Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Странно, когда молодые, крепкие ребята сидят в магазинах на кассе»

«Русская планета» провела один день с лучшим штукатуром России

Елена Коваленко
5 мин
Лучший штукатур России Михаил Ковалев. Фото: Алина Кунькова
Лето – сезон работы для строителей. В это время они трудятся практически без выходных. Корреспондент «Русской планеты» провела один день с лучшим штукатуром России и узнала, как живут современные ударники труда, и почему нашу страну не купишь.
Договариваясь о встрече, Михаил Ковалев сразу же предупредил, что сейчас он в официальном отпуске, но еще ни дня не отдыхал — делает ремонт в квартире, которую недавно купил для своей матери. Он встречает меня на конечной остановке автобуса: «А то без меня вы в новостройках потеряетесь». Подходим к многоэтажному дому. В однокомнатной квартире, где работает Михаил, нет ничего, кроме смесей, шпаклевки, мастерков…
– Мой день, независимо выходной это или нет, начинается в 5:30, а заканчивается ближе к полуночи. А куда деваться? Деньги надо зарабатывать. Да и рабочих периодически не хватает, — делится со мной Михаил.
– Отличная возможность для жителей Украины, которые приехали в нашу область, — размышляю в ответ.
– Да, вот только украинских мужчин зарплата в 30 тыс. рублей не устраивает, — отвечает Михаил. — Приходили к нам беженцы устраиваться на работу, требовали, чтобы им платили минимум 60 тыс. рублей. В нашей стране для них сейчас делается все: дети могут бесплатно учиться в вузах, ежемесячно выплачивается материальная помощь, поселили в санаториях. А о себе опять не подумали. Денег то на них тратится немало, хотя никто ничего им не должен.
Приведу пример. У меня есть друг. В 1991 году он жил с родителями в Чирчике. Это город в Узбекистане. В 12 часов ночи к ним пришли люди с автоматами и потребовали, чтобы те освободили двухкомнатную квартиру. Тогда семья переехала жить в Пензу, но им абсолютно ничего не предоставили, хотя они русские.
Меня последнее время удивляет наш президент. Он столько месяцев уже терпит провокации. Путин в очередной раз доказывает, что нашу страну не победить, не купить.
Михаил на несколько секунд замолкает, а потом продолжает:
– Конечно, все, что происходит на Украине – дело рук Америки. Она хочет мирового господства. И ей сейчас жаль, что Крым упущен, через него был отличный выход в Черное море.
– Расскажите про конкурс, в котором победили?
– Еще два года назад я стал лучшим штукатуром в Пензе, — Ковалев закуривает. — Меня за это даже иномаркой наградили. Пришлось на права учиться, до этого автомобиля у меня никогда не было. На всероссийском конкурсе мне пришлось бороться с 18 штукатурами из разных городов. В первом этапе состязания за три часа нужно было сделать пять квадратных метров штукатурки. Я свою работу закончил за сорок минут. Но когда председатель комиссии проверял ее, сказал, что это вовсе не показатель и неплохо бы мне сделать откосы, хотя другим это требование не предъявляли. Во время второго этапа нужно было ответить на вопросы из теста: из 30 я справился с 27. Порадовал приз — 300 тысяч рублей. Потратил их на семью. Супруге, например, купил шубу.
– Вы сейчас разрушаете стереотип о том, что в штукатуры идут люди, мягко говоря, не блещущие интеллектом, — не скрываю я своего удивления.
– Вообще штукатуром я стал благодаря своей маме. Она проработала строителем 40 лет, и когда мне был 21 год, привела в свою бригаду. Еще лет десять назад многие считали, что строитель — тюремщик, алкаш. Но позвольте, раньше наколки считались признаком либо проституции, либо того, что человек когда-то сидел. А сейчас это стало нормой.
Если говорить про меня, то в школе я учился хорошо. У меня была способность к изучению иностранных языков, которые проявились и у моей старшей дочери — она учится на факультете иностранных языков в педагогическом институте.
В 90-е я поступил в политехнический университет на специальность «Автоматизация и машиностроение», но из-за того, что в стране была разруха, жить было не на что, на третьем курсе учебу пришлось бросить. Хотя я, возможно, бросил бы ее еще раньше. Дело в том, что в те годы многих ребят призывного возраста отправляли в Чечню. Меня такая перспектива не устраивала, поэтому и стал студентом. Поступить же в те годы в вуз было просто: на одно место претендовало 0,8 человека. На мой факультет было достаточно сдать математику и физику на тройки, а сочинение написать на два, и все — ты становился студентом.
В 90-е вообще было непросто жить. Помню, когда работал на базе, нам зарплату колбасой выдавали. Иногда, конечно, и деньги на руки получал. Но ставка, например, была 1300 рублей, а давали всего 400. С 2001 по 2009 год я работал в Москве. Там были совсем другие деньги, но я решил вернуться в Пензу.
– Многие, наоборот, стараются уехать из провинциального города в столицу в поисках лучшей жизни...
 – Стараются уехать жители сел и деревень, потому что там работы вообще нет. Для них зарплата в 40 и 50 тыс. рублей — огромные деньги. Но их и в Пензе сейчас можно заработать.
