Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

Жизнь на острове

Как живут беженцы с Украины в пункте временного размещения во Владивостоке

Владимир Лактанов
6 мин
Пункт временного размещения на острове русском. Фото Татьяны Дубко
Приморье готово принять почти 3 тысячи украинцев. Сейчас их экстренно расселяют в пункте временного размещения на острове Русском. Как живут люди эти люди с «неопределенным гражданством»? Чтобы узнать это, корреспондент «Русской планеты» 2 дня провел в лагере беженцев.
Умный — в Россию, богатый — в Канаду
– Восьмерку ищите? — интересуется охранник на въезде у северной проходной Дальневосточного федерального университета. К журналистам, еще и без сопровождения, относятся настороженно. — Вообще-то без разрешения нельзя. Впрочем, ладно. Спуститесь ниже, у любого охранника спросите, вам объяснят, куда идти.
«Восьмерка» — это пятиэтажное университетское общежитие на острове Русский. Его недавно переквалифицировали в пункт временного размещения (ПВР) для беженцев с Украины. Несмотря на каникулы, жизнь здесь буквально бурлит. На площадке играют дети, на крыльце курят мужчины, тут же женщина по-хозяйски моет входную лестницу. Говорят о работе и жилье. Ухо сразу улавливает заметный украинский говор.
Украинцы к прессе благожелательны. Улыбчивая молодая девушка Елена провожает меня на третий этаж — единственный, заселенный полностью.
– Я из Краматорска. Жду, когда молодой человек приедет. Он еще в Украине. Мы вообще-то в августе пожениться должны были. Но так обстоятельства сложились. Уехали к вам. Такое вот свадебное путешествие, — рассказывает она.
Восьмерка на «лагерь беженцев» не похожа. Это скорее санаторий или мини-отель с твердыми «двумя звездами». Узкий чистенький коридор, слева и справа — комнаты. Для каждой семьи — по одной, пусть и небольшой, но своей и с санузлом.
– Здесь у нас врачи прием ведут. На днях прививки делали. А вот слева бытовка. Сегодня была большая стирка. Машинки, правда, еще не подключены, в тазиках стираем. Видите, сколько всего сушится. И большинство этих вещей, особенно детских, нам принесли. Вы знаете, мы так благодарны владивостокцам. Приятно, что обычные люди привозят сладости, игрушки, одежду. Вниманием не обделяют. В среду «Красный крест» ждем, — продолжает экскурсию Елена.
Чуть дальше по коридору находится игровая для детей, а сразу за ней небольшая кухонька — «дискуссионный клуб», шутят переселенцы. В центре комнаты — телевизор, включен почти круглосуточно. Вот и сейчас пять постояльцев смотрят выпуск новостей. Корят российские СМИ в излишней лояльности, мол, слишком сглаживают информацию.
– Масштабы-то гораздо серьезнее, чем вы представляете. Та же трагедия в Одессе. У вас прошла информация сначала, что погибло около 40 человек. А у нас говорят (это мы от знакомых, которые в морге работают, знаем) — около 300 погибли. И много детей. Страшно. Очень страшно, — говорит жительница Одессы Екатерина Казакевич.
– А на Украине сплошная дезинформация. СМИ только и говорят, что мы сами в себя стреляем, бомбим. У «западенцев» даже доступа к альтернативным сайтам нет, заблокированы. Только и смотрят украинские новости. «Зомби-лэнд» сплошной, — добавляет мужчина из Славянска.
В «восьмерке» сейчас живут 113 человек. Здесь вся география боевых действий Украины: Краматорск, Луганск, Славянск, Донецк, Шахтерск. Новые жильцы прибывают постоянно. Все вместе они выбрали ответственных — активистов. Елена Змиёва одна из них. Сегодня она делит гуманитарную помощь.
– Вчера, например, мужчина из Владивостока привез упаковку стирального порошка. Я прошла по всем комнатам по горстке раздала — все по-честному. А вот сегодня принесли сладости. Печенье — на общий стол. Конфеты — детям. Их в общежитии 30 человек. Смотрим, чтобы каждой семье досталось, — говорит Елена.
5 коробок десерта хранятся в комнате Змиёвых на верхней полке шкафа. Заодно активистка предлагает посмотреть, как устроились в ПВР. Уже неделю она с мужем и восьмилетней дочерью живут в общежитии в солнечной комнате с тремя кроватями. В уголке три чемодана — все, что успели вывезти. Собирались на скорую руку. Думали, что едут в обжитое место, но переезд получится не таким, как запланировали.
