Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Я напишу историю своей забайкальской семьи для внуков в Бразилии»

Что увидела бывший журналист и сотрудник ООН в Чите — на родине родителей-эмигрантов
Владимир Лактанов
3 мин
Леона Форман в Забайкалье. Фото предоставлено РП Джейкобом Форманом
Эту поездку Леона Форман планировала долгие годы. Она записывала мамины воспоминания о жизни в Чите, хранила фотографии и уцелевшие документы, изучала историю города. Мать Леоны скончалась в 2006 году на сто первом году жизни. С ее уходом желание увидеть места, о которых она столько говорила, наконец привело Леону из Рио-де-Жанейро в Читу. С ней приехал старший сын Джейкоб — сценарист и историк, работающий в Лос-Анджелесе, в фильмах по сценариям которого снимались, к примеру, Эмбер Херд и Майкл Уэлч.
Встречу гостей и помощь в поисках родных мест и родственников организовала забайкальская еврейская община. Помог депутат городской думы Валерий Официнский — как оказалось, один из дальних родственников Леоны, которого она просто нашла через Google. «Русская планета» встретилась с Форманами в Забайкалье.
– Мама родилась в 1905 году. Училась в Чите. Здесь переплелось три рода, откуда взяла начало моя семья: Андоверовы, Официнские и Барановские. Отец моей матери носил фамилию Барановский. Его мать звали Тауба Барановская, она умерла в возрасте 94 лет, — вспоминает Леона в беседе с «Русской планетой». — Мама нарисовала мне на бумаге что-то вроде карты, где был наш дом. Там было три дома и один флигель, большой двор. Мой дедушка и его братья закупали мясо в Монголии и в Маньчжурии и продавали его на большом базаре. Прабабушке Таубе было 27 лет, когда умер ее муж. Она одна вырастила четырех детей, работая в собственной лавке. Была очень религиозным человеком, ходила в синагогу пешком. А когда поздно возвращалась домой, за ней посылали дрожки, запряженные лошадьми. Со стороны Официнских были родственники по женской линии. Они жили в Могзоне (Забайкальский край. — Примеч. РП). Дедушка был фельдшером. У них тоже была небольшая лавка. Тогда, кроме них, в поселке не было евреев.
Мама в подробностях рассказывала Леоне о жизни в Чите. Рисовала, как располагались комнаты в их доме, какая была мебель, шторы. Часть детства, однако, она провела в Монголии, где чуть не погибла.
– Они чудом остались живы, когда в Монголию пришел Унгерн (Роберт-Николай-Максимилиан фон Унгерн-Штернберг, русский белогвардейский генерал, идеолог независимости Монголии и восстановления империи Чингисхана от Японского до Черного морей. — Примеч. РП). Он убил 78 еврейских семей из 80. Мои родственники выжили потому, что муж сестры мамы был американским представителем компании Ford в Монголии, и он был нужен Унгерну. Вторая семья стоматологов лечила ему зубы, Унгерн мучился плохими зубами. Мы хотим увидеть этот город, найти подтверждение воспоминаниям мамы.
В 17 лет мать Леоны вернулась в Забайкалье, а в 18 встретила своего будущего первого мужа в Калгане.
– Он занимался пушниной и жил там. Он сделал ей предложение, они зарегистрировали брак в Чите в 1923 году. К сожалению, свидетельство о регистрации их брака нам не удалось найти в городском архиве, — продолжает Леона Форман. — Когда она уехала с ним, у них родилась девочка. Моя сестра. Они жили всей семьей в Калгане. В 1936 году японцы купили Китайско-Восточную железную дорогу, которая идет по Транссибу до Владивостока.
Леона Форман с мамой в 1943 году. Фото предоставлено РП Джейкобом Форманом
Леона Форман с мамой в 1943 году. Фото предоставлено РП Джейкобом Форманом
По воспоминаниям матери Леоны, когда японцы заполучили железную дорогу, они начали бомбардировку Калгана. Семья бежала оттуда в китайский Тяньцзинь, где спустя некоторое время первый муж матери был убит.
– Мама оказалась вдовой с маленькой девочкой и жила со свекровью несколько лет. Она познакомилась с моим отцом, вышла замуж за него, родились я и мой брат. Все это было в Китае. Мы прожили там до 1953 года. Потом эмигрировали в Бразилию, — говорит Леона. Она не рассказывает, почему семья в этот год смерти Сталина не вернулась в Россию: «Это очень длинная история».
– Я хотела, чтобы дети мои поняли и знали, кто мы и откуда, какая у нас культура. Поэтому я так тщательно изучала родословную нашей семьи, за этим ищу родственников. Ведь дети и внуки должны быть живы, их можно отыскать. Я хочу услышать воспоминания их родителей, которые, я надеюсь, они так же хранят, — говорит Леона. — Мы не религиозны. Мы больше традиционная семья. Я всегда говорю, что у меня гастрономическая религия. Я знаю все, что мы кушаем на Пасху и на Рош Ха-Шана, но не умею даже произносить молитву. Мне нужно ее читать. Иврит я не знаю.
Леона бегло говорит по-португальски, по-английски и по-русски. Русскому языку ее учила мама, в Китае Леона училась в русской школе.
– И, конечно, русские книги, которые я читала, научили меня языку. Папа купил советскую энциклопедию в 1953 году. Она до сих пор со мной, я перечитывала много раз. Мои дети не говорят по-русски, но хотят выучить его. Это в скорейших планах у Джейкоба и моей дочери Александры.
За несколько дней в Чите Леона и Джейкоб Форманы побывали во многих местах.
– Мы, конечно, посетили краеведческий музей, Музей декабристов. Много гуляли по городу, примерно нашли тот самый дом на углу, где жила моя мама. Хотели посмотреть на место бывшего комиссионного магазина «Возрождение», о котором вспоминала мама, найти здание, где была известная баня «Потеха». Но, к сожалению, мы так и не выяснили, на какой улице это было. Названия изменились, может, я что-то напутала, но на карте города мы не обнаружили таких мест.
Также они нашли некоторые документы, где фигурировали фамилии их родственников, и немного фотографий, с которых им позволили снять копии. Но самое главное — на кладбище в Могзоне они отыскали могилы родных.
– Было грустно от того, что никто за ними не ухаживает, покосились памятники, некуда положить цветы. Но места захоронения предков дают какую-то энергию. Вообще этот город, по которому когда-то ходили мои бабушки, дедушки, обладает для нас особенным духом. Мы в потрясающем восторге от этой поездки, — говорит РП Джейкоб Форман.
Много лет Леона работала журналистом в Бразилии. Потом вышла замуж и переехала в Америку, где работала в ООН, возглавляла департамент по распространению информации о деятельности Организации.
– Я неплохо пишу и, надеюсь, смогу написать историю своей семьи для детей и внуков. Моя дочь оказывает профессиональную помощь в написании мемуаров. У нее разработана целая программа, она дает задания людям, формулирует вопросы. Она поможет и мне оформить все это в единую, последовательную историю. Может, позднее Джейкоб напишет сценарий, и появится фильм, кто знает?
В конце поездки в Читу Форманы получили официальное приглашение от еврейской общины Забайкальского края посетить ежегодный читинский кинофестиваль. Джейкоб пообещал подумать о том, чтобы привезти какую-то из лент, снятых по его сценарию.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
3 мин