– А вы много зарабатываете?
– За последний месяц 39 тысяч получил. Так я еще и подрабатывать ведь могу.
– Если напишу, что штукатуры хорошо зарабатывают, с дефицитом кадров будет покончено?
– Вряд ли. Один знакомый пожаловался, что получает 15 тыс. рублей в месяц. Я ему говорю, мол, приходи ко мне на стройку: где поработаешь, где мешки потаскаешь. Он в ответ: «Тяжело, у меня спина болит». А у меня не болит.
– Да и рабочие профессии сейчас не считаются престижными…
– Зато жить с навыками рабочего человека очень удобно. Дома можешь все сделать сам. Вообще мужик с руками — мечта любой женщины. Вот я сейчас сам себе ремонт делаю и могу сэкономить 200 тысяч. Это же здорово!
Люди рабочих специальностей ценятся. Если у человека есть высшее образование, это ничего не значит. Я даже сейчас своей старшей дочери говорю, что мне в зятья не нужен какой-нибудь менеджер, пусть лучше рабочим будет. Для меня диковинка, когда молодые, крепкие ребята сидят в магазинах на кассе, чеки отпускают, а потом жалуются, что у них зарплата маленькая.
Еще есть проблема, о которой надо рассказывать: у нас в бригаде из 19 человек восемь — пенсионеры, а замены нет. К нам, конечно, приходили работать молодые ребята, но у них то ли сил, то ли желания не хватило трудиться.
Молодежь сейчас активнее идет в юристы, либо в так называемые «белые воротнички». Но в России нет столько рабочих мест для них. А на заводы никто не хочет идти работать, хотя там сейчас хорошо платят. Когда в 2008 году в стране произошел дефолт, «офисный планктон» остался без работы, а вот строители, наоборот, были востребованы.
– Получается, люди обленились?
– Во многом виноват компьютер. Моей старшей дочери сейчас 18 лет и в ее детстве компьютеров не было и она, грубо говоря, играла в куклы и сейчас спокойно обходится без него. Младшая же дочь совсем другая. Супруга недавно ходила на родительское собрание в школу и там говорили, что дети стали злее и агрессивнее, много времени уделяют технике и мало учебе. Ленятся!
Вот почему сейчас много разводов на начальных этапах брака? Просто когда молодежь встречается, они обычно в кино ходят, в кафе, а к быту совсем не приучены. Хорошо, если у них до развода дети не появятся, а то на бабушек и дедушек оставляют. Возможно, в такой тенденции виноват Запад. Всем хочется красивой жизни. Особенно девчонкам. Вот и мужики боятся сейчас жениться. Заранее интуитивно готовятся к разводам.
Взяв в руки мастерок, Михаил продолжает штукатурить. Смотрю на него и понимаю, что с подобной работой справится далеко не каждый. Наверное, штукатурам даже за вредность доплачивают.
– Ну что ты! — развеивает предположения Ковалев. — Официально вредной считается работа маляров, каменщиков, наша — нет. Хотя мы тоже и на холоде работаем, и газом дышим, и тяжести носим, но в Трудовом кодексе это не отражено. Хотя на стройке легкой работы нет. Вот, например, я не завидую каменщикам. Зимой они трудятся на улице на холоде, летом — на солнце. И все, абсолютно все, мучаются с остеохондрозом. Это наше профессиональное заболевание.
– А качество возводимого жилья, на ваш взгляд, сейчас растет или падает?
– Растет. Сейчас появились новые технологии, все дома утепляют пенопластом. Многие покупают вторичное жилье, но лично я бы его не купил. Во-первых, оно дороже. Во-вторых, в нем много недоделок. Я сам хожу по квартирам, делаю в них ремонт и знаю, что там не так — бывает и трубы гнилые, и окна на ладан дышат. Поверьте, покупая вторичное жилье, в него еще надо будет немало вложить.
– Последнее время много говорят о пенсионных реформах. Вы как к ним относитесь?
– Реформы придумывают от того, что у нас в стране денег нет. Сейчас работает много нелегальных организаций. Тех, кто «по бумаге» и на руки выдают «белую зарплату», единицы. Недавно к нам на стройку приходили две девушки из негосударственного пенсионного фонда, и мы решили с товарищем, что свои накопления лучше вложим в него. В любом случае сейчас нужно что-то решать. С другой стороны, до пенсии бы дожить.
Я заходил на сайт «Пенсионного калькулятора», рассчитывал на нем свою будущую пенсию. И знаете, при моей нынешней зарплате в 39 тысяч рублей получилось, что пенсия у меня будет всего 10 тысяч рублей. Для меня это неожиданно.
– А вы бы не хотели прожить свою жизнь как-то иначе. Может быть, что-то поменять?
– Недавно я встретил свою одноклассницу. Вспомнили с ней 1992 год, в котором окончили школу. Что тогда было в стране? Развал, никто не знал, что будет завтра. Все выживали, как могли. Я, наверное, живу так, как этому суждено быть. И доволен, что работаю штукатуром, хотя в свое время стеснялся, что мама трудится на стройке. Но, возможно, мог бы стать неплохим футболистом. Я профессионально занимался футболом, меня даже звали работать тренером.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
5 мин