Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Продадут все. Даже петуха забить не могут»

Как в Карелии чувствуют себя те, кто 10 лет назад бросил жизнь в городе и уехал в ближайшее село
Елена Коваленко
5 мин
Дом семьи Царевых. Фото: Дмитрий Лощинин.
В карельской столице процесс субурбанизации начался в начале двухтысячных. Тогда многие променяли свои квартиры в Петрозаводске на землю в пригороде и построили дома. Он продолжается и сейчас. Поселки Деревянное, Новая Вилга, Чална, Шуя буквально пухнут от новоселов. Многие обзаводятся подсобным хозяйством, берут на откорм скот и пытаются возродить карельскую деревню в новом виде. «Русская планета» выясняла, есть ли в действительности у этой идеи перспектива, и как дети тех, кто принял решение уехать, повзрослев, ощущают себя на селе.
Грибочки белые
Ровно 10 лет назад Царевы продали трешку в центре, купили полтора десятка соток, дом, завели подсобное хозяйство. К многодетной семье, сменившей коммунальный комфорт в Петрозаводске на сельскую брутальную реальность, еду по трассе — до Шуи чуть больше 10 км. Мелькают рекламные билборды — дом по цене квартиры. Сам поселок не узнать — настоящая новая малоэтажная Россия. У кирпичного двухэтажного дома встречает глава семьи Владимир Царев.
– Заходи, заждались. Давай к столу, — машет рукой Владимир, — мы специально маринованные белые грибочки открыли. Надевай валенки. Полы холодные.
Прохожу на кухню. Царевы-старшие за 10 лет ни разу не пожалели, что переехали из города в деревню.
– Нисколько не жалеем, вообще нисколько, — выкладывает из банки в тарелку грибы супруга Владимира Оксана. — В этом году очень много насобирали грибов, насушили, намариновали. Уксуса совсем чуть-чуть, не как в магазине.
Оксана Царева работает в школе и получает пенсию. Рассказывает о наболевшем.
– Представляешь, проработала в школе и в детском саду 30 лет, получаю пенсию шесть тысяч, — подает тарелку с картошкой и тушеным мясом хозяйка.
– Слово «пенсия» аж бесит, — заправляет дровами печь Владимир, — какому-то алкашу дали пенсию по инвалидности 16 тысяч, моя родила четверо детей и получает шесть тысяч. Как можно на такие средства прожить? Где справедливость? Получается, в нашей стране надо бухать и не работать, так что ли?
В доме у Царевых комфорт, как в благоустроенной квартире: проведены все коммуникации, есть интернет, компьютеры. В гостиной замечаю музыкальную электроустановку, на которой вечерами играют всей семьей и поют.
Сельский базис
Владимир переехал сюда с семьей, когда ютиться в трехкомнатной квартире с большой семьей стало невозможно. Здесь занялся натуральным хозяйством. Работы никакой не чурался. Сейчас он, кроме всего прочего, трудится электриком в котельной коммунального предприятия. Недавно купил микроавтобус, теперь еще и занимается пассажирскими перевозками. Но главная «подушка безопасности» в семье — это все-таки продукты собственного производства: мясо, молоко, яйца. После обеда идем кормить животных: бычка, поросят, коз, кур и кроликов. Снимаю валенки, после протопленной печи становится жарко.
– Больше половины всего питания в семье свое, — Владимир выходит на улицу. — У нас сейчас лежит запас от бычка, которого уже забили и еще не съели, от поросенка, плюс молоко. Сейчас три козы — две беременные не дают пока молока, а одна работает за всех. Два литра в день с одной козы, 300 рублей в день она дает. Это хлеб-булка уже есть в доме. А если все три козы начнут давать молоко, если с родами у них все нормально, вот тогда будет отлично.
Молоко продают. За ним приезжают из города, в основном, те, кто побогаче, или те, у кого дети болеют и им можно только козье молоко. Одного ребенка горожане так уже вылечили.
