Общество
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
Личные связи
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Поддержать проект
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля». Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».
Новости Общество
Русская планета
Общество

«А тут смотри, поликлиника сама к тебе приехала»

Корреспондент «Русской планеты» побывал в глухом поселке Теба Кемеровской области вместе с медицинским поездом

Павел Лавров
18 сентября, 2014 13:09
14 мин
Медицинский поезд в поселке Теба Кемеровской области. Фото: Павел Лавров
Медицинский поезд Красноярской железной дороги впервые работает за границами своего родного региона. Специалисты передвижного консультативно–диагностического центра посетили глухие села и полустанки в Хакассии и Кемеровской области.
Женщина решительно перешагивает рельсы, под ее ногами шуршит гравий насыпи. На руках у нее грудничок в коконе из пеленок, следом семенит, не поспевая за матерью, ребенок постарше. Резиновые сапоги мальчика взяты явно «на вырост» и при каждом шаге хлопают голенищем по ноге. Мать поторапливает:
– Смотри, какой поезд красивый. Это доктор приехал. Сейчас сводим вас к доктору.
– Доктор Айболит? — уточняет ребенок, забавно не выговаривая некоторые буквы.
– Айболит, Айболит. Давай, шевелись уже. И так проспали. Нам еще очередь стоять.
Медицинский поезд — это поликлиника на колесах. Его официальное название — Передвижной консультативно–диагностический центр «Доктор Войно-Ясенецкий “Св. Лука”». Впрочем, долго и официально его называют лишь в документах. В разговоре просто — «поезд здоровья».
– Вот эта станция Теба — это яркий пример того, зачем мы нужны, — рассказывает руководитель передвижного центра, хирург Геннадий Рощупкин. — Поселок довольно крупный, но глушь. Автомобильных дорог нет. По реке не добраться. Кругом тайга и горы. Есть только железная дорога. Жителям каждый раз с обследованиями в город ездить? Замучаешься. Свою большую больницу делать — где денег взять? А лечить людей надо.
– С погодой–то нынче как фортануло, — задумчиво говорит седой усач, глядя на небо. — Мог и снег сыпануть. В горах уже лежит. Саня охотничал, говорит, перевалы уже закрыты. На завтра и у нас снег обещают.
– Не будет снега, — возражает ему пожилая женщина. — У меня на снег колени ломит. А сегодня ниче, видишь, вприпрыжку бегаю.
Почти все вагоны состава построены специально для медицинского поезда, на заказ. Снаружи, все как обычно. Внутри — как будто в поликлинику зашел. И стойка регистратуры имеется, и указатели с номерами кабинетов. Правда, очередь не такая нервная, как в обычной амбулатории. Все-таки село маленькое, соседи друг друга знают, так что обходится без привычных «Куды прешь?!» и «Я только спросить».
– Петю, Петю пропустите! — расступаются пенсионеры, освобождая проход к кабинету терапевта. У Петра нет ноги, он на костылях.
– Зато я на бахилах экономлю, — смеется он. — Мне в два раза меньше надо!
– Мужчины, там помощь нужна на улице, — заходит в вагон женщина в синей медицинской униформе. — Лежачих больных подвезли, их надо как-то в поезд по лесенке поднять.
На призыв откликаются трое. Зеленый УАЗик медслужбы подъехал почти вплотную к составу, в нем ждут пожилые пациентки. Их одну за другой поднимают по крутым ступенькам в медицинский вагон, кого-то поддерживая под руки, кому-то помогая переставлять разбитые артритом и ревматизмом ноги. Старушки охают, причитают, то благодарят помощников, то ругают тех, кто вообще придумал лестницы.
– Ой, я бы лучше как-нибудь без этого рентгена, — чуть не плачет бабушка. — Это что ж, вот так пойдешь лечиться и концы отдашь, покуда доберешься.
– Не бухти, Валя, где ты еще столько врачей возьмешь? Не в город же тебя тащить? — урезонивает ее медсестра. — А тут смотри: поликлиника сама к тебе приехала.
В конце концов, операция по загрузке в вагон немобильных пациентов окончена, медсестры уводят их в кабинеты, а на улице мужики устало закуривают.
– Вы это, не расслабляйтесь, — улыбается Владимир, водитель единственной на всю Тебу кареты скорой помощи. — Их же еще обратно доставать надо будет.
Медицинский поезд Красноярской железной дороги был построен в 2007 году. Поэтому оборудование в нем установлено самое современное. Таких медицинских аппаратов не видят и в некоторых городских клиниках. Самые востребованные в отдаленных деревнях медицинские услуги — это рентген, ультразвуковые исследования, маммография. Плюс — консультации врачей узкой специализации. Вплоть до нейрофизиолога.
– Я, конечно, доктор, но меня на всех не хватает, — рассказывает Фаина Таркова, заведующая тебинским фельдшерско-акушерским пунктом. — Работать у нас никто не хочет. Людей сюда не заманишь. Территория огромная. К нашему пункту и все соседние поселки относятся, туда или пешком, или зимой на снегоходах на вызовы попасть можно. Так что приходится совмещать и работу фельдшера, и работу лаборантом, и все подряд. Без малого тысяча человек, и на всех один доктор, один фельдшер и две медсестры. О какой помощи может речь идти? Ну, роды принять. Ну, рану перевязать. Таблетки какие прописать. Недавно нам аппарат привезли: мы хоть анализ крови можем делать, чтобы в город больных паровозом не отправлять. Выкручиваемся. Лежачих больных к себе в стационар забираем, чтобы меньше бегать. Экстренную помощь оказываем. Нам вот такой визит медицинского поезда — ох! Я словами вам даже не скажу.
Тебинский фельдшерский пункт, здесь его гордо называют больницей, расположен всего через улицу от самой станции. Впечатление производит на удивление неплохое: качественный ремонт, стерильная чистота, а главное, почти домашний уют.
– Не поеду. Чего я там не видал? — артачится пациент в ответ на уговоры медперсонала посетить передвижную поликлинику. — У меня ног нету. Что, пришьют мне их там? Вот и нечего мотаться. Мне и тут хорошо.
– Понятно, хорошо. А в город потом ехать на анализы тебе будет хорошо? — медсестры настойчивы. Скорее всего, уговорят.
Благополучие ФАП (Фельдшерско–акушерский пункт — Примеч. авт.) в Тебе — скорее, исключение. Как правило, в других глухих деревнях, расположенных вдоль железной дороги, нет и этого.
– Вся эта система медпунктов начала разваливаться еще в советское время, — вспоминает Геннадий Рощупкин. — Много где у жителей вообще нет шанса на медицинскую помощь. Собственно, поэтому в 1991 году и начали появляться первые «поезда здоровья». Сначала это был проект «РЖД» и лечили только железнодорожников и их семьи. На таких полустанках — это процентов 90 всего населения. Потом начали строить поезда на паритетных началах с властями регионов. С нашим вот поездом помог красноярский губернатор. Включили нас в систему ОМС. Теперь мы все услуги любому населению оказываем бесплатно, только по страховому полису и по паспорту.
«Доктор Войно-Ясенецкий» делает за год 10 рейсов по глубинкам. Персонал работает вахтовым методом. Причем у поезда две бригады — одна медицинская, вторая железнодорожная, которая отвечает за сам состав. Всего получается 70 человек, включая врачей, проводников, поваров, охрану и, естественно, бригаду машинистов.
– Мы в рейс уходим, как подводники в автономку, — смеются врачи. — Да, связь есть, дело есть, не скучно. Но пространство все-таки замкнутое, коллектив небольшой. Представьте две недели в поезде. Тяжело. Днем работаем, ночью переезжаем в новую деревню. Такой «день сурка». Все по расписанию. Как в армии. Но есть и плюсы: на работу добираться легко, никаких тебе пробок на дорогах. Встал, умылся, все, уже на работе.
К поезду подъезжает автоцистерна пожарной охраны. Перекрикивая друг друга, бойцы растягивают рукав и начинают закачивать воду в резервуары вагонов. Вода — это единственное, чего не хватает в поезде на двухнедельный автономный рейс. Все остальное: и продукты, и медикаменты — в избытке. В хвост состава прицеплена своя генераторная подстанция, чтобы обеспечить поезд дополнительной энергией: многие медицинские аппараты требуют мощного питания, обычной сети не хватает.
Очередь у вагонов разбивается на две части: на тех, кто еще не успел пройти обследование и тех, кто ждет результатов.
– Катерина! Ты магазин иди, открывай! Это дело надо обмыть! — окликает селянин вышедшую от доктора женщину.
– Не будет вам сегодня магазина. Завтра приходи.
– Чего так?
– Ну я тоже человек! Мне к доктору надо. Окулиста мне еще назначили и какого–то сурдолога. Так что я тут надолго.
– Ну вот, блин, такой повод пропадает! — расстраивается собеседник. — Опять будем завтра День взятия Бастилии отмечать.
– Тебе что доктор сказал? Печень надо беречь! — подшучивают в очереди.
– А что ее беречь? Смолоду надо было! А теперь доктор сказал «в морг», значит, в морг. Катерина! Открой на часок хотя бы, будь человеком!
Вновь подъезжает УАЗик скорой помощи. Привезли еще одну пациентку. Молодой парень выносит ее из машины на руках.
– О, Вова маму привез. Пойти хоть поговорить с ней, а то что–то давно не выходит, — вздыхает Елена, фельдшер из Тебы. — Вова, ты маму по лесенке занеси и на пол ставь. Дальше я ей помогу, а ты там не толкайся. Тесно там. Как в поезде.
