Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Общество
Русская планета
Общество

Без лишнего пафоса

Как жители Смоленска придумывают собственные названия для разных частей города
Екатерина Русилова
23 сентября, 2014 18:39
7 мин
"Грустный домик" в Смоленске Фото: Вадим Сергеев
Городские жители часто придумывают свои названия улицам, площадям, паркам, зданиям, памятникам. С каждым поколением в городской среде появляется все больше неофициальных наименований. Такие топонимы откровенно рассказывают о жизни людей и самом городе. Собирают неофициальные топонимы в Иваново, Твери, Калуге, Брянске и других городах. Но только в двух городах есть целые словари неофициальных топонимов — Санкт-Петербурге и Смоленске.
Инициативная группа смолян во главе с исследователем Дмитрием Бутеевым в 2012 году издала книгу «Под покровом имен. Словарь неофициальных топонимов г. Смоленска». А через два года Дмитрий Бутеев, Вадим Сергеев и Алексей Сибиченков презентовали второе издание «Словаря неофициальных топонимов г. Смоленска», дополнив его историческими смоленскими топонимами и фотографиями.
«Русская планета» вместе с Дмитрием Бутеевым, преподавателем СГИИ, учителем русского языка в школе № 29, и Вадимом Сергеевым, завсектором информационных технологий в «Смоленском государственном музее-заповеднике», составила языковой портрет смолян.
Какую задачу вы ставили перед собой, составляя второе издание словаря?
Дмитрий Бутеев (Д.Б.):
– Наша задача была показать, что неофициальная топонимика — это фольклор, это очень яркий, интересный жанр, сквозь который городские жители реализуют свой творческий потенциал, юмор, находчивость. Мы хотим показать неофициальные топонимы как произведение искусства смолян.
Вадим Сергеев (В.С.):
– Важно сохранить неофициальные топонимы как современные, так и архаичные. Тем более, что архаичных топонимов сохранилось относительно небольшое количество. Та же самая судьба может постигнуть и современные.
А часто неофициальные топонимы становятся официальными?
Д.Б.:
– Бывает. Вот когда пошло веяние отходить от старых номерных наименований магазинов, они приобретали официальные имена. В конце 80-х годов прошлого века неофициальный топоним стал официальным. Так появился «Бережок» —продуктовый магазин на возвышении по улице Румянцева, 15. Сейчас там находится магазин «Maxima». У нас есть еще один неофициальный «Бережок» — магазин на улице Николаева, 17. Он расположен на верху крутого склона через дорогу от бывшего магазина «Океан».
Что смоляне закладывали в основу народных названий?
В.С.:
– Чаще всего это «инерционные» топонимы: когда меняется официальное название, люди еще долгое время используют старое. Такие понятия, как «Верх» и «Низ». Как с дореволюционных времен, так и сейчас они без изменения остаются по своей привязке к местности. «Низ» — Колхозная площадь. «Верх» — пересечение улиц Советской и Ленина. Очень долгоживущие топонимы.
Д.Б.:
– «Дорогобужка», допустим. Дорогобужская — старое название улицы в честь города Дорогобужа. Переименовали ее в 1982 году в улицу Академика Петрова. А некоторые до сих пор по-старому называют. Часто визуальная ассоциация пробуждает творческое мышление смолян. Этим тоже интересны топонимы — здесь творчество видно. Это «Градусник» — дом 14 по проспекту Строителей. Там вертикали подъездных окон напоминают шкалу градусника. «Паровоз» — дома 11, 13, 13А по ул. Дзержинского, если смотреть на них со стороны Громовой башни.
В.С.:
– «Грустный домик». У него фасад напоминает чем-то опечаленное лицо.
Д.Б.:
– Компании молодежи, которые собираются на крепостной стене, если засиделись допоздна, вызывая такси, говорят: «Нам, пожалуйста, к ''Грустному домику''». И таксисты знают, что это на Тимирязева.
В.С.:
– Иноземные названия смоляне русифицируют и склоняют. Вот магазин с совершенно не склоняемым названием «Оджи», смоляне склоняют. Говорят: «Встретится у Оджей», «Рядом с Оджами».
Д.В.:
– Просклоняли и пафос снизили. Или кафе «Чао Италия» — «Чавка». Здесь русификация очень оригинальная — у этого существительного один корень с глаголом, имеющим отношение к употреблению пищи, то есть «чавкать». Народное слово должно звучать по-народному. Или «Яшка» — «Ya-cafe» на Николаева. Молодежное словотворчество преобразовало название кафе в разговорно-панибратскую форму имени. Яркий пример того, как русский язык нашел поддержку в среде молодежного сленга.
Молодежный сленг бывает же и грубым, и вульгарным. Как поступаете с жаргонными топонимами?
Д.Б.:
– Процент их очень мал. Всего лишь 10, от силы 15 топонимов, которые мы не включили. У нас научно-популярное издание. Это в научных изданиях все печатается.
В.С.:
– В научные корпуса входят все без исключения объекты исследования. А мы некоторые исключаем.
Д.Б.:
– У нас есть вариант так называемый «бодуэновский». Бодуэн де Куртенэ, ученик Владимира Даля, ученый, когда-то опубликовал четвертое издание Даля — все с нецензурной лексикой. У нас тоже такой вариант есть. Во втором издании в некоторых топонимах есть, конечно, грубоватый юмор. Но порой даже эти грубоватые топонимы оправданы. Находим мы объяснения тем же «Вонючкам» — речкам Ясенная, Рачевка, Чуриловка. Есть у них еще более грубо звучащий топоним — «Говнянки». Такие названия взывают к экологической совести даже, может, посильнее, чем экологические плакаты.
А есть ли топонимы-долгожители, повторяющиеся из поколения в поколение?
Д.Б.:
– «Смядынь» — один из древнейших неофициальных топонимов. Согласно летописям, в 1015 году на речке Смядыни был убит один из сыновей киевского князя Владимира — Глеб. Речки уже давно нет, а название у места осталось. Потом, можно долгожителем назвать «Хасан» — сквер за ЦУМом, перед домом 14/2 по проспекту Гагарина.
В.С.:
– «Хасан» с советских времен все-таки.
Д.Б.:
– Все равно для неофициального топонима это долгожительство. Появился топоним в 30-х годах XX века, когда на Дальнем Востоке у озера Хасан были разгромлены японские войска, вторгшиеся на территорию СССР. Вместо сквера раньше было озеро. И дети там играли в войну. А поскольку по радио и в газетах описывали победу советских войск над «самураями», то мальчишки играли в это «озеро Хасан». В 50-е годы городское озеро засыпали, потому что в нем школьник утонул. А топоним остался до сих пор.
Какой в итоге языковой портрет смолянина?
Д.Б.:
– Тут надо обобщать. И, наверное, для нас открылось сквозь неофициальную топонимику, очень привлекательное лицо смоленского этноса. Где-то немножко грубый — без этого, наверное, и не интересно было. Очень оригинальный, яркий, самобытный, творческий.
В.С.:
– Чуждый какого-то пафоса.
Д.Б.:
– Да, чуждый пафоса, снижающий его. Есть поэтичность мышления у земляков Твардовского, Исаковского, Рыленкова.
темы
ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ
7 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