– В магазине литр козьего молока — 280 рублей, я продаю в разы дешевле. А мяса вообще не покупаем, — Оксана идет с двухлетней внучкой Алиной к кроликам, — когда быка прошлого забили, тушенки наделали. Сейчас у нас две свиньи. Бычок сейчас стоит. Так в нем уже килограммов 230.
Алина несет березовые ветки кроликам. Владимир сбрасывает с чердака сено и спускается вниз. Заходим внутрь постройки. Меня за куртку хватает коза. Отстраняюсь.
– Она так всех жует, — улыбается Владимир.
Приносит бычку и поросятам очистки картофеля, моркови, свеклы. Пока размешивает, поросята смотрят, ждут, как дрессированные, когда закончит. Затем набрасываются аппетитно чавкать. Уходим, чтобы не портить свинкам аппетит. Идем в курятник.
– Опять маленькое, как теннисный шарик. — Владимир достает из гнезда яйцо. — Смотри, одно обычное, другое маленькое. Почему так? Вообще в день примерно по полтора десятка яиц несут. Куры сами себя окупают. Плюс бык, две свиньи. К весне уже пойдет сало, мясо будет.
Мясо в Карелии за год дорожает на треть. Сельхозпроизводители жалуются, что корма дешево не купить. Но у Царевых источник кормов бесплатный.
– Мы берем корма в филиале фирмы, которая для ресторанов города делает всякие заготовки салатов, — говорит Владимир. — А нам эти очистки, чтобы не утилизировать специально, отдают. Я только-только приехал, привез три ведра. Еще разгружать буду. Но они закрываются с марта. Не знаю, что дальше будет. Столько животных уже точно держать не будем. На комбикормах невыгодно, я считал. Если бы не эта точка, где мы очистки берем, мы только курочек немножко бы держали, ну и свинку.
– То есть такое фермерство не возродит русскую деревню?
– Конечно, нет, — качает головой Оксана. — Сейчас многие уже отказываются держать крупный рогатый скот даже для себя, совершенно невыгодно, если нет своих каналов бесплатных кормов.
– Единственное спасение — выращивать корма самому?
– Да, — хором отвечают супруги, — но на это нужна земля. Хотя бы полгектара. Можно свеклу, турнепс выращивать.
«Пусть едут»
– Дети не хотят уехать отсюда в город? — спрашиваю я у хозяйки дома.
– Хотят, но некуда. Конечно, каждый хочет отделиться, чтобы жить в своем доме, своей квартире. Младший, Алексей, в городе живет с женой и дочкой Алиной в квартире. Взяли ипотеку на Древлянке — 22 тысячи в месяц за однокомнатную, десять лет рассчитываться. 1 миллион 800 тысяч — цена квартиры. Денег не хватает, начинаются ссоры, — с тревогой делится Оксана.
Приходит Алексей. Признается, что хотел бы жить в поселке, но уже негде.
– Землю не купить в поселке. Кто-то нахапал, а теперь продают за бешеные деньги. Пока живем в городе.
Средний сын Матвей увлекается компьютерами, старший 29-летний Артем — хорьками и звездами. В комнате на втором этаже телескоп.
– Видел Юпитер и Луну через телескоп. А это хорьки Кныш и Чиба, — Артем показывает на клетки, — сейчас на них мода развивается. Потомство дают раз в год, так что на этом можно немного подзаработать: 40 тысяч с выводка.
По статистике, горожане активно стремятся в пригород. Например, в Шуе с 2010 по 2013 годы население выросло на 150 тысяч человек, в Чалне, в селе Деревянное на — 100 тысяч, в Новой Вилге — на 200 тысяч. Процессу субурбанизации способствует поставленная в 2007 году в генплане Петрозаводска задача по увеличению доли коттеджной застройки. По проекту до 2025 года двух-четырех этажных домов будет 35%, а коттеджей 15%. Город вынужден расширяться в пригород.
Я спрашиваю у Артема, хочет ли он уехать в город, когда, по сути, наблюдается обратная тенденция.
