Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Бодрит, что медицинские услуги — бесплатно»

Как беженцы из Украины устраиваются в Вологодской области
Елена Коваленко
4 мин
Пункт сбора гуманитарной помощи в железнодорожном техникуме. Фото: Елена Зубкова
На сегодняшний день 77 граждан Украины, приехавших в Вологодскую область, попросили временного убежища в России. Десять из них статус беженца уже получили. Корреспондент «Русской планеты» встретилась с поселившимися на Вологодчине гражданами Украины, чтобы узнать, как они устроились на новом месте и как планируют обустраивать свою жизнь в дальнейшем.
Александр Демченко с семьей перебрался в город Сокол Вологодской области из Запорожья. Уже успел обжиться, устроиться на работу и оформить документы для получения статуса беженца.
– Александр, что заставило вас просить статус беженца, ведь Запорожье, кажется, вполне спокойное место?
– Да, спокойное, но там совершенно нет работы, все заводы встали. По этой причине мы давно уж обосновались под Киевом, в городе Василькове, где я работал на украинско-турецком предприятии. В декабре 2013 беспорядки на Майдане докатились и до Василькова. На улицах появились какие-то воинствующие молодчики с палками — борцы за украинский язык. А палками они били тех, кто говорил на русском языке. В нашей семье говорят по-русски, так сложилось. Поэтому после нескольких угроз в наш адрес, мы решили уехать в Россию.
– Почему выбрали именно Сокол?
– Мы не выбирали, просто у жены в Соколе живет тетушка, вот она нас и приютила. Можно, конечно, было бы вернуться в родное Запорожье. У нас там большой комфортабельный дом. Но найти работу в Запорожье — дело бесперспективное, поэтому нам пришлось бросить и дом, и все, что в доме. Взяли только самое необходимое.
– Как вы устроились с жильем, с работой?
– С жильем дело обстоит не очень хорошо. Живем мы, по-прежнему, у родственников в комнате с печным отоплением. А с работой, считаю, мне повезло. Правда, не сразу. Первое время приходилось перебиваться случайными заработками — дров напилить, отремонтировать технику. Но вот уже две недели, как я работаю на одном из деревообрабатывающих предприятий Сокола — инженером контрольно-измерительных приборов. Зарплату пообещали хорошую — 35 тысяч рублей. Я очень доволен. Хотя, к слову сказать, я по специальности переводчик-бортрадист.
– Александр, трудно ли было получить статус беженца?
– Нам предоставили временное убежище сроком на один год — мне, жене и нашим двум детям. У нас две дочери, старшей — 13 лет, младшей — 10 месяцев. Чтобы оформить все документы, пришлось, конечно, побегать. Но зато теперь мы в России на законных основаниях. Бодрит больше всего то, что медицинские услуги мы, в соответствии с полученным статусом, будем получать бесплатно. Если еще разрешится вопрос с жильем — нас бы устроила даже однокомнатная квартира — будет совсем замечательно.
– Планируете ли вы вернуться на Украину в обозримом будущем?
– Мы этого не хотим и не планируем. Будем жить здесь, в Соколе. Климат, здесь, конечно, не самый благодатный, зато люди очень приветливые и отзывчивые.
В Вологду беженцы из Украины приезжают, договорившись предварительно с родственниками или знакомыми. Руководитель украинского землячества в нашем регионе Таисия Ландихова приютила в своей трехкомнатной квартире 12 украинских граждан. По ее словам, в первое время этим людям нужны, прежде всего: кров, еда и одежда.
– Продукты питания и одежду беженцам выдают в пунктах сбора гуманитарной помощи. Таких пунктов становится все больше. Организуют их власти, политические партии, общественные организации. А неравнодушных людей у нас в городе очень много. Вот, например, юрист Эрик Прохоров купил и принес в пункт раздачи помощи беженцам несколько комплектов постельного белья, предметы гигиены — зубные щетки и пасту, мыло, бытовую химию. Но главное, он дает юридические консультации беженцам, бесплатно, разумеется. Его никто не призывал этим заниматься, просто этот человек по себе знает, каково это — быть беженцем, — рассказывает Таисия.
