Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Титульная страница
Русская планета
Титульная страница

«Послушайте песню “Уходим”, и поймете все про этот монумент»

«Русская планета» узнала, как в Таганроге изготавливали памятный монумент воинам-интернационалистам
Алексей Строганов
14 февраля, 2014 11:00
10 мин
Фото: Алескей Строганов.
В Таганроге в помещении одного из бывших цехов таганрогского комбайнового завода закончена работа над монументом, посвященным воинам-интернационалистам. Создание памятника приурочено к 25-летию выхода советских войск из Афганистана.
Мы с таганрогским дизайнером Владимиром Верготи едем по утонувшим в тумане улицам на окраину города. Там расположен гигант советской индустрии — комбайновый завод.
– Понимаешь, — говорит Верготи, не отрывая глаз от дороги, – после того, как ко мне обратились ребята из «Боевого братства», я сразу подумал, что не хочу делать очередной БТР, символизирующий у нас воинов-интернационалистов. Такая избитая, в общем-то, но ставшая уже традиционной идея — вырывающийся из земли и камней БТР.
Так родился образ «звезды» и уходящих на ее фоне вдаль солдат.
– Мне подумалось, что в моем монументе будут ушедшие ребята. Пусть даже его установят в Сальске, а не в Таганроге. Здесь на плане до сих пор значится БТР, — Володя аккуратно достает из бардачка бумаги и передает мне.
– Ты выиграл конкурс на проект памятника?
– Нет! Никакого конкурса не было. Ко мне по-дружески обратился председатель ростовского отделения общероссийской организации ветеранов «Боевое братство» Евгений Привалов и спросил: «Поможешь?» Я и ответил, что помогу. О деньгах даже и разговора не было. Ты или помогаешь этому, или зарабатываешь на этом. Обычно я очень быстро все придумываю, но иногда мучительно и долго вынашиваю идеи. В этот раз все получилось довольно быстро. Ну а когда идея уже есть, надо думать, как ее воплощать. Вот так и пришли к окончательному проекту. Женя Привалов, кстати, тоже был рад, что мы отошли от идеи с БТР. Получились в итоге солдатские силуэты, вырезанные в металлической звезде. В прорезанные силуэты солдат будет попадать свет, делая их образы, уходящие в небытие, светлыми. Так мы визуализируем и материализуем то, что называют «светлой памятью».
Приехали. Заходим в огромный цех, где все гудит, гремит и искрит. Сварочный аппарат, газовые баллоны, буры, перфораторы.
– Заказчики что-то медлят с вывозом готовой продукции, — перекрикивая шум, объясняет мне главный инженер предприятия Игорь Набатников. Его считают основной движущей силой проекта. — Я тут немного уже голос сорвал, работая над «Звездой». Хоть и начали вроде обдумывать идею осенью, а воплощение все равно получилось к дате.
Успеваете?
– Успеваем!
– Показать вам его нормально? — спрашивает Набатников и подводит меня к окрашенным уже частям будущего монумента. — Ребята краном приподнимут, а вы сфотографируете. Может, поговорить с кем-то хотите? Вот Костя Загнеев, — Набатников останавливает рабочего, который занят сваркой.
Константин Загнеев работает над монументом с первого дня реализации проекта.
– А что тут рассказывать. Такой же заказ, как и остальные, хотя и есть в нем что-то особенное. Все-таки он посвящен памяти погибших.
Я прошу Владимира Верготи рассказать, как устроен процесс изготовления монумента.
– Мы взяли тонкий металл, на нем все силуэты уже были обозначены. Резали два раза. Плазморез режет четче по тонкому металлу, чем по толстому. Потом сплотили сваркой эти два листа и наварили по периметру широкую полосу, на которой звезда и будет стоять.
Мы стоим на большой металлической пластине и смотрим на прислоненные к ней части будущего монумента.
– Ну что, приподнять? — рядом с нами появляется Игорь Набатников. Он тут же передумывает. — Нет, давайте, мы сегодня вечером их будем грузить в машину на отправку — приезжайте, вот там и щелкнете.
– Сейчас к монтажу будем приступать, — говорит руководитель сальского отделения «Боевого братства» Олег Федяков. — Сколько лет мы бились над этим монументом. Ходили по инстанциям, клянчили, просили. Никто не отказывал. Спасибо главе района — выделил землю, а наш депутат Заксобрания области помог сделать фундамент. Ну а потом Евгений Привалов подключился и все взял на себя. Ему нашего «спасибо» мало будет.
– Что будет изображено на монументе, кроме этой «звезды» с силуэтами солдат? — спрашиваю я Володю Верготи. Мы сидим в маленьком кабинетике Набатникова на окраине цеха. Володя показывает мне эскиз. — Вот это будут два камня. Я планирую на одном названия всех горячих точек обозначить. Всех, о которых знали и о которых умалчивали. На другой, возможно, будут списки погибших. Ну и лавочки там будут, часовня.