– В город, вроде, не собираюсь, но, честно, хотелось бы, чтобы было с кем жить или где. Главный вопрос — жилищный. Хотя можно было бы снимать, но я не хочу один жить. Пока девчонку не нашел себе. Одному скучно. Работаю на лесопильном предприятии. Если бы жил в городе, меня возил бы каждый день рабочий автобус. В городе жизнь проще, не надо печки топить, дрова колоть. Я ленивый немного в этом плане. Пока молодой, не хочется с сельским хозяйством связываться. Но, может, с годами отцовские гены и проснутся, — рассуждает Артем.
Дочь Мария закончила художественную школу, сейчас устроилась в детский сад младшим воспитателем. Картины пишет. Скромная, не любит показывать свое искусство. Любит читать Стивена Кинга.
– Мне нормально здесь. Я не хочу в город. Мне городские тусовки, дискотеки не нужны, я на концерты любимой группы езжу в Питер. — Показывает постеры английской рок-группы Placebo в своей недавно отремонтированной комнате.
По признанию отца семейства Владимира, детей сельское хозяйство вообще не интересует, они, повзрослев, стали меньше помогать, «завели в контактах нано-фермы», играют в «стрелялки». Иногда даже бывают ссоры на этой почве.
– Они, скорей, продадут все. Даже петуха забить не могут, — с тоской констатирует Владимир, — помочь могут, но я даже и не приучаю, я знаю, что им этого не надо. Сейчас вся молодежь такая пошла. Артем купил мощный телескоп, фотоаппарат, объективы, металлоискатель. Вот, что их интересует. Но это их выбор. У каждого свой путь. Сейчас спроси любого — сколько нужно купить комбикорма курам на месяц — никто не скажет. Интересуются гаджетами современными, компьютерами. Матвей особенно. Зато в нано-ферме все специалисты. Собак еще накормят. Мы с маманей только на себе и держим.
– Папа, ты сам в контакте поигрываешь в зомби-ферму, — подлавливает Маша.
– Ну да, — стыдливо возмущается Владимир, — но очень быстро. Часами там не сижу. 30-40 минут. От компьютера информационная польза. Можно следить за результатами спортивных соревнований.
– Не боитесь, что дети в город вернутся?
– Так ради бога. А чего жалеть? Потом будут в гости приезжать. Еще даже интересней будет. Пусть едут, снимают квартиру, зарплаты хватит
– Ехал сюда, видел объявление «Дом по цене квартиры 2 200 000». Это дорого?
– Не знаю, не читаю объявлений. Может, уже и недорого, раньше дома были от 500 тысяч, покупали ради участков. У нас мысль была продать дом и построить на хорошем участке у реки. Передумали, стало жалко.
У Царевых была возможность переехать на юг и купить домик у моря, но они решили остаться в Карелии.
– Я один раз был на юге, на море. Тянет на юг, когда сидишь в четырех стенах. А мне отсюда уезжать никуда не хочется. С работы бегу сюда с удовольствием. Я все время работаю, я час не могу просидеть за кино. Новости только могу посмотреть, что творится на Украине. Праздники новогодние не люблю, в это время мало заказов. Работать привык все время.
Сейчас семья мечтает о другом. Владимир показывает на недавно купленный сруб.
– У нас есть мечта — баню построить, — он подходит к красному джипу. — А на этой японской машине с Лешей на соревнования запишемся, тюнинг сделаем — фары летом, да колеса шире, эти не едут, надо 33-е, кусачие чтобы были.
Тусовка в Шуе своя. Здесь многие увлекаются гонками на внедорожниках. Это хобби формирует местный образ жизни. По словам Владимира, большинство проживающих в Шуе люди хорошие, группа есть в социальных сетях, куда можно написать, и земляки сразу же отреагируют и помогут. А место сбора — каток. Там и праздники проводят. Бывает, конечно, ссорятся по мелочам, но всегда мирятся.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
5 мин