Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Только богатые русские уезжают из России»

Пермские иностранцы о кризисе, проблемах и любви к России

Елена Коваленко
5 мин

Фото: Артем Коротаев/ТАСС

Из России массово уезжают мигранты. Причина — падение рубля, из-за которого иностранцам стало не выгодно работать в нашей стране. По данным издания «Новый компаньон», в последние месяцы из Перми уже уехали около 13 тысяч таджиков и узбеков. Тем не менее, далеко не все иностранцы испугались экономических трудностей — в регионе решились остаться не только представители СНГ, но и граждане европейских государств. Корреспондент «Русской планеты» встретился с ним, чтобы узнать, чем им нравится (или не нравится) жизнь в России.
Ксавье Фор, Франция
– У меня есть знакомая девушка, я познакомился с ней Реймсе. Она учила русский язык, мы с ней подружились. Сейчас она представляет город Пермь в Брюсселе. Мы с ней давно планировали приехать в Кунгур на «Небесную ярмарку». В итоге два года назад я приехал, влюбился в это место, нашел друзей. Сейчас я временно в Перми — тут больше возможностей найти работу, чем в Кунгуре.
Русский язык я учил в школе и планировал приехать давно. Когда я понял, что для меня во Франции все пути закрыты, я решил, что я еще могу приехать в Россию. У нас во Франции была тяжелая ситуация, и я предвидел, что будет еще хуже. После кризиса 2008 года экономика не поднималась. Становилось все хуже и хуже: каждый день закрывалось по 35 ферм — это очень много. Маленькие фермы поглощаются большими. Кроме того, каждый день во Франции закрывается один завод, это означает, что тысячи людей остаются без работы. У вас магазины работают каждый день, через каждые пятьдесят-сто метров можно купить продукты. А у нас, чтобы купить еды, нужно ехать в большой супермаркет на окраине города. Вчера мне звонила мама и рассказала, что все маленькие магазины в центре города закрыли.
В России у власти есть мысль поднимать экономику, помогать малому бизнесу, а во Франции — наоборот: никто не хочет помогать предпринимателям. Наше правительство помогает большим компаниям, которые принадлежат американцам, а маленькие закрываются.
В России мне предлагали заняться производством сыра, а потом решили, что не будут браться за это. Я пробовал делать сыр по своему рецепту. Сейчас эта тема не закрыта, у меня есть заказы. У меня есть новые методики, как поднимать маленькие фермы и получать хороший доход. Сейчас я занимаюсь бизнес-планом, но это очень сложно, нужен профессиональный экономист и переводчик. Кроме того, мне сложно устроиться на официальную работу. Мне много обещали, но так ничего и не сделали. Так получалось уже четыре раза. Я, как и все русские, имею три-четыре разные работы, чтобы выживать. Если хочется, то найти можно. Я, например, преподаю французский язык. А во Франции сейчас работу точно не найдешь. Я не смог.
У русских совсем другая логика. Например, мы сегодня приехали в сельскохозяйственную академию. Там две двери — большая и маленькая, около 70 сантиметров в ширину. Большая закрыта, люди заходят через маленькую. Мне это не понятно. Я уже долго живу в Россию, но все равно бываю в шоке от такого! В Кунгуре я зашел за шоколадными вафлями, а их не было. Я спросил у продавца, когда их привезут. Он ответил, что не знает, позвонил на завод, спросил там, но и там тоже не знают. Никто ничего не знает! Между русскими плохая коммуникация, русские друг друга не понимают. В Перми, в Казани, в Екатеринбурге говорят как будто на разных языках. Эти проблемы с коммуникациями можно сравнить с дорогами. У вас плохие дороги, а эти вещи взаимосвязаны. Нужно больше эффективности. В магазине продавец вам не радуется как во Франции. Вы чувствуете, что вы ему мешаете. У многих русских нет ответственности, отсюда и проблема коррупции. Если у народа нет ответственности, откуда она возьмется у правительства? Это даже не я сказал, а Путин, когда был пожар в «Хромой лошади».
Я слышал, некоторые русские уезжают из России, но это богатые люди — бывший губернатор (Экс-губернатор Пермского края Олег Чиркунов уехал во Францию. — Примеч. авт.), например. У них денег много, они могут покупать замок и виноград. Но я бы посоветовал им держать недалеко чемоданы. По моим прогнозам, во Франции скоро будет гражданская война. Люди уже готовы. Многие полицейские готовы к бунту, власть их не уважает. А в России люди готовы затянуть пояса и потерпеть трудности. В России по чуть-чуть поднимается жизненный уровень людей, у многих, например, есть плазменные телевизоры, а все говорят, что денег нет. Да, трудности будут, но у России больше перспектив, чему Франции.
Желько Джорджевич, Сербия
– В Сербии у меня был свой парикмахерский салон, но после развода с женой у меня с ним возникли проблемы. Когда мы расстались с ней, я полгода ничего не делал, только пил из-за разочарования. Моя мама сказала мне: «Сын, так не пойдет, надо идти работать, иначе ты себя угробишь». У нее был друг, который работал в Москве, она спросила меня: «Ты поедешь в Россию работать?». Я был готов уехать куда угодно — хоть в Россию, хоть в Америку, хоть во Францию. Мне предложили работать арматурщиком и спросили: ты умеешь вязать арматуру? Я ответил, что не умею, я профессиональный парикмахер. Мне сказали: «Ну ладно, там научишься». Сначала я приехал в Екатеринбург. Это был 2005 год. После пары дней работы начальник сказал мне: «Я не знаю, что с тобой делать, ты не умеешь вязать арматуру, наверное, отправим тебя домой». Один человек, который работал с нами, сказал: «Не отправляй его домой, я научу его, и он будет работать». Он меня научил, работу мы закончили. Работали официально — у нас было разрешение. После этого больше половины наших ребят-сербов уехали домой. А я не хотел домой. И мне предложили работу в Перми. Тут я работал год-полтора, все обманывали, платили немного, бумаг официальных не было. Разрешение на работу было, но не было прописки. Я жил сначала у знакомых, потом снимал квартиру, но прописку мне не давали. Потом мой знакомый из Екатеринбурга поехал в Москву и позвонил мне и предложил работать с ним. В Москве я поработал четыре месяца, платили нормально, но потом фирма распалась. Потом я нашел работу в Усть-Качке, затем в Перми познакомился с нашим югославом, который держит фирму, начал работать у него. Чтобы нарушать миграционное законодательство, я каждый месяц ездил в Казахстан — пересекал границу. Пару раз не успевал вовремя, были штрафы, но серьезных нарушений не было.
Случайно, когда гулял по Перми, познакомился с будущей женой, два года мы встречались, потом поженились, у нас родился ребенок, ему сейчас четыре года. Я получил разрешение на временное проживание, но проблемы остаются — мало кто хочет брать на официальную работу иностранца. Пока ищу, сейчас немного шабашу, чтобы деньги в семью приносить.
С языком были некоторые сложности. Русский я учил в школе, но у меня была двойка. Я не относился серьезно, думал: «Ну когда я попаду в Россию?». Уже когда приехал сюда, учил язык, общаясь с девушками. Ну и мужчинами, конечно. Наши языки похожи, поэтому не могу сказать, что мне было очень тяжело понимать вас. Сейчас уже умею нормально и говорить, и писать, но все равно у меня остается акцент. Я даже начинаю забывать некоторые сербские слова — когда по скайпу звоню домой, использую русские.
В России я познакомился с разными людьми — кроме русских, были и кавказцы, и татары, и узбеки, и таджики. Все были рады дружбе. Никогда не было никаких конфликтов. Все ко мне относились нормально. Несколько раз встречались какие-то ненормальные, но такие везде есть — и в Сербии их едва ли не больше (смеется). Разницу в менталитете я не почувствовал, мне кажется, русские с сербами очень похожи. Да, сначала мне было тяжело, но это никак не связано именно с Россией, просто я не видел никакого пути, я только работал и все, чтобы забыть о своих проблемах. Сейчас у меня есть путь, есть цель — обеспечить семью. Я знаю, что сейчас кризис, но твердо решил остаться здесь, хочу получить гражданство. В Сербии у меня осталась мама и взрослый сын от первого брака. У мамы есть муж, а сыну уже 22 года – они могут и без меня. А здесь я нужен своей жене и ребенку.
Ильхам Мамедов, Азербайджан
– Впервые я приехал в Пермь еще в 80-х годах. У меня здесь были друзья: азербайджанец и его русская жена. Они приезжали к нам в гости, некоторое время жили у нас. Потом и я приехал сюда и теперь меня не пускают обратно (смеется). У меня здесь появилось много друзей, мне даже машину подарили. Мы с ними отмечаем многие праздники — и дни рождения, и Пасху, и Рождество. Отношения как с родными. «Русский — не русский», — я таких разговоров не слышал, никто мне ничего подобного не говорил. Я был и в Польше, и в Германии, много где жил — у меня нигде не было сложностей, все народы были хорошие. Я не националист и националистом быть не хочу.
Я родился в Советском Союзе, я в Германии служил вместе с русскими. А потом тут республика, там республика — это все политические дела. Для меня лично в СССР хорошо было, потому что был один паспортный режим, можно было жить, где хочешь. А сейчас то патент, то еще что-то требуют. Каждый год миграционное законодательство меняется, я из-за этого гражданство не могу себе сделать — очень тяжело. Сейчас нас заставляют экзамены сдавать. У нас в Азербайджане все русский язык знают, русские туристы приезжают — никаких проблем нет, даже местные дома между собой по-русски говорят. Но я же не могу знать язык на уровне русского человека, чисто разговаривать не могу, акцент остается.
Когда был Советский Союз, я весь Кавказ объездил, через Казбек миллион раз ходил. Где хотел — машину остановил и спал. Сейчас на дороге меня останавливают и постоянно спрашивают документы. В СССР было хорошо, никакой войны не было. А потом понеслось: то в Грозном, то в Нагорном Карабахе, то между узбеками и таджиками, сейчас на Украине. У меня за Украину душа болит, я каждый день новости смотрю и думаю: «Кому это нужно было?».
Почему многие азербайджанцы уезжают из России? Сейчас в Перми мало бакинцев осталось, я сейчас тебе объясню, почему. Вот смотри: сто азербайджанских манат — это ровно сто евро. Курс ровно стоит, не колеблется. Раньше я отправлял семье десять тысяч рублей, и это были хорошие деньги. А что такое сейчас десять тысяч рублей?
Мне хорошо в Перми, я люблю русский народ, но я устал уже и здоровье подводит. Думаю домой вернуться, с семьей старость встретить.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
5 мин