Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Детей много не бывает»

Как живет в «Детской деревне» одна из первых профессиональных семей Забайкалья
Владимир Лактанов
4 мин

Семья Можановых. Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»

Компактное поселение для профессиональных приемных семей в Забайкалье «Детская деревня» официально не открыто, но уже работает. Напомним, комплекс в Шилке, задуманный полностью для приемных семей, должен был открыться 1 июня, но запротестовал автор изначальной ее идеи священник Александр Тылькевич. По его мнению, нужно было селить туда не профессиональные семьи, получающие за воспитание сирот зарплату, а обычных усыновителей. 
Как рассказывал журналистам отец Александр, в 2014 году у него закончилась аренда земли, на которой он задумывал разместить «деревню» приемных семей. После этого министерство соцзащиты взяло управление поселением в свои руки и решило впустить туда профессиональные замещающие семьи, которые будут воспитывать и «выпускать» в жизнь сирот на условиях контракта. После встречи с Тылькевичем губернатор Константин Ильковский перенес на неопределенный срок официальный старт работы «деревни».
Но когда священник обратился в СМИ — за несколько дней до официального открытия, — к заселению в «деревню» уже полным ходом готовилась одна семья. Семья Сергея и Инессы Можановых. Сейчас конфликт утих, некоторое время стороны его не комментируют, а Можановы в Шилке живут. К ним в гости съездил корреспондент «Русской планеты».
– Здесь у нас гостиная, это кухня, тут туалет с душевой кабиной, — проводит экскурсию по своему дому Инесса Можанова, улыбчивая мама шестерых приемных и троих родных детей.
Двухэтажный коттедж для них построили в 2015 году за счет регионального бюджета и краевого министерства социальной защиты.
Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
– Первый месяц, конечно, я уставала, — вспоминает она, — но не столько физически, сколько морально. В любой момент мог кто-то прийти. Некоторые приходили просто как в музей — посмотреть. Мы не отказывали, пусть смотрят, но я люблю, чтобы дома было чисто, поэтому терла и мыла с утра до вечера. Сейчас все успокоилось, и мы вошли в свой распорядок дня.
Дом для Шилки, конечно, необычный. На площади в 400 кв. метров расположены гостиная, кухня, просторная игровая, спальни, подсобное помещение и шесть туалетов. В доме уютно, но Инесса говорит, что его еще обживать и обживать.
– Вот здесь повесим фотографии ребятишек, — показывает она на голую стену, — мы уже заказали. А эти перила, — машет рукой в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, — мне не нравятся, казенные какие-то. Будем менять их на деревянные.
Самый старший родной сын Можановых, 26-летний Андрей уже женат и живет отдельно. Слава 15 лет и 10-летняя Таисия живут с родителями. Приемных детей шестеро. Все они — социальные сироты, то есть одинокие дети при живых родственниках. Кристина 16 лет, тринадцатилетняя Ксения, Сергей 12 лет и Миша 10 лет — из одной семьи, у них есть и мама, и папа, и бабушка. Но они их судьбой не интересуются. Шестилетнего Артема мать оставила тете, а потом его сдали в детский дом. У десятилетнего Гены есть мама. Но сейчас для всех них единственные родители — Сергей и Инесса.
– Они как-то быстро стали нас называть мамой и папой, — говорит Инесса, — мне привычно, меня в детском доме дети всегда мамой звали, а отец-то поначалу удивлялся.
Инесса Можанова. Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
Инесса Можанова. Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
Можанова почти всю жизнь проработала в детском доме и изнутри знает, как живется детям в государственном учреждении.
– Детский дом есть детский дом, он не может дать того, что дает семья. Как ни старайся, нет там ласки, заботы, дети не чувствуют защиту, — рассуждает она. — У детей нет места, куда можно прийти пожаловаться, где тебя пожалеют и защитят, а для ребенка это самое главное. Хороший педагог в детском доме не может дать столько, сколько ребенок получает в семье. Там воспитатель отработал и ушел, а дома дети все время на глазах. Ты видишь, что его волнует, как он развивается, что чувствует.
Впрочем, с некоторыми бывшими детдомовскими воспитанниками Можанова продолжает поддерживать отношения.
– Они меня до сих пор мамой зовут. Кто-то из них тут, в Шилке живет, кто-то в Чите, кто-то — в Благовещенске. Недавно встретила свою воспитанницу, а она мне говорит: «Мама, как ты решилась-то ребятишек взять?» А мы и раньше думали о приемных детях, но все как-то не получалось. Потом, когда узнали про этот проект, сели с мужем, подумали и решили, что мы сможем дать детям семью и воспитать достойных людей. Детей много не бывает. Очень большая отдача от них. Наблюдаешь, как они растут, как меняются — это интереснее всего. А муж у меня из многодетной семьи, ему привычно, что детей много. Я завидовала в детстве тем, у кого трое или четверо сестренок или братишек, а у меня была только одна сестра, и все.
По словам Инессы Можановой, большинство детдомовцев после выпуска социализируются с трудом. На протяжении 18 лет они не учатся быть самостоятельными: распоряжаться деньгами, организовывать свой день, строить личные планы. Всё за них решают воспитатели и директор, и без них дети просто не знают, что делать со своей жизнью. Поэтому некоторые спиваются, кончают жизнь самоубийством, попадают в тюрьмы. Так что семья незаменима. Хоть «профессиональная», хоть обычная приемная.
– Нашим детям поначалу тоже все интересно было, — вспоминает Инесса. — Консервную банку увидели, спрашивают: а что это такое? Кетчуп, майонез — все интересно. Они же в детдоме все в готовом виде получают. Поэтому многих элементарных вещей просто не знают. Первое время было: вазочка с конфетами на столе стоит, вот они прибегут и конфеты по карманам прячут. Объясняешь им: не прячьте, никуда они не денутся. Сейчас уже знают, спокойнее стали. Артемка, самый маленький, прибежит на кухню, показывает на рис: «Это что такое?» — «Рис». — «Можно попробовать?» — «Попробуй». — «А это?» — «Гречка». — «Можно попробовать?» — «Попробуй». И вот так все изучал.
Мы три раза ревень набирали. Знаете, из него варенье варят? В первый раз сварили 9 литров — они его за неделю съели. Сейчас уже успокоились. С медом и черемухой такая же была история. Первое время холодильник караулили. Откроешь его, они бегут, заглядывают — что там лежит? Им в диковинку все было.
Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
Фото: Матвей Журбин / «Русская планета»
Сейчас дети уже помогают родителям по дому: мальчишки убирают территорию, девочки занимаются кухонными делами. С ними читают, играют, рисуют. Все готовятся к 1 сентября: пойдут в обычную школу.
Профессиональная приемная семья отличается тем, что родители получают зарплату. Но значит ли это, что маму и папу можно уволить? Инесса Можанова считает, что такое просто невозможно.
– Мы, когда детей брали, представления не имели, что это будет работа. Мы не знали, что будет зарплата. Конечно, она не лишняя, с восемью детьми устроиться на работу я вряд ли смогу, — признается Инесса. — Дети требуют постоянного внимания. Но это, конечно, нельзя назвать работой, это семья. Я с ними и в поликлинику, и в школу — везде. Это же наши дети, их в детский дом не выбросишь. Я даже представить себе такого не могу, это же не котята! Да и потом, люди и здесь, и в министерстве соцзащиты за детей болеют, стараются сделать лучше. Я очень благодарна заместителю министра соцзащиты Татьяне Рязанцевой и за моральную поддержку, и за доверие, которое нам оказали. Поэтому я думаю, не может такого быть, чтобы взяли нас и поменяли. Об этом даже разговора не было. Нам, наоборот, говорили: раз взялись, то теперь держитесь.
Впрочем, по семье Можановых незаметно, чтобы им приходилось «держаться». Пока мы разговариваем, дети то и дело подбегают пообниматься с мамой.
– Наскучались они по ласке. Артем, когда приехал, два дня вообще не разговаривал — настолько он был зажат. Только «да» или «нет» жестами показывал. А сейчас оттаял, улыбается, танцует, бегает песни поет.
В следующем году семья планирует заняться обустройством прилегающей территории. Сейчас здесь пустовато: просто площадка, засыпанная желтым песком. Можановы хотят высадить деревья, разбить огород и завести кур. Кроме того, министерство социальной защиты должно установить им тренажеры.
Прощаясь с этой гостеприимной семьей, я думаю о том, что первый опыт с созданием профессиональной семьи в Забайкалье вполне удался. Уже сейчас их дети умеют больше, чем за все годы жизни в детдоме. И даже «наемные» родители наверняка смогут вырастить хороших и счастливых людей.
Рядом с домом Можановых стоит второй отстроенный в этом году коттедж для замещающей семьи. Пока он пустует. 
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
4 мин