– Мы из Дебальцево. Наш город недалеко от Славянска. Когда в него вошла Нацгвардия и армия, мы сразу уехали. А после узнали, что город бомбить стали. Сейчас там разруха. Связи нет. Я даже не знаю, что с матерью, — рассказывает глава семьи Роман Змиёв. — В Приморье нас пригласили знакомые. Их здесь в селе Отрадное местная бабушка приютила. Нас тоже обещали заселить. Но когда приехали во Владивосток, друзья перестали выходить на связь. Видимо, бабушка передумала брать переселенцев. Вот мы и остались на вокзале. Ни знакомых, ни копейки денег. Еле дожили до того момента, как ПВР для беженцев открыли.
Пункт стал настоящим спасением и для семьи Казакевич. Коренные одесситы живут, по меркам общежития, на широкую ногу. Многодетной семье с пятью детьми выделили две комнаты. В одной днем отлеживаются двухлетний Вова с сестрой Наташей.
– Приболели, — объясняет мама Екатерина. — Немного температурят, вчера нас даже к врачу возили. Выделили машину, отправили на материк в поликлинику. Лекарства бесплатно дали.
Кормят переселенцев трижды в день в отдельном блоке. Как говорят украинцы, все вкусно, и главное, по-домашнему.
– Сегодня, например, рассольник. Рис с котлетой большой, салат. Второе — всегда на выбор два блюда. Даже мужчине наесться хватает. Еда нам нравится, — уверяет муж Екатерины Иван.
Спрашиваю, почему оставили относительно спокойную Одессу.
– И над нами уже вертолеты кружат и войска стягиваются. Последней каплей стали события второго мая в Одессе. Да и вообще, у нас говорят так: «Умный едет в Россию, богатый — в Израиль и Канаду». Ну, мы себя к богатым не относим, — смеется Екатерина.
Чтобы спокойно покинуть страну, семье пришлось разработать особую систему. Вылетали они в два этапа. Муж из одного города с двумя детьми. Жена из другого — с тремя.
– Всю семью бы точно не выпустили. У нас негласный указ есть: мужчин от 16 до 60 не выпускать, — утверждает Екатерина Казакевич. — Супруг улетал с легендой, что едем в гости к родственникам в Подмосковье.
Удивляюсь, почему они забрались так далеко.
– Нам Приморье понравилось. По интернету видели. Надеемся на программу переселения. Друзья нас к вам как пионеров отправили. Сказали, как обживетесь, зовите. Если честно, Владивосток, конечно, красивый, но слишком шумный и дорогой город. А эти сопки, спуски — подъемы совсем не для нас. Решили обосноваться в Уссурийске. Будем делать разрешение на временное  проживание, работать начнем, — делится планами  женщина.
Дети очень скучают по друзьям и дому. Но глава семьи Иван Казакевич, между прочим, одессит в седьмом поколении, уверен: дети привыкнут.
Будни пункта временного размещения
Первое утро рабочей недели. На третьем и четвертом этажах — суета. Украинцы занимают очередь. К 10 на остров приезжает делегация врачей. У дальнего входа паркуется грузовик с красным крестом на борту — передвижной флюрограф. Специалисты общего профиля принимают в самом здании.
В отдельном кабинете — пункт забора крови. Из приоткрытой двери слышен властный голос: «Кто пятьдесят первый?». Старшая медсестра Елена Сухоненко уговаривает маленького пациента сдать кровь.
У остальных медкабинетов очередь движется медленнее. Прием ведут педиатр, терапевт и два фтизиатра.
Заметив фотоаппарат, один мужчина настойчиво, но вежливо просит: «Не фотографируйте», и поясняет:
– Боюсь, что фотография попадет в интернет. У меня родственники на Украине остались. А поскольку нас считают предателями, знаете, как оставшихся из семьи преследуют. У нас же национализм сплошной, — рассказывает приезжий из Донецка.
Спрашиваю у него, как он оказался во Владивостоке.
– Вообще-то мы в Москву сначала прибыли. А там, в посольстве сказали, что селить в столице никого не будут. И так переполнено. Направили в Приморье. Вам, видимо, территорию надо заселять.
Спускаюсь этажом ниже. На третьем сравнительно немноголюдно. Сразу справа от входа настежь открыта дверь в пункт психологической помощи. В комнате тихонько за детским столиком молодая сотрудница МЧС и маленькая девочка собирают вместе пазлы. На медицинский кабинет совсем не похоже — скорее на игровую. Кстати, дети здесь — частые гости. Психологи рисуют, играют, пишут вместе с ними, задерживаясь на работе порой и до десяти вечера.
