объясняет Наталья Леонидовна.
Обо всем этом первым делом рассказывают на курсах сиделок — они открыты при геронтологическом центре. Кто-то приходит туда для того, чтобы научиться ухаживать за родственником, а кто-то из профессиональных соображений — сиделки сейчас востребованы.
– Инсульт, увы, «молодеет», а от таких бед, как перелом шейки бедра вообще никто не застрахован, потому мы и открыли курсы. Учим обязательным манипуляциям в отношении больного, а также «работать ушами» — выслушивать пожилых, — говорит директор.
Складывается ощущение, что директор заботится о своих подопечных, не потому, что это — ее работа. Выясняется, есть и личные мотивы.
– Мой сын передвигается на инвалидной коляске. Я прекрасно понимаю, что рано или поздно он окажется в подобном заведении. Поэтому постоянно думаю, а как ему будет на месте этих стариков, комфортно ли? — говорит Наталья Леонидовна.
В этом геронтологическом центре на 70 постояльцев приходится 73 сотрудника, на каждого пожилого человека выделяется более 20 тысяч рублей в месяц.
Призывник в декретном отпуске и медбрат-«щекотун»
Вроде бы, все в порядке.Но проблемы, по словам директора, приходят оттуда, откуда их вовсе не ждали.
– Вот одна из бед: телереклама лекарств и биодобавок. Наши ходячие идут в аптеку, покупают и себе, и лежачим соседям непонятные препараты, верят в них на все сто процентов, а прописанные нашими врачами лекарства прячут под подушку: мол, мы нашли панацею, — рассказывает Епихина. — И ведь не уследишь, обыскивать не станешь, у нас не тюрьма.
Медперсоналу приходится следить за тем, чтобы пожилые постояльцы принимали все прописанные им лекарства, а «диетические» — не употребили что-нибудь жирно-остро-сладкое из магазина.
Еще одна проблема геронтологического центра: катастрофически не хватает мужской рабочей силы. А она необходима, если нужно транспортировать лежачих со второго этажа на улицу на подъемнике, переворачивать постояльцев с избыточным весом, выкатывать в колясках во двор. Директор приводит пример: подняли изголовье кровати под больной весом в 150 килограммов, а она сползла вниз. Три женщины с трудом вернули ее в исходное положение.
Проходили альтернативную службу в центре и призывники-пацифисты. Баптисты и «Свидетели Иеговы» очень надоедливо проповедовали свою веру пожилым. Один санитар-призывник, побегав немного с медицинскими утками, принес справку о том, что он уходит в отпуск по уходу за ребенком. Его жена этого сделать не смогла — у нее ответственная работа.
– Другой поработал и пропал. Я кинулась его разыскивать, мало ли что с великовозрастным ребенком случилось? Звонила в военкомат, потом дозвонилась до его матери. А она мне заявляет: «Сын по путевке отдыхать уехал, что такого, он потом отработает!». В общем, ждали помощи, а получили кучу проблем, — говорит Наталья Леонидовна.
Приходили в геронтологический центр, по ее словам, и бездушные недоросли. Одного застали, когда он щекотал ноги неподвижного старика, ожидая реакции.
– Но есть и хорошие парни. Двое сейчас работают, один — на кухне. Но на новобранцах же не написано, какие они.
Еще одна большая проблема — желание многих постояльцев обзавестись домашними животными. По правилам внутреннего распорядка содержание животных запрещено.
Сама Наталья Леонидовна мечтает о мини-зоопарке: чтоб были попугайчики и белки, лошадь, собаки и кошки. Лошадь уже даже думают покупать.А пока директору приходится нарушать правила.
– Есть у нас одна старушка, жена цыганского барона. А у нее две кошки! Как подобрала, как принесла — все тайком. А теперь рука не поднимается выкинуть — боимся, что бабушка умрет от горя, ей совсем нельзя переживать, — говорит директор.