Эрик Прохоров оказывает беженцам юридическую помощь. Фото: Елена Зубкова
– Было такое дело, — подтверждает Эрик Прохоров, — только моей семье пришлось бежать из другой страны — из Узбекистана. Намыкались по чужим углам, и эту голодную, бесприютную страницу моей биографии я хорошо помню. Наша семья выкарабкались — добрые люди помогли. Так что теперь моя очередь помогать.
Супруги Василий и Алла Ефименко приняли у себя пятерых беженцев из Украины. Причем, лично знакомы они были только с одной из них, Олесей. Остальные четверо приехали вместе с ней.
– Когда-то мы с мужем работали на строительстве БАМа. Муж с самым первым десантом высадился — в семьдесят четвертом, а я с тремя детьми приехала из Липецкой области — в семьдесят восьмом, — вспоминает Алла Ефименко. — А недавно я компьютер освоила, выучилась на курсах. И вот через эту «Одноклассники» меня и нашла бывшая бамовка Лена. Я сразу вспомнила ее — она работала на железной дороге кассиром. Часто приходила к нам домой. Стали переписываться, потом по скайпу разговаривать. Лена сказала, что боится оставаться в Новом свете — это поселок такой в Донецкой области. Попросилась приехать с дочкой Олесей в Вологду и пожить у нас с Василием Антоновичем. Я, конечно, сразу дала добро.
В результате, кроме Лены с Олесей к семье Ефименко приехали еще и Александра — сестра Лены, с дочерью и внуком.
Дом на Пугачева, где живут Василий и Алла Ефименко. Фото: Елена Зубкова
По словам Александры, она не знает точно, что будет делать дальше. Нет четких планов даже на ближайшие месяцы.
– Пока мы живем в соответствии с правилом, разрешающим украинцам пребывать на территории России в течение 90 дней. Просто живем. Алла Михайловна и Василий Антонович нас всячески опекают, относятся к нам по-доброму. Михайловна постоянно говорит, мол, живите сколько хотите. Но ведь мы понимаем, что пожилым людям нужен покой, мы и так уже две недели утомляем их. Нам с Мариной срочно нужна работа. А на работу можно устроиться только после получения статуса беженца. К тому же, оформление документов стоит денег, надо заплатить около шести тысяч рублей с человека. За троих, соответственно, восемнадцать тысяч, а денег у нас нет. Получается замкнутый круг.
– А муж Марины почему с вами не поехал?
– Не захотел. Мы ему звонили, спокойно, говорит, все в нашем поселке. Лежу, говорит, на диване, смотрю телевизор.
– Так, может быть, вы напрасно запаниковали?
– Нет, я так не думаю. От Донецка до Нового света 40 км, и никто не даст гарантию, что беспорядки не докатятся до нашего поселка. Неизвестно, что будет завтра. Как только мы узнали достоверно, что пшеничные поля в нескольких километрах от Нового света заминированы, мы все бросили и рванули в Донецк на железнодорожный вокзал. Моя двоюродная сестра Людмила достала нам билеты до Москвы. С собой мы везли пожилую женщину после инсульта. Собственно, последние 4 года я работала у этой женщины сиделкой. Меня наняла ее дочь, которая работает в ХМАО. Вот эта дочь встретила нас на вокзале в Москве, купила мне билет до Вологды и увезла мать к себе в Нягань.
Александра, по закону, получив статус беженца, человек уже не может вернуться в Украину, в течение года как минимум.
– Вот это меня и пугает. Мы хотели бы к осени вернуться обратно. Надеюсь, что до осени обстановка прояснится. Правда, теперь у нас появился страх перед возвращением. Кто придет к власти в Донецкой области — неизвестно.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин