Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«Общество все время находится в кризисе»

«Лучший психиатр» 2015 года в Смоленске: можно ли избавиться от алкогольной зависимости за 28 дней

Елена Коваленко
6 мин

Психотерапевт Василий Климов. Фото: Екатерина Русилова/ «Русская планета»

В этом году звание «Лучший врач года» в Смоленской области получили 30 человек. Василий Климов стал одним из победителей в номинации «Лучший психиатр». Медицинской деятельностью он занимается с 1983 года. Климов работал психиатром, наркологом, участковым, заведующим городского наркологического отделения. Последние шестнадцать лет трудится психотерапевтом в стационарном отделении неотложной наркологической помощи №2 «Смоленского областного наркологического диспансера». Его пациенты — люди, страдающие алкоголизмом, наркоманией и токсикоманиями.
Василий Климов в интервью «Русской планете» рассказал о масштабах наркологической проблемы в регионе, почему люди боятся наркологов и можно ли за двадцать восемь дней вылечить зависимость.
– Василий Эдуардович, за последние пару лет зависимых стало меньше или больше?
– По статистике считается, что алкоголизмом страдает всего лишь 1,6 % людей по стране. Скорее всего это цифра занижена. Первая стадия алкоголизма может быть у гораздо большего числа людей. Это когда у человека есть просто желание  употребить алкоголь. При этом употребление носит однодневный характер в виде эксцесса, то есть человек выпьет и напьется. Такие люди говорят: «Не хотел, а вот взял и нажрался».
– А если человек выпивает по пятницам или пару раз в неделю — это путь к зависимости?
– Наука считает так: человек должен вести абсолютно трезвый образ жизни. А если рюмку выпил, значит, допустил срыв. Этих людей можно рассматривать, как культурно употребляющих, только довольно часто. Но они могут находиться в зоне риска, потому что алкоголь — это наркотик. Раз человек его употребляет, например, каждый день для снятия напряжения после работы, он может незаметно для себя начать испытывать действительно настоящую тягу к спиртным напиткам. У таких людей будет расти толерантность, то есть доза. Употреблять алкоголь часто, даже умеренными дозами, опасно. Если же человек систематически это делает, то становится систематически злоупотребляющим.
– Каков на сегодня масштаб проблемы в нашем регионе?
– По данным «Смоленского областного наркологического диспансера»  за 2014 год распространенность хронического алкоголизма снизилась на 1,9%. В 2013 году людей, страдающих наркологическими заболеваниями, зарегистрировано 22 977 человек, а в 2014 — 22 941 человек, из них  16 203 больных алкоголизмом. Тенденция к снижению имеется.
– Но ведь статистика не может отразить реальное число больных алкоголизмом. Это только те люди, которые стоят на учете. А ведь есть те, кто не обращается в государственные учреждения, соответственно, они не фигурируют в статистике.
– Конечно, есть. К ним же относятся те, которые лечатся анонимно. И их много. Но когда-то они могут попасть на учет. Например, человек употребляет алкоголь, его болезнь прогрессирует, у него случается эпилептический припадок, вызванный запоем, и его увозят на скорой помощи в наркологическое учреждение.
– Во времена экономических кризисов в стране изменяется количество зависимых людей?
­­­– Общество все время в каком-то кризисе находится, постоянно в каком-то стрессе. Экономический кризис — он все продолжается и продолжается. В 90-е годы человек находился в более сильном стрессе, и алкоголизация была сильнее. Сейчас люди спокойней стали.
– Алкоголь «лечит» от стресса?
– Алкоголь не лечит от стресса, он загоняет человека в еще в более глубокий стресс, вызывает депрессию. Сначала человек ощущает то состояние, которого добивается: ему хорошо. Но потом он за это «хорошо» платит: надо выходить из алкогольного опьянения, а, может, уже и лечиться. За все в этой жизни, как говорится, надо платить.
– Ваши пациенты какой напиток чаще всего употребляли?
– Среди тех пациентов, которые лечатся здесь, могут быть люди, которые употребляют, как они выражаются, «все, что горит».
– А из психотропных веществ, что сейчас на первом месте?
­– Наиболее распространенный сейчас в области, да и вообще у нас в стране, — это героин. Подростковый контингент зависим от спайса. Есть каннабиноидная зависимость.
– Каннабиноиды тоже опасный наркотик?
– Его относят к легким, в кавычках. Люди, которые слышат выражение «легкий наркотик», действительно думают, что он легкий и попадаются. На самом деле это такая же опасная вещь, как и другие наркотики, как и алкоголь. Наркомания, вызванная каннабиноидами, очень коварна. Сокращается продолжительность жизни, нарушаются умственные способности, снижается память, повышается агрессивность, развиваются психозы, которые по своему выражению походят на шизофренические. То есть человек становится неадекватным. У таких людей могут потом возникать и другого рода зависимости. Они прибегают к спиртному с целью создания определенного психологического состояния и быстро заболевают алкоголизмом. Становятся больными уже двумя видами зависимости: алкоголизмом и наркоманией. Вылечить их очень трудно.
Василий Климов: За 28 дней невозможно оказать полноценную помощь. Фото: Юрий Белинский / ТАСС
Василий Климов: За 28 дней невозможно оказать полноценную помощь. Фото: Юрий Белинский / ТАСС
– Людей какого возраста и какого пола больше среди ваших пациентов?
– В моей практике и в этом отделении больше мужского населения. Как и везде. Мужской алкоголизм и мужская наркомания более распространена, чем женская. А возраст примерно такой: от 40 до 50 лет. Этот контингент чаще встречается. Вообще, сейчас есть тенденция к быстрому течению алкоголизма. У нас лечатся и подростки, и молодые люди до тридцатилетнего возраста. И мужчины, и женщины могут быстро пройти первую, вторую стадии алкоголизма. Даже в молодом возрасте люди получают белую горячку. А это конец второй стадии, начало третьей или уже третья стадия.
– Почему процесс ускорился?
– Возможно, это связано с напитками, их качеством, которые употребляют.
– Не могу не спросить про белую горячку. Часто с ней сталкиваетесь?
– Раньше сталкивался, когда работал завотделением острых психозов. Там я лечил людей, страдающих белой горячкой. Сейчас работаю только с вышедшими из этого психоза, то есть с теми, кому психоз купировали.
– Что тогда было самым неприятным в работе?
– Бывают такие ситуации: я делаю все, что могу, но сердечная деятельность пациента показывает — может умереть. Тогда я чувствую какое-то бессилие.
– Какая стадия алкоголизма у больных, с которыми вы работаете?
– Вообще алкоголизм, как заболевание, имеет три стадии. Как правило сюда поступают со второй стадией и приближающиеся уже к третьей. Во второй стадии заболевания человек употребляет алкоголь чаще всего запоями. У него сформирован так называемый абстинентный синдром, или синдром отмены, похмельный синдром. Если человек говорит об «отходняке», можно предположить, что он злоупотребляет алкоголем, а, может, уже заболел алкоголизмом второй стадии.
– Есть безнадежные пациенты?
– Были такие пациенты, которые не входили в состояние длительной ремиссии. Как правило, их можно отнести к разряду людей, страдающих алкогольной деградацией личности. Это третья стадия алкоголизма. У человека нарушены мыслительные процессы, память. Из-за того, что в головном мозге погибло много клеток, он не имеет нужных волевых качеств для трезвой жизни.
– А  постоянные пациенты в отделении есть?
– Есть такие пациенты, которые не один раз в год попадают. И многие из них с призрением смотрят на психотерапевта.
– Как долго человек с зависимостью стоит на учете и сколько дней его лечат в стационаре?
В наркологическом диспансере зависимый три года стоит на учете, а здесь лечатся всего двадцать восемь дней. Разве ж можно за двадцать восемь дней даже одному человеку всеобъемлюще оказать помощь?! Из них практически 10 дней уходит на то, чтобы он вышел из состояния абстинентного синдрома, белой горячки и дошел до состояния, когда с ним можно проводить психотерапевтическую работу.
– Все пациенты подходят под психотерапевтическое лечение?
– Не подходит тот человек, у которого нет желания и критики перенесенного психоза. Надо в этих случаях просто занять выжидательную позицию. Бывает так, что человек по деревне бегал с топором и говорил, что это он инопланетян гонял. Выйдя из психоза, он оставался уверенным в том, что по деревне инопланетяне бегали. Конечно, такого человека на психотерапию брать смысла нет. У него нет не только критики к самому алкоголизму, у него ее нет и к перенесенному психозу. Он вообще не понимает, как оказался в больнице.
– Вы были врачом-наркологом, сейчас работаете психотерапевтом. Ваши взгляды на способ лечения изменились? Что действеннее: медикаментозное или психотерапевтическое кодирование?
– С научной точки зрения, лечение должно быть комплексное. И я считаю, что без психотерапии невозможно. Мои взгляды стали более зрелыми. Я понял, что на человека надо влиять не только лекарствами, но и психологически, чтобы он перестроил себя как личность и стал по-другому смотреть на жизнь.
Медикаментозное лечение улучшают состояние здоровье, а психотерапия направлена на то, чтобы снять тягу на бессознательном уровне. Если человек не проходит психотерапию, то он ее не снимет. Как правило, основная масса пациентов, кто лечится одними лекарствами, запивает в течение первого же года.
Я лично занимаюсь кодированием по методу Довженко. Вот настоящий кодирующий метод. Если взять двух подходящих пациентов и под метод «Торпедо», и под метод Довженко, то второй будет сильнее. Эффективность метода еще зависит и от веры пациента.
– Но внушение может проводить и врач-нарколог, который использует метод «Торпедо».
– Да, может. И если он сделает все правильно, метод будет иметь эффект.
– Неправильно внушение — это как?
– Они могут говорить: «Пить больше нельзя, а если ты запьешь, то будет плохо». Или что-то подобное. Такими словами можно испортить все. Психотерапевт не употребляет частицы «не» и слово «запьешь» тоже не произносит. Психотерапевт говорит, например: «Ты теперь изменился. И будешь жить так, как положено всем трезвым людям. Тяга к алкоголю у тебя исчезла».
­– Какой процент людей успешно проходит курс лечения?
– Процентов семьдесят пять, а то и больше.
– Люди боятся обращаться к наркологу?
– Да. Боятся быть поставленными на учет, потому что потом, когда они устраиваются на работу, надо предоставить справку: стоят они на учете или нет. И когда человеку выдают справку, в которой написано, что он состоит на учете, в работе ему отказывают. Поэтому люди и боятся идти в официальные учреждения.
– Можно ли вылечить алкоголика или наркомана?
– От алкоголизма вылечить никого нельзя, это неизлечимое заболевание. Вылечить так, чтобы стать умеренно употребляющим — вот выпил рюмку или две на праздник и все в порядке — такого не бывает. Можно только добиться ремиссии. У наркоманов, например, есть такое выражение, которое и мешает им вылечиться: «Героин умеет ждать». Поэтому врачу необходимо разубедить этого пациента.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
6 мин