Песни-пляски и коллективное одиночество
Осматриваем центр. Наталья Леонидовна открывает первую попавшуюся дверь — раздается музыка, кружатся пары. Идет подготовка к 9 Мая.
– К нам из Рязанского правительства приходят, дети из школ, студенты, даже из детских садов — с праздниками поздравляют. Вроде старики все вместе, а общения с внешним миром не хватает, — поясняет директор.
Она мечтает о том, чтобы к ним приходило больше волонтеров, особенно детей — старики преображаются, видя маленьких. У некоторых из них есть «внуки по переписке» — волонтеры пишут им письма о своей жизни, а старики им отвечают.
– У них же все письма в коробочках, стопочками хранятся, ленточками перевязанные. Это их богатство! Еще мы думаем о компьютере с интернетом и скайпом — пусть общаются. Но места мало, помещение никак не можем выделить пока. Найдем, — с надеждой говорит Епихина.
За другой дверью — лежачие старики. Под ними специальные ортопедические матрацы и кровати с пультом управления, рядом — «тревожные» кнопки с переговорными устройствами. Подъемные бортики на кроватях, а неподалеку всегда дежурная санитарка и медсестра. Обязательный телевизор. Несмотря на все это, в глазах стариков — тоска. С Натальей Леонидовной и незнакомым корреспондентом здороваются с большой охотой.
– Марья Ильинична, как вы себя чувствуете? — кричит директор старушке прямо в ухо.
– Хорошо отпраздновали, не жалуюсь! — бодро отвечает она.
Оказывается, в марте бабушка справила самую что ни на есть круглую дату — 100 лет.
В соседней комнате бабушка Зинаида Кирилловна с готовностью рассказывает о фотографиях, лежащих на ее комоде.
– У меня восемь внуков и 13 правнуков, и все — корейцы, потому что я во время войны вышла замуж за корейца, — в июле старушка отметит 90-летие.
Екатерина Андреевна и Любовь Алексеевна четко отвечают, какие передачи смотрят по телевизору: российские и местные новости, «Давай поженимся», «Поле чудес», а сериалы не смотрят — говорят, слишком они долгие. Примерно в середине бабушки забывают, с чего начиналась «мыльная опера», возникают серьезные споры, откуда какой герой взялся.
– Все новости знаем, в курсе, что на Украине творится. Это что там за бандеровцы объявились?! Нельзя так, нет, нельзя! — убеждена Екатерина Андреевна, в прошлом — учитель физики.
– А как у вас насчет картишек? Все поигрываете? — сурово интересуется директор, а обе пристыженные старушки отводят взгляд.
Распорядка дня чаще всего пенсионеры не придерживаются: сначала требуют «больше свобод», а потом бывают не в состоянии дотянуть у телевизора до разрешенных 23.00 — засыпают.
Александра Алексеевна живет в комнате одна, соседей не хочет, потому что ей надо «часто молиться и помогать батюшке при церкви». Сама церковь Святого Великомученика Пантелеймона, пристроенная к богадельне, особая.
– Икона святого целителя как раз в День великомученика Пантелиимона (8 августа — РП.) в 2012-м году мироточила, — тихо говорит Наталья Леонидовна, показывая мне внутренне убранство церкви. — Потому возле этой иконы у нас всегда горит лампадка.
Наталье Леонидовне нужно возвращаться к своим непосредственным обязанностям.Один из вопросов — куда сгружать огромное количество яиц, привезенных к Пасхе — требует ее незамедлительного вмешательства.
– Наши так ждут этого праздника, к парикмахеру целая очередь стоит, нарядные одежды отдают в прачечную, — объясняет Наталья Леонидовна. Она уже почти проводила меня до двери по извилистым узким коридорам, но нас остановила сухонькая маленькая старушка.
– Возьмите гостинчик, это вам обеим, — бабушка протянула нам по конфете и заглянула в глаза. — А вы еще зайдете, поговорить?
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин