Титульная страница
Лента новостей
Лента новостей
Сегодня
Политика
Общество
Бизнес
Культура
Сделано Русскими
О проекте
Редакция
Контакты
Размещение рекламы
Использование материалов
Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 – 65733 выдано Роскомнадзором 20.05.2016.
Новости
Титульная страница
Титульная страница

«У нас, в отличие от горцев, женщина — глава семьи»

Корреспондент «Русской планеты» побывала в нальчикском санатории «Лебедь», где сейчас живут беженцы из Украины

Владимир Лактанов
2 мин
Фото: Юлия Верниковская
Почти половина украинских беженцев, прибывших в Кабардино-Балкарию в июне, уже нашли себе работу, несмотря на то, что в республике традиционно не хватает рабочих мест. Секрет в том, что жители Луганска — именно оттуда в КБР привезли первую группу вынужденных переселенцев — соглашаются на любое предложение. Пример подали женщины, первыми начавшие искать возможность хоть как-то зарабатывать.
– У нас вообще, в отличие от горцев, женщина — глава семьи и добытчик, — смеются украинки, живущие в нальчикском санатории «Лебедь».
– Может, так категорично и не стоит… Но, по крайней мере, у нас безработный мужчина может сидеть дома в ожидании счастливого случая, а женщина найдет одну, вторую, третью работу, будет успевать везде, да еще и по хозяйству. Потому что у нас дети, а ради своих детей украинская женщина сделает все, это наш первый долг, — объяснила корреспонденту РП Татьяна Лаврук, работавшая в Луганске учительницей. В Нальчике она быстро нашла работу в детском санатории «Дружба». Устроилась она санитаркой. Но е ее обязанности Татьяны входит уборка помещений и поддержание в них чистоты в течение дня. Другие женщины из «Лебедя» тоже устроились: кто уборщицами, кто посудомойками, кто няньками.
– Большинство из нас имеет высшее образование, когда-то были врачами, педагогами, предпринимателями. Но, уезжая, собирались за несколько минут, никто и не подумал брать с собой дипломы, свидетельства и сертификаты. Поэтому соглашаемся на любую работу, — добавила Татьяна.
Лаврук рассказала, что уже при ней санитаркой в санаторий устроилась и нальчанка, которая жаловалась, что ей нечем кормить детей.
– Проработала она два дня, на третий просто не вышла, через кого-то передала, что такая работа ее не устраивает. Значит, не так все у нее плохо, иначе бы носом не крутила, — смеется Татьяна. — Зато у нас женщина имеет право голоса, может стукнуть кулаком по столу и призвать мужа к порядку и ответственности.
Свой характер Татьяна уже продемонстрировала на работе.
– Меня возмутило, что мальчишки из какой-то северокавказской республики при мне по-своему стали говорить. Я тогда их отчитала по-украински. Они мне: «Ой, не понимаем». Тогда объяснила, что я — украинка, и себя в обиду не дам, поэтому, чтобы друг друга всегда понимать, лучше общаться по-русски. И они сразу при мне по-другому себя вести стали, — рассказала Татьяна.
Среди 90 беженцев из Луганска 9 мужчин. Они устроились работать на стройки.
– Мне нельзя не работать: двое детей, жена сидит с младшей девочкой, надежда только на меня. Договорился со строительной фирмой, обещают тысячу в день, что очень неплохо. Я бы хотел передавать посылки отцу, который остался в Луганске, он говорит, что сейчас там в магазинах уже нет никакой еды, только водка стоит, никому не нужная… Только как посылка до него дойдет? Боюсь, что никак, — говорит Руслан Строганов.
Руслан рассказал, что многие годы его семья жила в многоквартирном доме, и отец все это время мечтал завести голубятню. Мечту осуществил, когда построили частный дом, и буквально бредил своими голубями, породистыми красавцами.
– Сейчас он свою голубятню уже доедает. Старой закалки, уезжать отказывается. Если бы я смог хоть что-нибудь туда послать! — вздыхает Руслан.
Как выяснилось, большинство мужчин оказались среди беженцев случайно.
– Я уезжала, чтобы спасти детей. Но чтобы перевезти их через границу, необходимо письменное разрешение отца, заверенное нотариусом. А в Луганске примерно за месяц до нашего отъезда закрыли почти все нотариальные конторы. Несколько оставшихся по какой-то причине отказывались это сделать. Вот и пришлось мужу ехать в качестве подтверждения собственного разрешения, — рассказала «Русской планете» Валентина Сушко-Елецких. И добавила, что так стали беженцами почти все отцы семейств.
Во второй группе переселенцев, приехавших из Славянска, оказались и уроженцы Кабардино-Балкарии. Это 74-летний Али-Хаджи Темукуев и его 46-летний сын Валерий. В Славянск Али-Хаджи переехал вместе с женой — ее отец был украинцем. Он прожил там большую часть жизни.
– Но Валера родился в Кабардино-Балкарии, регулярно сюда приезжал, несколько лет работал и хорошо знает балкарский язык! — похвастался отец. Али-Хаджи рассказал, что сын в Нальчике, благодаря наличию знакомых, уже нашел работу на стройке и вполне ею доволен.
Али-Хаджи тоже все эти годы поддерживал связь с многочисленной родней в Кабардино-Балкарии, часто с женой приезжал в республику, и, когда стало понятно, что в Славянске его большой семье оставаться опасно, не задумываясь, увез всех на родину. Местная родня его живет в селениях Черекского района — Верхняя Балкария, Жемтала, Кашхатау, есть Темукуевы и в Нальчике.
– Поэтому мы ни в чем не нуждаемся, нас регулярно навещают и привозят все, что надо. Живем пока вместе со всеми в санатории имени Калмыкова, поскольку никто из родственников поселить к себе сразу семь человек не сможет, а по отдельности мы не хотим! — объяснил Али-Хаджи.
Темукуев рассказал, что многочисленные родственники сейчас заняты поиском дома, который можно быстро привести в порядок, чтобы до зимы поселить туда Али-Хаджи с детьми, внуками и правнуками.
– Они мне давно говорили: возвращайся и семью привози! И вот только сейчас желание спасти детей от войны меня с места сдвинуло, — вздыхает Темукуев.
Как рассказали украинки из «Лебедя», администрация санатория сообщила им об ожидаемом на следующей неделе прибытии следующей группы беженцев.
– Значит, понадобятся еще рабочие места, а за свои придется ой как держаться, — вздыхают женщины.
темы
Новости партнеров
Реклама
Реклама
2 мин