– Вы не смотрите, что мальчишки и девчонки веселые. Дети могут эмоции прятать глубоко в себе. Наша задача их вытащить наружу, чтобы избежать психологических травм в дальнейшем, — рассказывает старший психолог главного управления МЧС РФ по Приморью Наталья Андреева. — А вообще с разными проблемами обращаются. Часто у беженцев бывают панические атаки, боятся звука пролетающего самолета. Это все отголоски боевых действий. Сложнее с мужчинами. Приходится бороться с агрессией. Их можно понять. Представьте, на Украине они все были успешными отцами, сыновьями, чувствовали себя кормильцами. А здесь они зависимы от должностных лиц, от обстоятельств. Приходится адаптироваться.
В кабинете напротив — штаб ПВР, где ежеминутно решаются  проблемы семей. У замначальника Сергея Шерстобитова телефон звонит постоянно: то новая информация из УФМС, то специалисты Центра занятости звонят, то гуманитарную помощь подвезли, то новички прибыли.
– Утром люди прибыли, троих оформляем. Еще пятеро на подходе, — рассказывает Сергей Шерстобитов. — Украинцы стали обживаться, родственникам звонят. Потому вторая волна и пошла. У нас каждый день интересные «головоломки». Например, заселилась семья из Луганска, привезли собаку и спрашивают: «Куда селить?» А я откуда знаю? Никуда! У меня детей полный этаж, мало ли, покусает! А вообще люди разные бывают. Некоторые возмущаются постоянно, мол, вы нас кормить обязаны, вы селить обещали. Я вообще не понимаю, откуда они берут такую информацию. В Приморье, в конце концов, нет в крае жилья, которое просто так простаивает в ожидании граждан Украины. Да у нас некоторые местные квартиру снять не могут. Ну, а есть переселенцы спокойные, доброжелательные, спасибо говорят часто. Нам приятно. Мы ведь делаем, все, что в наших силах.
Число мест в ПВР ограничено — 210 коек. Поэтому украинцам дают месяц на оформление статуса. Впрочем, один на один людей с проблемами не оставляют. Ежедневно с ними работают специалисты со всех инстанций. Помогают с документами, подыскивают работу, консультируют по медицинским вопросам. Но сглаживать  конфликты удается не всегда.
– Накипело уже, — возмущается Вячеслав Калмыков из Славянска. — Документы долго делают. С УФМС постоянные проблемы. Недоели эти стычки с миграцией. Везде тыкают: «Мы вас кормим, мы вам это дали…» Обидно, я ведь готов работать.
Чиновники упреков не понимают. Как сообщил источник в УФМС по Приморью, миграционная служба края итак пошла на беспрецедентные меры. Были организованы мобильные группы, которые выезжают к иностранцам на остров, чтобы оформить документы в кратчайшие сроки. Вместе с администрацией края решили, что медкомиссии для жителей ПВР будут бесплатными. Также с 14 июля разрешение на временное проживание гражданам Украины оформляют бесплатно, вне квоты. Получить гражданство сразу нельзя. И даже с приморской пропиской, которая необходима, чтобы оформить статус, решили вопрос. Украинцев пока прописывают на острове Русский.
Кроме того, каждый день после обеда в отдельном кабинете ПВР прием ведут специалисты Центра занятости. По данным краевого Департамента труда и социального развития, 2 тысячи вакансий ждут украинцев в Приморье. Но этот список людей не радует.
– Да, работу предлагают: сторож, огородничество, в курятнике работать, — рассказывает Роман Змиёв из Дебальцево. — И зарплаты — максимум 10 тысяч. А у меня семья. Как прожить на такие деньги, да еще и квартиру снять?
Много предложений о работе есть в сельском хозяйстве. Но, как отмечают сотрудники центра занятости, беженцы не хотят уезжать за город. А на больших предприятиях «нелегалов» не ждут. К примеру, авиационный завод «Прогресс» в Арсеньеве значится в списке Департамента соцтруда, как работодатель, готовый предоставить не только вакансию, но и жилье. Однако беженцам туда устроиться непросто.
– Нам, как вы понимаете, если и требуются, то только высококвалифицированные кадры, специализирующиеся на самолетостроении. Но мы вообще не знаем, что делать с гражданами Украины. Люди-то идут. К нам только за неделю 4 человека обратилось. Все-таки градообразующее предприятие. А что я могу сделать? У них на руках никаких документов. Я же не могу иностранца принять на работу. А в Арсеньеве даже перевод документов негде сделать. Вот и приходится людей отправлять восвояси, — поясняет начальник отдела кадров завода «Проресс»Елена Лесникова
Но даже несбывшиеся ожидания не заставляют украинцев терять надежду. Бытовые проблемы их пугают гораздо меньше, чем ежедневные бомбежки и страх за жизнь родных.
– Лучше с такими трудностями, но в России. Зато мы спим спокойно, — подытоживает Роман Змиёв. 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин