Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Общество
Русская планета
Фото: Никита Ефимов

Совхоз «Пролетарий» и литературные гурманы

Жители деревни Воробьевка Владимирской области рассказали РП о поездках в райцентр, централизованном отоплении и о том, почему библиотека стала главным социально значимым объектом
Никита Ефимов
8 декабря, 2014 17:49
13 мин
На самом краю деревни Воробьевка Вязниковского района расположено двухэтажное кирпичное здание — это бывший детский сад. Теперь часть помещений занимает местная библиотека-клуб. Где-то в двадцати метрах от дома — проржавевшие качели и лесенки. Это последнее, что осталось от детской площадки садика. Удивительно, что все это до сих пор не растащили на металлолом.
– Тут иногда летом ребятишки играют. А вообще у нас есть новая площадка в центре деревни. Скромная, но уютная. С установкой объектов помогли местная и районная администрации, — рассказывает заведующая воробьевской библиотекой-клубом Татьяна Балашова.
О своем месте работы Балашова может говорить сколько угодно. Она показывает мне стенды с краеведческой литературой. Рядом — небольшие выставки поделок. Кто-то из местных жителей плетет, кто-то вяжет, кто-то — вышивает или рисует. Чувствуется, что жители Воробьевки стараются следить за модными тенденциями.
– У нас есть и стеллаж для буккроссинга — обмена книгами. Каждый приносит роман из домашней библиотеки и совершенно свободно берет почитать что-то новенькое, — рассказывает Балашова.
Рядом со стендами — пианино, напротив — компьютер. При необходимости в Интернет можно выйти через модем.
– А здесь у нас детская комната, — говорит Балашова. — Постоянно проводим праздничные мероприятия. На День матери, например, организовали хороший концерт своими силами. И на Новый год будем с ребятишками водить хороводы вокруг елок.
Балашова считает, что воробьевская библиотека сегодня — не просто два стеллажа с книгами. Здесь действительно есть жизнь, общение.
– А что читают жители? — спрашиваю.
– И детективы в ходу, и любовные романы, и исторические. Кроме того, у нас много книг по рукоделию, домашнему хозяйству, праву. Много детской литературы. Люди сумками книжки носят, сразу на всю семью набирают. Но есть, конечно, и литературные гурманы. Выбирают монографии, другую интеллектуальную литературу. Недавно пришла девушка и попросила «Чапаева». А вообще замечаю, что Достоевского сейчас стали читать. Не молодежь, а люди в возрасте. На самом деле, мне очень обидно, когда говорят, что в деревне одна дрань и пьянь. Это не так.
«Была работа, ее хватало»
Чем дольше общаюсь с Татьяной Балашовой, тем больше убеждаюсь, что она — представитель той самой сельской интеллигенции, которой всегда славилась Россия. Татьяна родилась в Нижегородской области. Отец Никон — участник Великой Отечественной, грудь в наградах — работал в строительстве. А в деревню женщину привела любовь.
– Приезжала сюда к родным погостить. Да так и доездилась, — улыбается Татьяна. — И до сих пор с супругом Владимиром живем душа в душу.
В Воробьевке Татьяна живет и работает библиотекарем с 1980 года. Она хорошо помнит, как в разное время менялась деревня.
– Библиотека моя несколько раз переезжала. И тогда, в первые годы моей работы, располагалась в здании, которое сейчас разрушено. А на этом месте было поле из глины. Детского сада не было, доченьку Машу приходилось брать с собой. Она спала рядом с печкой. И вот однажды иду по этому глиняному полю. Сапоги резиновые на ногах, пальто. Холодно! Ребенок на руках в одеяло завернут. А у меня раз, и застряла нога в грязи. Ни туда, ни сюда. Стоишь и думаешь: то ли сапог в грязи оставлять и топать босой, то ли ребенка класть на эту землю, чтобы обувь вытащить. Я тот момент на всю жизнь запомнила. Конечно, потом место облагородили.
Балашова считает, что 80-е годы были лучшим временем в Воробьевке — «деревня расцветала». Тогда здесь построили детский сад. Начальная школа тоже располагалась в новом здании.