В Тебе все амбулаторные карточки на пациентов были подготовлены заранее местными врачами. Как только пришло известие о скором визите в поселок «поезда здоровья», стали занимать очередь, вписывать в формы паспортные данные, жалобы и так далее. Так меньше бюрократических проволочек в день приема. Специалисты передвижного консультативного центра могут не отвлекаться от работы и принять больше пациентов.
– С организационной точки зрения очень сильно помогают руководители на местах, наши коллеги из деревень, — говорит руководитель поликлиники на колесах Геннадий Рощупкин. — Надо же очень много сделать: всех оповестить, чтобы нас уже ждали люди. Маломобильных больных подвезти. Да мало ли? Зато если все как надо сделано, полное медицинское обследование жителей поселка занимает несколько часов.
– Как вы сами оцениваете эффективность своей работы?
– Есть статистика. У нас скоро юбилейный пациент. На сегодняшний день нами обследовано без малого 115 тысяч человек. А учитывая, что каждого пациента мы разным специалистам показываем, то можете сами оценить масштабы работы. Мы больше 7 тысяч человек отправили на стационарное лечение, потому что обнаружили у них серьезные заболевания. А так бы жили люди и не знали, почему они хронически болеют. Или того хуже. В медицине вовремя поставленный диагноз очень важен. Жизненно.
Очередь всколыхнуло известие о том, что у аппарата для проверки зрения перегорела какая–то лампочка, и он теперь не работает. Пациенты, выдержавшие в тесноте, вагон есть вагон, как его не перестраивай, не один час ожидания, начали было возмущаться, но доктор поспешил всех успокоить.
– Там делов–то, одну лампочку вывернуть, запасную ввернуть. Не дольше десяти минут задержка.
– А она хоть есть, запасная?
– У нас как в Греции, все есть.
Из самого дальнего девятого вагона сквозь толпу ожидающих проталкивается пациентка, уже закончившая все осмотры.
– Валь, ну как?
– Слушай, так здорово! — делится она впечатлениями. — И УЗИ прямо досконально делают, не то, что городские, и рентген с первого раза. И кровь из пальца девочка брала, так не больно.
– Ну, значит, рука легкая.
– Ага. Пойду, своего приведу. Пусть не кочевряжится. Да и народу после обеда уже меньше. Считай, и нету очереди–то.
– Валь, а ты видала, тут храм есть!
Храм в составе действительно имеется. Тоже перестроенный вагон. Назван передвижной храм в честь святой равноапостольной княгини Ольги. Поднимаюсь в тамбур, обращаю внимание на черно–белую фотографию в рамке: вагон–храм, но дореволюционной постройки.
– Это первый передвижной храм в России, — поясняет мне женщина в платке, неслышно подойдя из–за плеча. — Создан под покровительством княгини Ольги. А мы вроде как традиции перенимаем. Тоже церковь по железной дороге возим.
– Где батюшку найти, не подскажете?
– В трудах праведных батюшка, молитвы читает. Если что-то срочное, так отвлекайте, нет, так и не нужно.
Прохожу в основное помещение и поражаюсь богатству убранства. А еще тому, как эффективно использовано небольшое помещение. Батюшка от службы не отвлекается. Вслушиваюсь в слова молитвы: поминают Луку Крымского.
– Это в честь него поезд назван? — шепотом спрашиваю стоящую рядом женщину. Она кивает, приглашает выйти обратно в тамбур, чтобы не мешать молитве и там отвечает уже в голос:
– В миру его звали Валентин Войно-Ясенецкий. Крупнейший специалист по гнойной хирургии. Но очень верил в Бога и от веры не отказался, когда Советская власть пришла. Его сослали в Красноярский край. А когда Великая война началась, он письмо самому Сталину написал: хочу на фронт, спасать людей, делать операции, а как война закончится, так снова отправляйте в ссылку. И за ним прилетел самолет. И всю войну он прошел. Был единственный хирург, которому позволяли открыто молиться перед операцией. И в ссылку потом не отправили, даже в 46-м дали Сталинскую премию, несмотря на опалу. Он сан принял, был архиепископом Крымским. Недавно его к лику святых причислили. Он и есть святитель Лука Крымский. И поезд наш в его честь назван. Великий был человек. Тела лечил, о душах не забывал.
– Вот со школой мы маленько не продумали, — сетует кто–то из врачей, проходя вдоль насыпи. — С утра педиатр чуть ли без работы не простаивал, а сейчас занятия закончатся, так всех детей разом приведут.
– Справимся. Мы тут до вечера. Куда спешить–то?
Официально прием в передвижном медицинском центре должен заканчиваться в 19:00. На практике задерживаются дольше, чтобы обследовать как можно больше жителей. Впрочем, надолго застаиваться не получится в любом случае: завтра в 7 утра надо снова открывать прием, но уже совсем в другой отдаленной деревне. Там уже ждут.
темы
ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ
14 мин
Лень сёрфить новости? Подпишись и БУДЬ В КУРСЕ