– Работа над проектом еще не завершена. Но главное ко дню 25-летия вывода советских войск из Афганистана мы сделать успели — добавляет Набатников. — Давай я тебе нарисую, как все будет, — на бумаге появляется макет будущего монумента. Два камня, тесно прижатых друг к другу, образуют горное ущелье, в которое входит группа бойцов. Их силуэты прорезаны в металлических листах, образующих звезду. Сверху памятник образует крест.
За процессом с интересом наблюдает мужчина лет сорока пяти, слесарь-сбощик металлоконструкций Вячеслав Бутенко. Набатников просит его рассказать, как он работал над «звездой».
– Творческая была работа, не совсем обычная, — немного подумав, говорит Бутенко. — Подходили коллеги с самого начала, интересовались, что да как. Узнавали, что делаем, кивали уважительно. Говорили вне работы много об этом. Я сам служил в Чехословакии мотострелком в 84-86 годах. Писал заявление в Афганистан, чтоб отправили. И до этого еще в военкомате писал. Но не вышло. А из Чехословакии мне сказали, что туда не отправляют. Идея памятника хорошая.
– А тут еще история была с фигурами солдат, которых мы вырезали из листов, — продолжает Набатников.
– Говорят, их рабочие разобрали по домам?
– Есть тут у нас паренек из Федоровки. Сколько лет бьется с местной администрацией, чтобы на кладбище был монумент погибшим воинам, а те ни в какую. Так вот, у него идея — самостоятельно изготовить монумент на кладбище села с этими фигурами. Так что будет еще у этой истории продолжение.
Где брал силуэты солдат? – переспрашиваю Верготи, потому что в каморке инженера стало шумновато. Набатников приоткрыл окно в цех и заваривает кофе.
– Знаешь, я две недели перелопачивал все доступные мне снимки с афганской войны и других конфликтов. Выбирал, с разным обмундированием – здесь и каска, и панама, и фуражка. Оружие разное. Специальности — радист, пулеметчик, снайпер. Последних двоих взял с одного «афганского» фото — вереница солдат уходит на задание в ущелье. И предпоследние там — пулеметчик и радист. Они, двое, у меня тоже в конце, уходят вдаль. Между двумя камнями монумента, как будто входят в ущелье.
Мы снова стоим около «звезды». Ее общая длина — 13 м, высота около 4 м, вес ровно 6 тонн.
– Чем покрашена? Хорошей краской. Немецкой «Хаммер». Смешали три цвета — красный, коричневый и золотой. Очень хорошая краска! Но я все равно вчера, учитывая погодные условия, заставил все части сначала прогреть так, чтоб ни капельки влаги не было, — рассказывает Набатников. — А вообще первоначально была идея стилизовать звезду под клепаные листы брони, заржавевшие от времени, — добавляет Владимир.
Он говорит, что есть краска, которая окисляет металл под многолетнюю ржавчину и полимеризирует его навечно. И получается вечно ржавая поверхность.
– Но потом меня убедили, что наши люди ржавый памятник не поймут. Все время будет возникать желание счистить ржавчину и покрасить серебрянкой. Так что от ржавой брони мы отказались.
– Начиналось все года три назад, — вспоминает председатель ростовского отделения общероссийской организации ветеранов «Боевое братство» Евгений Привалов. — Почему в Сальске? Потому что это один из городов Дона, где нет вообще никакого монумента или памятного знака, посвященного павшим в мирное время в локальных конфликтах воинам. В общем, мы обратились в местную администрацию. Чиновники нам не препятствовали, но, знаете, бумажная волокита продлилась достаточно долго. И вот нам выделили место под будущий монумент, на котором мы год назад 15 февраля заложили камень и пообещали, что через год здесь будет стоять памятник. И вот свое обещание выполняем — летом залили фундамент, сейчас сделали звезду. Мы – ветеранская организация, денег на все это нет. Но вот Володя Верготи, когда я к нему обратился, бескорыстно сделал свою работу. Его идея нам всем понравилась, стали воплощать. Все делаем собственными силами. Помогают многие. Просто по-человечески и без пафоса. Глядя на Володину идею «звезды», я вспомнил газмановское: «Ну куда ж вы уходите, может, прямо на небо…». И еще – послушайте группу «Ростов» и их песню «Уходим», чтобы понять все про этот монумент.
Искусствовед Марина Григорян считает, что технология, с помощью которой изготовили памятник, довольно редко используется при создании мемориальной пластики, тем более такого значительного масштаба. Найденное Владимиром Верготи решение предельно экономично, но в то же время весьма эффектно. То есть при минимальных затратах удается достичь высокого художественного воздействия.
Основная часть памятника — звезда — уже смонтирована, ее можно увидеть в Сальске на ул. Свободы.
темы
ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ
10 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