– Если бы школу не закрыли, ей бы сейчас лет сто стукнуло, — рассказывает Татьяна Балашова. — Тогда, в 80-х, наши управленцы обещали построить в Воробьевке большой дом культуры — эти планы канули в лету. Но, главное, была работа, ее хватало. Кто-то трудился на лесопилке, а большинство — в совхозе «Пролетарий». Хозяйство на всю область гремело, все поля разработаны были. Здесь, в Воробьевке, располагался большой животноводческий комплекс на 450 голов. Там прачечная для доярок, душевые, буфет, красный уголок были. Еще в деревне был конный двор, телятник, свинарник. Сейчас и конного двора нет, и от всего остального остались «рожки да ножки». Что касается животноводческого комплекса, даже фундамент, по-моему, исчез.
Однако племзавод «Пролетарий» и сейчас считается одним из самых успешных аграрных предприятий Вязниковского района. Руководство хозяйства постоянно помогает жителям Воробьевки, но все равно возможности предприятия далеки от тех, которые были в советское время: сейчас предприятие предлагает гораздо меньше рабочих мест.
Молодежь ездит работать в Вязники, Москву и Нижний Новгород. Владимир, как говорят местные жители, с точки зрения работы их не интересует. Замечаю, что рядом с некоторыми домами стоят иномарки. Татьяна говорит, что отправляясь на работу в Вязники, автомобилисты подвозят соседей. На самих улицах деревни в будний день народу почти нет, только за заборами лают собаки.
Вместе с Татьяной Балашовой мы гуляем по Воробьевке. Оказывается, она еще и местная староста. Дверь квартиры местного старожила Любови Федотовой не заперта. Толкаем ее и заходим в коридор.
– А кого мне бояться, — смеется пенсионерка. — Соседки прибегают. А чужой ко мне и не сунется.
Любовь Федотова — гордость Воробьевки. В молодости ее не раз признавали лучшим мастером машинного доения. И о профессии, и о местном сельском хозяйстве женщина говорит с большой любовью.
– Да мне на ВДНХ «Москвич» вручали за высокие надои. Всю Прибалтику объездила — так ценилась наша профессия. Я любила свою работу и полностью отдавалась ей. Могу назвать себя счастливым человеком. Правда, здоровье уже не то. Ноги болят. Сейчас молоко по трубам течет, а мы-то в свое время в руках тяжеленные ведра таскали.
Замечаю в доме Федотовой дыру между комнатой и коридором. Это, как говорит хозяйка, пережиток прошлого: до того, как в Воробьевке появилось централизованное отопление, тут стояла печка. Пенсионерка украсила проем занавеской.
– Я уж так привыкла жить. А кто после меня квартиру купит, пусть перестраивает, — говорит Федотова.
«Газ бы вдохнул в деревню новую жизнь»
Инфраструктура Воробьевки стала постепенно исчезать около двадцати лет назад. Первым «пал» детский сад — его закрыли, чтобы сэкономить средства. Спустя десять лет, в 2004 году, деревня потеряла и школу. Для школьников, как говорят местные чиновники, организован «подвоз» — на автобусах детей возят на занятия в Паустово и поселок Центральный.
– Но основная масса детей все равно дома сидит, с бабушками и другими родными. Да вот в библиотеке занимаем детей, как можем, — говорит Балашова.
Уже лет 15 в деревне нет проводного радио, почтового отделения тоже нет. По вторникам, четвергам и субботам приходит почтальон.
– Если нужно что-то срочное, идем сами пять километров до ближайшего почтового отделения, — говорит Балашова. — Да и почтальона-то жалко, она в любую погоду на своем велосипеде километры наматывает, пенсии развозит.
В единственном продуктовом магазине в Воробьевке часть продуктов — молоко и мясо — получают от местных производителей. Раньше в деревне был еще и ларек, но его закрыли.
Жители Воробьевки долго помнят бедствия, которые здесь происходили. Последнее было в прошлом году — сгорела баня. Сгорела крыша, но в целом баню можно восстановить.
– А как хорошо-то было в нашей бане! Даже из райцентра люди приезжали, — говорит покупательница в магазине.
Мы с Татьяной проходим мимо фельдшерско-акушерского пункта. Пусть пункт находится в обычной квартире, фельдшер приезжает довольно часто, но за серьезной помощью все же приходится ездить в Вязники.
На вопрос о том, могут ли в деревне закрыть библиотеку-клуб, Балашова отвечает отрицательно.
– Нет-нет, за последние несколько лет мы потеряли только две библиотеки, и сейчас в районе 28 сельских библиотек, — говорит руководитель Централизованной библиотечной системы Вязниковского района Владимирской области Надежда Кузина. — Нынешний год — год культуры. Ни одна библиотека не закрылась. А следующий — год литературы. Поэтому мы с оптимизмом смотрим в будущее. Все-таки администрация района уделяет нашей сфере большое внимание.
Кузина добавляет, что воробьевская библиотека-клуб на хорошем счету. Фонд составляют 5 тысяч книг. 392 постоянных читателя, по мнению Кузиной, очень неплохой показатель.
Жители Воробьевки не просят чиновников вновь открыть школу или построить ДК.
– Нам бы хоть баню. А еще мы очень ждем газ. Он бы вдохнул в деревню новую жизнь, — рассуждает Татьяна Балашова.
Когда в Воробьевке появится газопровод, пока неизвестно.
– Помимо Воробьевки, газ ждут больше десяти населенных пунктов. Конечно, газификация позволила бы значительно улучшить инфраструктуру и повысить качество жизни в нашем муниципальном образовании, — говорит заместитель главы администрации МО «Паустовское» Татьяна Прихода. — Все, что от нас требовалось, было сделано. Предварительная, предпроектная работа проведена. Теперь слово за «Газпромом». Что касается сгоревшей бани, составлена смета. Восстановление здания обойдется примерно в 700 тысяч рублей. Такими средствами мы, увы, не располагаем. С другой стороны, когда будет газ, баня может уже и не понадобится.
Долги и черные риелторы
Несмотря на инфраструктурные неполадки, жители Воробьевки не унывают.
– Да как же можно Воробьевку не любить? Посмотрите, красота-то какая, — с восторгом говорит Татьяна Балашова. — А во-вторых, люди здесь замечательные, настоящие!
По официальным данным, опубликованным на сайте МО «Паустовское», в Воробьевке проживают 333 человека. Татьяна Балашова в магию цифр не верит. Допускает, что здесь живут около 350 человек.
– Я в любой дом могу зайти с высоко поднятой головой, — твердо заверяет 82-летняя пенсионерка Сивцова, которую местные жители привыкли называть тетей Соней. — Люди хорошие. Когда требуется, и в магазин сходят, с продуктами мне помогут. А если денежку в долг попросят, так я дам! Во двор выйду — со всеми поговорю. Детвору пожурю, если мусорит.
Тетя Соня, по словам местных жителей, человек «с активной жизненной позицией». К ней многие идут за советом.
Мы с Балашовой подходим к самой окраине деревни. Рядом с магазином стоит проржавевший ларек и новенький таксофон. Вдоль главной асфальтированной дороги стоят домики, среди них практически нет заброшенных. За домами начинаются поля — неровные, холмистые. Дорога от них то поднимается, то опускается.
– На самом деле, такое эмоциональное благополучие было не всегда. Мы тоже через многое прошли. Лет пять-семь назад к нам стали привозить «переселенцев» из Москвы. Людей, которых обманывали черные риелторы. Они выбирали спившихся мужиков, без денег и в долгах. По сути, полностью опустившихся людей, целые семьи. Их квартиры в Москве и Подмосковье продавали, деньги забирали. Жертвам обещали с три короба, но привозили в нашу Воробьевку, в дешевые квартиры. На маленькой площади жили по пять-семь человек. Муж, жена, братья-зятья, совсем старенькая бабушка. Кое-где вообще был бомжатник. Люди думали, это временно. Как-то утром подходит один алкоголик к раковине и удивляется: дескать, когда будет горячая вода? «Милый, тут ее в принципе нет». Другая бабушка очень переживала: «Как же так, обещали просторный дом с участком, гаражом, всеми удобствами вплоть до Интернета, а тут что-то не то». Ночами периодически приезжала машина со столичными номерами. В квартиру заносили ящики спиртного. Эти риелторы спаивали людей. За четыре месяца умерли три человека, все остальные пропали. Бедную бабушку из столицы мы потом устроили в дом престарелых. И вроде бы даже злоумышленников этих поймали. А мы, жители деревни, вздохнули спокойно. Тихо стало, хорошо!
Поделиться
ТЕГИ
13 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